Ухватить молнию
Шрифт:
– Прекрасно, – произнес Стоунхедж. – Пусть техники сообщат кораблю, что его пилот скоро прибудет. – Он сделал паузу. – Может быть, корабль уже знает об этом?
– Сомневаюсь, – сказал Кабату. – Взаимодействие Тела Кайла значительно ослабевает на больших расстояниях. Корабль же находится на «втулке» станции. На такое расстояние даже человек-телепат вряд ли смог бы передать мысль. Не думаю, чтобы такое было под силу Искусственному Интеллекту корабля.
– Но Селей не обычный оператор, – возразил Стоунхедж. – Он рон.
Я с любопытством следила за их разговором. И впервые получила подтверждение моим догадкам, насколько
– А я сомневаюсь, что псион рона способен на это, – произнес Кабату. – Но кто знает хоть что-то о ронах? Если не ошибаюсь, даже за невинную попытку сделать голографический снимок рона можно легко угодить за решетку. – Кабату перевел взгляд на Эльтора. – Думаю, нам всем пришлось бы несладко, узнай Имперские власти о том, что один из ронов валялся на полу без сознания, а мы тем временем обсуждали действие Тела Кайла.
Стоунхедж подмигнул.
– Конечно, какие могут быть сомнения! Все-таки будет лучше, если вы переправите его на корабль.
Вскоре в комнате появились четыре медика. Погрузив Эльтора на аэроносилки, они поспешно удалились, сопровождаемые доктором Кабату.
Тина, донесся до меня безмолвный мысленный зов Джага. Ты должна сделать кое-что еще.
Что же?
Удостоверься в том, что они никому не сообщили о прибытии Эльтора. Никто не должен знать, где он.
А как же его старшие офицеры?
Нет, думаю, не стоит. Я все высчитал – существует вероятность в 99.5 процента, что покушавшиеся на его жизнь убийцы связаны с Командованием Имперских Космических Сил. Согласно моим расчетам, вероятность того, что они имеют доступ наивысшего уровня к галактическим сетям, равна 99,9 процента. Если Эльтор задействует псибер – и пространственно-временную сеть, то тем самым может невольно выдать себя, и его врагам станет известно, что он еще жив. Я переправлю вас обоих на планету, принадлежащую семейству Эльтора. Там мы сможем воспользоваться надежным каналом связи, предусмотренным как раз на случай подобных кризисных ситуаций.
Эта информация не слишком обнадежила меня.
А мы можем быть уверены в том, что никто из его родственников не связан с убийцами?
Я на 99,999 процента уверен, что никто.
Откуда у тебя такая уверенность?
Они все роны, ответил Джаг, как будто эти три коротких слова объясняли все.
– Мисс Пуливок! – вывел меня из состояния мысленного разговора с Джагом голос директора станции. – Почему вы на меня так смотрите?
– Я как раз задумалась о сетях, – ответила я. – Пожалуйста, никому не говорите о том, что Эльтор у вас. Если убийцам станет известно о том, что он жив, они не успокоятся до тех пор, пока снова не доберутся до него!
Стоунхедж понимающе кивнул.
– Не беспокойтесь, не скажем!
Отлично, донеслась до меня мысль Джага. Мне даже показалось, что я уловила в его мысленной интонации чувство облегчения. А уж я постараюсь привить твоему жениху хорошие манеры!
В ту же секунду перед моим мысленным взором возникла картинка – Джагернаут, с взъерошенными волосами, в трещащем по швам мундире, рявкает на окружающих.
Может, это, конечно, и безнадежно, но я все-таки постараюсь!
Я рассмеялась, но тут же резко оборвала смех, увидев, что Стоунхедж как-то странно на меня смотрит. После чего капеллан Минь увела меня смотреть свадебное платье.
Минь обитала в домике с
террасой. Цветы здесь свешивались со всех карнизов и балкончиков. Стены украшала ажурная металлическая вязь. В спальне я увидела кровать, накрытую шикарным одеялом с изображениями попугаев и деревьев-бонсай. На фоне нежно-розового восхода птицы сияли ослепительно яркими красками – зелеными, голубыми, золотистыми, красными. Голографическая ткань делала орнамент объемным, зрительно увеличивая размеры одеяла. Стены украшали голо графические картины пагод, цветников, геометрически подстриженных деревьев. На одной из картин прямо на моих глазах разразился порыв ветра и тут же вихрем пронесся по всей комнате, коснувшись и других картин, на которых были изображены совсем другие сценки.Капеллан Минь принялась перебирать висевшую в шкафу одежду.
– У меня тут кое-что осталось от кузины моей подруги, вот, пожалуйста!
С этими словами она извлекла на свет божий платье – довольно простого фасона, длиной до колена, но очень красивое, с голографическим рисунком поверх белых кружев. Оно напомнило мне другое, из моей прежней жизни, – платье, которое мама сшила мне на пятнадцатилетие.
– Просто прелесть, – обрадовалась я.
Минь улыбнулась:
– Можешь взять его себе. Я его носить не буду.
Ее доброта растрогала меня.
– Огромное вам спасибо!
– Ты не желаешь немного отдохнуть перед регистрацией?
– Скажите, могу я вас кое о чем спросить? – ответила я вопросом на вопрос.
– Конечно. – Она жестом предложила мне присесть за стол. – Надеюсь, что и ты поможешь нам кое в чем разобраться.
– Разобраться? – спросила я, садясь рядом с ней.
– Наследник семейства ронов спасается бегством от наемных убийц и просит зарегистрировать брак с некоей никому не известной юной особой. Вполне естественно, что все это не может не вызывать у нас любопытства. Хотелось бы знать, что же происходит.
– Сама не знаю, – ответила я. Хотя Эльтор и рассказывал мне о своей семье, я мало что поняла из его слов. – Я до сих пор толком не понимаю, кто он на самом деле.
Минь рассказала мне все, что, в свою очередь, было известно ей, поведав древнюю легенду о вымирающем народе. Пять тысяч лет назад Рубиновая Династия безраздельно властвовала в империи звездоплавателей. Для полетов на звезды они захватили брошенные на берегу Исчезнувшего моря корабли – все, что осталось от загадочной расы, – некогда высадивших людей на Рейликоне. Рубиновая Империя познала свой взлет и падение еще за три тысячелетия до рождения Иисуса Христа. Она была одним из наиболее выдающихся и в то же время наиболее хрупких достижений человечества.
Именно эта империя научилась совершать межзвездные перелеты прежде, чем познала простейшие основы физики. А затем ее представители отправились на поиски своей далекой, затерянной в глубинах космоса родины. Землю они так и не нашли, зато заселили множество других планет. Необходимость заставила их научиться азам генной инженерии, с тем чтобы приспособить колонистов к природным условиям новых миров, а также попытаться разнообразить собственный генофонд. Однако империя оказалась слишком хрупкой и потому нежизнеспособной. Ей не хватало ни научных знаний, ни людей, чтобы и дальше продолжать эту космическую гонку. Империя рухнула, а ее разбросанные в космосе колонии оказались в изоляции на четыре тысячи лет.