Удача Дьявола
Шрифт:
Если я попаду в один из них, я знаю, что потеряю то, к чему у меня никогда не будет возможности вернуться. Но если я решу остаться и поверить в то, что Фордж говорит правду, я рискую сердцем и знаю, что лучше не ставить больше, чем могу позволить себе потерять.
Но если я выиграю… Я сглатываю, прежде чем встретиться с его беспокойным серым взглядом. А может и наоборот.
Однако, я пока не могу потерять бдительность. Я тщательно подбираю слова, чтобы ответить.
— Почему я должна тебе верить? Откуда мне знать, что это не
Фордж вытаскивает из кармана телефон, нажимает на экран и протягивает его перед собой.
— Я прямо сейчас позвоню твоему отцу и скажу ему, что сделка отменяется.
Опять же, это может быть уловкой. Я делаю шаг вперёд и беру телефон у него из рук. На экране отображается контактная информация Григория Фёдорова.
Моего отца.
Я касаюсь экрана, чтобы позвонить. Выражение лица Форджа невозмутимо, пока звонит телефон.
— Это Фёдеров.
Боже мой, это мой отец. Его голос низкий с сильным акцентом.
У меня на руках поднимаются мурашки, и я позволяю им покрыть себя. Без сомнений, он русский. Это так странно, потому что я не чувствую себя русской. Я просто чувствую себя… собой. Комок поднимается в горле, когда Фордж тянется к телефону. Знаю, что, если я позволю ему взять его, он сделает всё сказанное.
— Фордж?
Я касаюсь экрана, чтобы завершить звонок, в тоже время как пальцы Форджа касаются телефона.
— Господи, Инди, ожидание убивает меня. Ты останешься с ним или нет? — спрашивает Руччо.
— Мне это тоже интересно, — произносит София Руссо из чёрного катера, где она держит чехлы для одежды. — И не только потому, что у меня есть для вас мои новейшие образцы.
Телефон в моей руке вибрирует, и мы с Форджем встречаемся глазами. Это перезванивает мой отец. Мой отец. Причина, по которой Фордж женился на мне, но не причина, по которой он хочет, чтобы я осталась. Моя голова кричит мне бежать, но сердце умоляет схватить мужа и никогда не отпускать.
— Что ты хочешь, чтобы я ему сказал, Инди? Тебе решать.
Я делаю глубокий вдох и принимаю решение, чёрт возьми, надеясь, что с ним я смогу жить.
— Извинись за то, что случайно ему позвонил.
Фордж резко выдыхает:
— Ты не пожалеешь об этом. Клянусь могилой Исаака.
55
Фордж
Она всё ещё не доверяет мне. Это становится очевидно, когда самолёт взлетает, направляясь в Прагу.
Инди притворяется, что меня не существует, даже когда сидит напротив меня и просматривает скрепленную стопку бумаг. Она ведёт себя так с тех пор, как поблагодарила друга за то, что тот пришёл ей на помощь, и извинилась за его потраченное время. Когда он уехал, Инди провела Софию Руссо вниз по пирсу с высоко поднятой головой и расправленными плечами, будто она была чёртовой королевой.
Индия Фордж абсолютно невероятна. Близость к тому, чтобы потерять её, преподала мне важный урок. Это то, чем я больше не хочу рисковать.
Хотя я не сильно преуспел в возвращении её
расслабленности. Я никогда не сталкивался с такой неловкой тишиной в нашей роскошной обстановке в конце самолёта. Голиаф, Донниган, Бейтс и Коба сидят впереди, несомненно, тоже чувствуя неловкость. Я подумывал оставить Кобу дома, но решил, что лучше буду за ним присматривать, пока не подтвержу или не опровергну свои прежние подозрения.— Желаете выпить, сэр? Мадам? — вежливо спрашивает бортпроводница. Инди смотрит вверх.
— Кофе. Чёрный.
— Виски. Чистый. Спасибо, Моника.
Стюардесса уходит приготовить напитки, а я сосредотачиваюсь на Инди.
— Чем занимаешься?
Её внимание сфокусировано на лежащих перед ней бумагах.
— Изучаю список игроков. Пытаюсь вспомнить, с кем играла раньше. Обычно у меня больше времени на подготовку, но мне нужно это сделать.
— Я могу помочь.
Наконец-то она смотрит на меня.
— Если у тебя нет списка их бессознательных привычек, то не можешь.
Моника возвращается с нашими напитками, и я взбалтываю в стакане свой любимый винтажный виски.
— Обычно это то, что ты делаешь? Изучаешь игроков?
— Конечно, — отвечает Инди, делая глоток кофе, и вздрагивает, когда кофе попадает ей на язык. — Чёрт. Я делала флеш-карты с фотографиями и записывала всю информацию о них на обороте. Подробная информация об их детях, женах, собаках, напитках и, разумеется, обо всех их сильных и слабых сторонах за столом.
— Играй с человеком, а не в игру, — отвечаю я, поднося стакан к губам.
Когда Инди отстраняет в сторону кофейную кружку, я благодарен за то, что она даёт ему остыть, потому что мне не нравилось видеть даже этот лёгкий дискомфорт на её лице. Ага, вот где я. Ну, полный пиздец, если я не смогу вернуть её.
— Именно. Я не настолько высокомерна, чтобы думать, что у меня есть превосходные навыки в покере, которые волшебным образом создают передо мной нужные карты. Если бы у меня были такие способности, мне бы не нужно было ничего знать о человеке за столом.
Самолёт встряхивает, когда он попадает в зону турбулентности, и я опускаю виски.
— Я знаю многих людей. Испытай меня.
Инди подгибает под себя одну ногу и прикусывает зубами кончик ручки в руке.
— Пока нет. Я собираюсь разобраться с этим и обозначу всех, с кем не знакома. Тогда ты расскажешь мне то, что знаешь.
— Я в твоём распоряжении, миссис Фордж. — Я наклоняюсь вперёд со стаканом, свисающим с кончиков пальцев. — Всегда.
По крайней мере, на этой фразе она внимательно смотрит на меня, а потом полностью игнорирует до конца полёта.
56
Индия
Раньше я бывала в Праге, но при совершенно иных обстоятельствах. Для начала, я не прилетала в неё на частном самолете, который встречал внедорожник с затонированными стеклами и водителем.
Нет, тогда мы пробивались через толпу, спрыгнув с переполненного поезда. Мама сразу заблудилась, потому что не говорила по-чешски. На самом деле, дома она говорила в основном по-английски и по-немецки, но оба были дерьмовыми по сравнению с её русским, на который она переходила только, когда злилась.