Узурпация
Шрифт:
Спустя некоторое время ей удалось отскрести всю прилипшую к телу грязь. В некоторых местах, особенно на пятках кожа сделалась красной от трения мочалки. Желая удостовериться, все ли она отмыла Кейтелин повторно осмотрела свое тело.
Природа подарила ей прекрасную фигуру. Кейтелин была в меру худой, но и не лишенной форм. В ней сочетались тонкая талия, средних размеров грудь и слегка узкие бедра вкупе с длинными ногами. На животе отчетливо проглядывались развитые мышцы пресса, являющиеся результатом физически-изматывающей профессии. Впрочем, отсутствию живота также поспособствовало скудное на жирную пищу питание девушки.
На теле Кейтелин было несколько
"А ведь ни у одной девушки моего возраста нету шрамов"- грустно улыбнулась Кейтелин.
Все ее ровесницы либо строили глазки зажиточным дворянам, либо, если им меньше повезло с происхождением, стирали, готовили, вязали - в общем занимались стандартными деревенскими заботами.
Могла ли Кейтелинеще каких-то два года назад себе представить, что вместо того чтобы изучать науки, ходить по балам и купаться в мужском внимании, она будет изучать местоположения бандитских шаек , устраивать на них засады, а после чуть ли не "купаться" в их крови, пытаясь этим хоть как-то заработать на жизнь?
Более того, эти попытки не всегда увенчивались успехом и Кейтелин нередко искушал соблазн сменить профессию. Ведь отдаваться аристократам в борделе не было ее единственной альтернативой.
Убивать за деньги можно было не только преступников.
При желании, Кейтелин могла бы устроиться убийцей у какого-нибудь графа или дворянина. Работа ненапряжная - устранять раз в пару месяцев неугодных ее хозяину аристократов и все. Их, в отличии от разбойников, не надо было выслеживать - со своими бесконечными приёмами и балами они были для опытного наёмника как на ладони. Подсыпать яд в бокал или натереть смертоносным порошком одежду - хоть и Кейтелин больше привыкла работать со сталью, но она могла бы быстро обучиться искусству отравления. Благо хозяин-граф наверняка предоставил бы такую возможность, к тому же обеспечив девушку едой, жильём и своим покровительством.
Однако, к счастью или к сожалению, Кейтелин всегда соблюдала для себя одного правило. Она никогда не брала заказы на людей, не нарушавших закон.
Именно принципы заставляли ее раз за разом брать контакты на разбойников, не зная обманет ли ее очередной работодатель или нет.
А контрактов, то ли к счастью, то ли к сожалению, было предостаточно. Стража не могла самостоятельно справиться с набегами разбойников на деревни, да и не слишком то хотела. Почуяв опасность, они, словно крысы, бежали в свои форпосты, располагавшиеся неподалеку от самых крупных деревень, и пережидали разбои там.
Простым же жителям деревень прятаться было негде. Набеги бандитов несли с собой одни лишения, ужас и смерть. И смерть ещё была не самым худшим вариантом...
Она куда лучше, чем видеть как твоя семья умирает с голоду, медленно превращаясь в ходячих скелетов,из-за того, что ты вынужден отдавать все своё продовольствие тем, кто убивает твоих друзей и знакомых.
А убивали разбойники жестоко, даже с каким-то извращенным пристрастием. Чего только стоят 'столбы власти' - самый отвратительный способ запугивания из тех, которое Кейтелин довододилось видеть.
Около главного трактира деревни ставили несколько толстых деревянных колов, образующих ровный прямоугольник.
Прямоугольник, на которой насаживали тела живых людей.
Жертвами подобной казни становились те, кто смел воспротивиться преступным и нередко нереальным требованиям бандитов. Тех, кто пробовал убрать с кола своего родственника или друга, чтобы
похоронить, ждала та же участь. Таким образом, на эти "столбы", словно бы на отвратительное подобие бус, разбойники с каждым днём нанизывали все больше и больше несогласных. Это было ужасной казнью - перед смертью крестьян ждало несколько дней агонии.Казалось бы стражники желали расправиться с бандитами, творившими подобные ужасы и нанимали таких, как Кейтелин. Но вовсе не ради того, чтобы прекратить страдания жителей деревень. Шайки попросту отбирали у стражи долю от крестьянских хозяйств, что сильно раздражало последних. Регул наверняка нанял девушку именно по этой причине. Впрочем, как можно ожидать другого от подобного ублюдка?
Все же Кейтелин была рада, что успела устранить главаря разбойников до того, как он нанес вред жителям этой деревни. Но он был не единственной их угрозой. Далеко не единственной.
Сама стража была ничуть не лучше бандитов, разве что людей на колы не насаживала. В деревне, в которой Кейтелин взяла заказ,точно было так. Она видела крестьян. Их глаза, в которых сквозила ярость при взгляде на стражников. У каждого из жителей деревни были с ними личные счёты. За разорённые хозяйства. Кражу еды. Изнасилования жён и дочерей.
Однако, так было не везде. В некоторых деревнях стража все же старалась выполнять свои обязанности. Такие люди, ещё не забывшие о своём долге, не грабили людей, а наоборот защищали их от набегов бандитов. Но противостоять разбоям в одиночку было крайне тяжело. Все силы Лотара были брошены на войну - помощи сравнительно немногочисленной страже ожидать было неоткуда.
Если только они не покупали ее за деньги.
Таким образом, услугами Кейтелин пользовались как и такие честные стражники, так и мерзавцы вроде регула. Но несмотря на востребованность своей работы, девушка искренне не любила её.. Но в то же время отказывалась от альтернативы работать личной убийцей у аристократов.
Но почему? Действительно ли ее принципы стоили жизни в полу-нищете?
От подобных размышлений ее оторвал стук в дверь.
– Да, я слушаю вас.
– расстеряно проговорила Кейтелин.
– Девушка, не хотелось бы вас отвлекать,но лучше вам поспешить в зал, пока все места не заняли.
– ответили за дверью. Судя по басистому голосу, это был трактирщик.
– А, хорошо, спасибо.
Совет трактирщика заставил Кейтелин улыбнуться. С его стороны это было весьма учтиво - он вовсе не был обязан сообщать ей это.
Еще немного полежав в ванной, Кейтелин медленно встала и ступила на пол комнаты. Тело она вытерла полотенцем, которое служанка принесла вместе с водой. Высохнув, девушка потянулась к небольшой сумке, которую в отличии от других вещей не стала оставлять на лошади, и выудила оттуда штаны и рубашку. Те выглядели гораздо лучше своих грязных и местами (весьма многочисленным местами) порванных предшественников. Полностью одевшись, Кейтелин постирала предыдущую одежду с мылом и повесила ее сушиться на крючок.
Наконец, она накинула на себя плащ с капюшоном и вышла из комнаты.
С лестницы, которого была буквально в нескольких шагах от ее комнаты, было видно, как зал начал постепенно заполняться людьми. Послышались первые отголоски разговоров и служанки начали разносить первые кружки пива. Менестрели еще настраивали свои инструменты, а дверь в трактир то и дело хлопала, впуская в помещение прохладный воздух. Трактир на глазах наполнялся жизнью, словно бы голоса людей, аромат свежей выпечки, мяса и алкоголя заставили его пробудиться от долгого сна.