Чтение онлайн

Стоунхедж усмехнулся:

– Командер Селей, пока дамы будут заниматься всеми необходимыми приготовлениями, я мог бы показать вам нашу станцию.

– Что? – повернулся к директору Эльтор.

Растерянность гудела вокруг него наподобие шмеля. Я почти физически ощутила фрагментацию нейроуровня, позволявшего ему общаться с собеседником, одновременно контактируя с другим псионом.

До меня долетела мысль Джага:

Эльтор, что-то неладно с твоим интерфейсом. Нужно, чтобы ты вернулся ко мне. Тебя необходимо подлечить.

– Командер Селей! – позвал Стоунхедж. – С вами

все в порядке?

– У меня возникла небольшая проблема с биомеханикой, – отозвался Эльтор. – Ничего серьезного.

Затем он мысленно обратился к Джагу:

Я ничего не смогу сделать, если ты заберешь меня для профилактического ремонта. Я не могу оставить Тину с ними одну.

Согласно проведенному мною анализу вероятность того, что эти люди связаны с убийцами, покушавшимися на твою жизнь, составляет 98,9 процента.

Мне это безразлично, подумал Эльтор. Я не могу никому доверить ее на то время, пока ты отключишь меня.

Стоунхедж повернулся к Эльтору:

– Мы можем вам чем-то помочь?

– Нет, – ответил Эльтор. – Я хотел сказать, что со мной все в порядке.

Вокруг меня обвилась мысль Джага, намеренно скрываемая от Эльтора:

Послушай, Тина! Ты можешь уговорить его?

А разве ты еще ничего не сделал с ним? мысленно ответила я.

У меня не было достаточно времени, чтобы привести его в норму. После его ухода сделанные мною заплатки начали приходить в негодность. Нарушения речевой функции и логического мышления пока еще минимальны, однако постепенно увеличиваются. Затем на очереди моторная координация и функции внутренних органов. В конечном итоге все это может привести к летальному исходу.

Неужели он не понимает той опасности, которой подвергает себя? спросила я.

Он просто не желает этого знать.

– Я бы все-таки посоветовал вам немного отдохнуть, – обратился к Эльтору доктор Кабату. – А также поесть. Это нужно вам обоим.

– Мы можем устроить для вас обед, – добавил Стоунхедж.

– Доктор Кабату, вы можете убрать шприц? – ледяным тоном проговорил Эльтор.

Резким движением он оказался на другом конце комнаты. Не успело у меня от неожиданности перехватить дыхание, как он выхватил у доктора из рук голубой медицинский шприц.

Кабату удивленно посмотрел на свою пустую руку, затем перевел взгляд на Эльтора.

– Я, конечно, слышал, что Джагернауты быстры как молния, но и представить не мог, как это выглядит на самом деле! Зачем вы это сделали?

Эльтор тем временем разглядывал шприц.

– Это для введения… перитала. Перитала? – Он сердито посмотрел на Кабату. – И кого вы собирались вырубить этой штуковиной?

– Никого, – ответил доктор и, секунду помолчав, продолжил: – Я заправил шприц сразу после того, как узнал, что вы подлетаете к нашей станции. В качестве меры предосторожности. Я как раз собирался его разрядить.

Объяснение врача ничуть не уменьшило подозрительность Эльтора. Я же не обнаружила в словах Кабату никакого обмана. Правда, никакой гарантии того, что он говорит чистую правду, тоже не было. Эмпаты обладают гипертрофированной способностью улавливать чужие эмоции, однако и они иногда ошибаются. И все же что-то подсказывало мне, что доктор

говорит правду.

Джаг тут же послал мне свои мысли.

Вероятность того, что этот человек не солгал, оценивается мною в 98 процентов.

Отлично.

Я встала и подошла к Эльтору.

– Ты можешь спокойно вернуться к Джагу. Со мной все будет в порядке.

Эльтор взглянул на меня с высоты своего роста. Волосы его были забавно взъерошены, на лице все то же выражение беспокойства.

– Тина! – начал было он.

Я взяла его за руки.

– Прошу тебя. Пожалуйста!

Эльтор стиснул меня в объятиях. Внезапно возле моего уха раздался щелчок, и Эльтор выпустил меня. Я подалась назад и увидела, что он растерянно смотрит на обломок шприца у себя в руке. Из ладони торчал осколок.

Эльтор перевел взгляд на Кабату.

– Дайте мне противоядие! Срочно! – потребовал он.

– Оно в другом комплекте, – пояснил доктор.

– Тогда принесите новый!

– Он у меня в кабинете.

– Консоль, – невнятно пробормотал Эльтор. – Или нано… дайте только… секунды…

И начал оседать на пол. Стоунхедж вскочил и, бросившись к Эльтору, подхватил под мышки. В ту же секунду директор пошатнулся под тяжестью ноши и повалился на диван, резко ударившись ногами о его край. Эльтора ему пришлось опустить на пол.

– Черт побери, – пробормотал доктор Кабату, перешагивая через безвольно вытянутую руку Эльтора.

Присев на корточки, Кабату снял с пояса какой-то цилиндрик, который тотчас развернулся, превратившись в диагностическую ленту. Врач приложил ее к шее Эльтора. На ней тут же появились какие-то непонятные значки-символы и, сменяя друг друга, крошечные голографические изображения человеческого тела.

Я опустилась на колени рядом с доктором.

– С ним все будет в порядке?

– Проспит несколько часов. Это только пойдет ему на пользу. Я действительно собирался разрядить шприц, – ответил Кабату.

– Теперь уже ничего не поделаешь, – сказала я и поинтересовалась: – Вы можете переправить его на корабль?

– Отвезите его лучше в больницу! – произнес стоявший у нас за спиной Стоунхедж.

– Нет! – заявила я и встала лицом к директору. Ну почему я не такого же роста, что и он! В эту секунду у меня, наверное, был вид зайца, осмелившегося бросить вызов медведю. – Его обязательно нужно переправить на корабль! Джаг отремонтирует его!

– Отремонтирует? – Стоунхедж улыбнулся. – Забавно вы выражаетесь!

– Макс, она права! – произнес Кабату и тоже выпрямился. – Если в его организме разладились какие-то функции, то корабль лучше нас устранит все неполадки! Я, например, просто не знаю, с чего начинать его лечение.

– Вы говорите о нем так, будто это не человек, а машина, – отозвался Стоунхедж.

– А Джагернауты и есть машины, – сказал Кабату. – Мы о них мало что знаем. Командование Имперских Космических Сил держит в секрете любую информацию о них. Но я еще ни разу не слышал, чтобы весь организм был в буквальном смысле начинен биомеханикой, как у этого. Самое интересное в нем – его ноги. Они полностью представляют собой биомеханическое устройство. Даже кости в них ненастоящие.