Чтение онлайн

У меня пересохло в горле.

– Ладно, не будем, все это пустые мечтания.

Я сняла браслет и протянула Эльтору.

– Вот единственное, что у меня есть. Матери передавали его своим дочерям на протяжении нескольких поколений. Если не было дочерей, он переходил к сыну. Но тот снова отдавал его дочке. В конце, концов он попал ко мне. В один прекрасный день я подарю его своей дочери.

Эльтор притянул меня к себе.

– Улетим со мной, Тина. Зачем тебе здесь оставаться? Тебе не вынести одиночества.

– Нет, – покачала я головой и зарылась лицом ему в грудь. – Не могу.

Он

оттолкнул меня, взял за плечо. И принялся трясти браслетом у меня перед носом.

– Неужели это для тебя так важно? Подумаешь, круглая железяка!

– Это все, что осталось у меня от моей семьи.

Ну как мне было объяснить ему, что значил для меня этот браслет. Покуда я знала, что у меня где-то есть отец, я не теряла надежды в один прекрасный день его найти, чтобы вновь обрести семью, предков, чувство принадлежности. И вот теперь Эльтор просил меня отказаться от моей мечты. И чего ради? Ради неизвестности, которая таила в себе нечто, что было страшно представить.

Но Эльтор почему-то смотрел не на меня. Его взгляд был прикован к браслету.

– Что-то не так? – спросила я.

– Мне нужен свет.

Эльтор подошел к столу Джошуа и взял оттуда настольную лампу. Он поставил ее на пол и склонился над ней, закрывая своим телом. Стоило ему щелкнуть выключателем, как вокруг тотчас возникло золотистое сияние, словно источаемое самой тьмой. Я подошла и села рядом. Эльтор держал браслет под лампой, водя пальцами по едва заметным иероглифам, выгравированным на его внутренней поверхности.

– Что это за символы? – спросил он.

– Иероглифы майя. Но это подделка. Вряд ли браслет настоящий, хотя бы потому, что уж слишком хорошо он сохранился. К тому же майя не делали ничего подобного.

– Тогда почему ты его носишь? – спросил он. – И как он попал к твоей матери? Или бабке? Ведь на Земле наследство передается от отца к сыну, не так ли?

– Не обязательно. Почему браслет переходит от матери к дочери? Так уж повелось исстари.

Эльтор указал на надпись по внутреннему краю.

– А эти иероглифы? Ведь они на иотическом.

Я в изумлении уставилась на него.

– Но как на моем браслете могут быть надписи на твоем языке?

– Наверное, потому, – тихо произнес Эльтор, – что твои предки говорили на иотическом наречии, прежде чем на нем заговорили на Рейликоне.

– Да нет же, такого не может быть!

– Это не браслет.

– Не браслет? А что?

– Это крепежное кольцо выхлопной трубы рейликонского транспортного шаттла.

От удивления я разинула рот.

– Что?

– Сейчас эти шаттлы – руины на берегу Исчезнувшего озера посреди Спящей пустыни. – Лицо Эльтора поблескивало в неярком свете лампы. – Это самые древние артефакты на Рейликоне, им по шесть тысяч лет. К тому же они вряд ли построены людьми. Не те пропорции. – Эльтор повертел в руке браслет. – Я уже видел кое-что похожее. На этих шаттлах.

– Но бронзовому браслету в таком хорошем состоянии никак не может быть шесть тысяч лет.

– Он не бронзовый, – покачал головой Эльтор. – Это сплав, так называемый кордонум. Он создается при помощи нанороботов, которые атом за атомом ставят его частицы на нужное место. Оттого он гораздо прочнее и выносливее, чем бронза.

– Но

шесть тысяч лет назад у майя не было никаких иероглифов.

– Не знаю. Но это точно иотическое письмо. Мои предки привезли его с собой на Рейликон как воспоминание об утраченной родине. – Голос его осекся. – До сегодняшней ночи у меня не было прошлого. Понимаешь, что это значит? До этого наша родословная обрывалась шесть тысяч лет назад. И вот теперь я узнал нашу предысторию. – Эльтор сглотнул комок. – Сейчас, когда мне уже, возможно, никогда не вернуться домой.

– Эльтор, не говори так! – воскликнула я, обнимая его. Он отвернулся от лампы и обнял меня. Так мы и сидели, сжимая друг друга в объятиях, и слегка раскачивались в мерцающем лунном сиянии.

Глава 8

МОЛНИЯ ДЖАГЕРНАУТА

Дэниэл вел джип вдоль дороги № 14. Мимо нас пролетала пустыня Мохаве. Выжженное пространство тянулось на многие мили – то серовато-зеленое, то тускло-желтое. То здесь, то там на охристом фоне иссушенной зноем земли колыхались султанчики окотильо, тянулись вверх колючие пальцы мескита. Вдоль дороги ветер носил сухие шары перекати-поля. Небо у нас над головой было выцветшим, линяло-голубым, без единого облачка. Хотя часы показывали лишь восемь утра, асфальт уже начинал блестеть испариной от жары.

На голове у меня была шляпа, но ветер то и дело выхватывал из-под нее светлые пряди моего парика и трепал их. А еше мне постоянно приходилось поправлять на носу съехавшие очки. В строгом деловом костюме я чувствовала себя круглой дурой. Любой мало-мальски здравомыслящий человек тотчас определил бы, что я разыгрываю маскарад.

Хизер одолжила мне свой костюм и парик. Джошуа раздобыл для Эльтора фальшивую бороду, оставшуюся после самодеятельного спектакля выпускников химического факультета. Дэниэл порылся в своих чемоданах и извлек оттуда для него парадный синий костюм. Волосы Эльтору мы высветлили. И вот теперь он сидел в джипе, положив на колени синий пиджак и расстегнув ворот рубашки. Ветер играл его блондинистыми локонами. Эльтор сощурился и поднес руку к глазам, словно хотел их потереть, однако вовремя остановился.

– Тебе мешают линзы? – спросила я. Он не расслышал и приложил руку к уху. – Линзы? Тебе мешают линзы? – почти что крикнула я.

Хизер одолжила Эльтору свои контактные линзы. Ее зеленые глаза они превращали из зеленых в голубые, глаза Эльтора скорее казались фиолетовыми.

– Все расплывается, – пожаловался он.

Хизер обернулась с переднего сиденья на нашу троицу – Эльтора, Джошуа и меня, плотно прижатых друг к другу на заднем сиденье.

– Но ты хоть немного видишь перед собой? – спросила она.

Эльтор потер под глазом.

– Вижу.

– Только, пожалуйста, не три лицо, – напомнила я. – Чтобы не просвечивалась кожа.

Я выудила из сумки бутылочку жидкой пудры и аккуратно замаскировала участок кожи у него под глазом. Мне приходилось быть осторожной. Стоит только наложить слишком толстый слой, как пудра станет видна. И тогда народ начнет задаваться вопросом, с какой это стати солидный джентльмен в деловом костюме пудрит лицо. Если же наложить слишком тонкий слой, то будет просвечивать металлическая кожа. Дэниэл указал на дорожный щит: