Чтение онлайн

Ст. 33. И в сонмищи бе человек имый духа беса нечиста, и возопи гласом велиим, (34) глаголя: остави, что нам и Тебе Иисусе Назарянине? пришел еси погубити насъ: вемы Тя, Кто еси, Святый Божий. Бес сказавший: вемы Тя, не знал Его истинно, говорил же лицемерно. Но и в том, что сказано им в правду (ибо справедливо сказалъ: Ты еси Святый Божий), Господь наложил на него молчание и запретил ему говорить, чтобы и бес вместе с истиною не посеял злобы своей, и мы приобучились не внимать бесам, хотя, повидимому, говорят они и истину. Ибо нам, имея у себя божественные Писания и свободу дарованную Спасителем, неприлично учиться у диавола, который не соблюл чина и совратился в мыслях своих. Посему, когда произносит он и изречения Писаний, Господь запрещает ему, говоря: грешнику же рече Богъ: вскую ты поведаеши оправдания Моя (Псал. 49, 16)? Поэтому, сам Отчий глас, вещающий: Сей есть Сын Мой возлюбленный (Матф. 3, 17), и покланяющиеся Ему Ангелы и написавшие о Нем святые достаточно могут научить верных, что Он один есть Сын и Божие Слово. Ариане же, поскольку не имеют чистого разумения и не могут послушать мужей божественных и богословов, то хотя у подобных им бесов пусть научатся,

что не о многих возглашали сынах, но Сего единого ведая, говорили: Ты еси Святый Божий и Сын Божий. Ибо сам внушавший им ересь не сказалъ: Ты один из святых Божиих ( ), которых много, но говоритъ: Ты еси Святый Божий ( ), потому что Ты один. Поэтому, весьма кстати присовокуплен здесь член ( ). Ибо Он один свят по естеству, другие же святы, как причастники Его. Так и сами делатели лжи, нередко вынуждаемые очевидностию, и против воли свидетельствуют об истине. Ибо и демоны не Евангелистов исполняли дело, но, поскольку не могли взирать на свет истины, то и взывали: вемы Тя, Кто еси, Святый Божий.

Ст. 50. Иисус же слышав, отвеща ему, глаголя: не бойся, токмо веруй, и спасена будет. Господь у призывающих Его прежде всего требует веры; так, слепому говоритъ: веруеши ли, яко могу тебе сие сотворити (Матф. 9, 28), и о беснующемся на новые месяцы говоритъ: если веруешь, будет здрав (Мар. 9, 23). Требует же сего Спаситель не потому, что имеет нужду в содействии других, ибо Он — Господь и податель веры, но хочет нам показать, что не по лицеприятию склоняется на просьбы, внемлет же только верующим, а вместе внушает не без веры принимать благодеяния, и не утрачивать их по неверию. Ибо хощет, и даруя благодать, чтобы она пребывала, и врачуя, чтобы уврачевание было непреложно. Так, предостерегал Он расслабленного, говоря: здрав еси, ктому не согрешай (Иоан. 5, 14). И как врач, приходя к больным, спрашивает сперва, хотят ли излечиться, чтобы от противления больных врачебному искусству, если прилагать о них попечение против воли их, самое врачевание не сделалось бесполезнымъ: так и Господь вопрошал врачуемых, и подавал благодать верующим, чтобы верою могли они и удерживать благодать; потому что вера есть знак душевного произволения. Посему и говорит теперь: токмо веруй, и спасена будет.

Ст. 57. Бысть же идущым им по пути, рече некий к Нему: иду по Тебе, аможе аще идеши, Господи. (58) И рече ему Иисусъ: лиси язвины имут, и птицы небесные гнезда: Сын же человеческий не имать, где главу подклонити. Господь видя, что книжник сей, обещаясь идти по Нем, говорит это только на словах, а не содержит того в мысли, и увлекается иными помыслами, — постыждает его обличением, и не гонит от Себя, какбы отвращаясь от Него, и не обольщается словами его, какбы не зная, каков Он, но как ведущий обличает, и как вразумляющий исправляет. Господь какбы так говоритъ: никто, упокоеваясь в бессловесном, не может последовать Слову; друг бессловесных не в состоянии приять Слова; кто мечтает о бессловесных, тот неспособен приобрести понятия о Слове. Действительно же, в самой дерзости книжника можно видеть признак его опрометчивости и невежества. Ибо если бы познал он силу Слова, то вовсе не составил бы себе ложного понятия о духовном Слове. И, будучи человеком, не осмелился бы сравнивать себя с непостижимою силою Спасителя, говоря: иду по Тебе, аможе аще идеши. Ибо идти во след Спасителю с тем только, чтобы слышать Его учение, возможно еще для естества человеческого, впрочем по человеколюбию только Спасителя; сравняться же с Ним и последовать за Ним всюду и невозможно и дерзко для дающего такое обещание; потому что не можем мы пребывать с Ним, покоющимся у Отца. И возможно ли это для тех, которые иного естества? Невозможно для нас всюду сопутствовать Вездесущему; потому что Он беспределен, а мы ограничены; Он — в целой вселенной и вне ея, а мы во вселенной имеем определенной меры состав. И Господь, недвижимо и непреходя с одного места на другое, повсюду сущее приводит в движение и всем управляетъ; а мы человеки, переходя с того места, с которого движемся, этим оставлением места показываем, сколько малы пред непреходящим вездеприсутствием Его Божества. Господь исправляет книжника в том и другом, изобличает неготовность его к исполнению предприятия, и научает величию Своего Божества, говоря: лиси язвины имут и проч. Это то–же, как если бы сказал Онъ: все сотворенные существа ограничены и разделены между собою местом, Слово же Божие имеет необъятную силу; поэтому, не говори больше: иду по Тебе, аможе аще идеши. Если же хочешь стать учеником, оставь бессловесное и приступи к Слову. Ибо пребывающему в бессловесии невозможно стать учеником Слова.

Ст. 20. Кому уподоблю Царствие Божие? (21) Подобно есть квасу, егоже приемши жена скры вь сатех триех муки, дондеже вскисе все. Пусть обратит внимание на это всякий сомневающийся в сказанном, а именно, что человек, приобретший и малую закваску добродетели, хотя не успел охлеботворить ея, однако–же имел такое намерение, но не возмог исполнить его или по беспечности, или по нерадению, или по недостатку мужества, и потому что отлагал это день за день, не останется в забвении у праведного Судии, когда будет он нечаянно застигнут и пожатъ; напротив того, Бог, по смерти такового, возбудит ближних его, направит мысли их, привлечет сердца, преклонит души, и подвигнутые этим, они поспешат подать ему помощь и пособие. И поскольку Владыка коснулся сердец их, восполнят они недостатки отшедшего. А кто, покрытый весь терниями, ведет худую жизнь, исполненную нечистот, кто никогда не приходит в сознание, небоязненно и равнодушно погружается в смрад сластолюбия, исполняя всякие плотские пожелания, вовсе не заботясь о душе, и предаваясь совершенно плотскому образу мыслей; тому, если застигнутый в таком состоянии преселится он из жизни, никто конечно не подаст руку помощи, и участь его будет решена, так что ни жена, ни дети, ни братья, ни родные, ни друзья нимало не помогут ему; потому что ни во что не поставит его Бог.

Печатается по изданию: Творенiя иже во святых отца нашего Афанасiя Великаго, Архiепископа Александрiйскаго. Часть четвертая. / Изданiе второе исправленное и дополненное. – Репринт. – М.: Изданiе Спасо–Преображенскаго Валаамскаго монастыря, 1994. – С. 445–454. – Репр. изд.: СТСЛ, 1903.

1) Веруем во единаго нерожденнаго Бога Отца, Вседержителя, Творца всему видимому и невидимому, имеющаго бытие от Себя. И во единаго Единороднаго — Слово, Премудрость, Сына, безначально и превечно от Отца рожденнаго, — не устно и мысленно произносимое слово, не излияние Совершеннаго, не отсек и не отпрыск безстрастнаго Естества, но Сына самосовершеннаго, живаго и действеннаго; истинный, равночестный и равнославный Образ Отца; ибо сказано, что такова воля Отца, да якоже чтут Отца, тако чтут и Сына (Иоан. 5, 23); Бога истиннаго от Бога истиннаго, как говорит Иоанн в соборных посланиях: И да будем во истиннем Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и живот вечный (1 Иоан. 5, 20); Вседержителя от Вседержителя; ибо над чем начальствует и чем обладает Отец, над всем тем начальствует и всем тем обладает и Сын, всецелый от всецелаго, подобный Отцу, как говорит Господь: видевый Мене, виде Отца (Иоан. 14, 9). Рожден же Он неизреченно и недомыслимо: род бо Его кто исповесть (Иса. 53, 8)? Иначе сказать: никто. И при скончании веков низшел из недр Отчих, и от Пречистой Девы Марии восприял нашего человека, Христа Иисуса, Котораго по собственному изволению предал за нас на страдание, как говорит Господь: никтоже возмет душу Мою от Мене: область имам положити ю, и область имам паки прияти ю (Иоан. 10, 18). По сему–то человеку распятый и умерший за нас, воскрес Он из мертвых и вознесся на небеса. Созданный для нас в начало путей (Прит. 8, 22), пребывая на земле, показал нам во тьме свет, спасение от заблуждения, жизнь из мертвых и вход в рай, из котораго Адам изгнан, и в который паки вошел чрез разбойника, как сказал Господь: днесь со Мною будеши в раи (Лук. 23, 43), в который восходил и Павел; — показал вхождение на небеса, идеже предтеча вниде о нас Господний человек (Евр. 6, 20), в котором будет судить живых и мертвых.

2) Равно веруем и в Духа Святаго, вся испытующаго, и глубины Божия (1 Кор. 2, 10), анафематствуя все учения, мудрствующия противное этому.

Не представляем себе Сыно–Отца, подобно Савеллианам, называя Его односущим, а не единосущным ( ), и тем отрицая бытие Сына. Не приписываем Отцу удобостраждущаго тела, какое понес на Себе Сын для спасения всего мира. Три Ипостаси должны быть представляемы нераздельными между собою, как о людях представляем телесно, чтобы и нам, подобно язычникам, не ввести многобожия; но представляй какбы реку, которая, исходя из истока, не отделяется от него, хотя два здесь вида и два имени. Ибо Отец — не Сын, и Сын — не Отец, потому что Отец есть Отец Сыну, и Сын есть Отчий Сын. Как исток — не река, и река — не исток, но тот и другая суть одна и таже вода, из истока лиющаяся в реку: так и Божество от Отца неизлиянно и неотлучно пребывает в Сыне, как Господь говорит: изидох от Отца, и иду ко Отцу (Иоан. 16. 28). Сый в лоне Отчи (Иоан. 1, 18) всегда у Отца; и в лоне Отчем никогда не истощалось Божество Сына; ибо сказано: Аз бех при Нем устрояя (Прит. 8, 29). Не представляем себе тварию, или созданием, или из не–сущаго произшедшим Творца вселенной Бога, Сына Божия, Сущаго от Сущаго, Единаго от Единаго; потому что превечно рождена от Отца равная Ему Слава и Сила; ибо кто видел Сына, тот видел и Отца. Все сотворено чрез Сына, но сам Он не тварь, как говорит Павел о Господе: всяческая Тем создашася; и Той есть прежде всех (Кол. 1, 16–17). Не говорит, что прежде всего сотворен, но есть прежде всех: и слово создашася относит к слову всяческая, а выражение: есть прежде всех прилагает к одному Сыну.

3) Итак, Он по естеству есть Совершенное от Совершеннаго Рождение, рожденное прежде всех холмов, т. е. прежде всякой словесной и разумной сущности; как и в другомь месте Павел называет Его перворожденным всея твари (Кол. 1, 15); но назвав перворожденным, показывает этим, что Он — не тварь, а рождение Отца; ибо странно о Божестве Его употребить сказуемое: тварь. Все сотворено Отцем чрез Сына; один Сын превечно рожден от Отца; потому перворожден есть всея твари Бог Слово, Неизменный от Неизменнаго.

Тело, которое Он нас ради понес на Себе, есть тварь. О Нем говорит Иеремия, по переводу седмидесяти толковников: созда Господь спасение в насаждение ново: в немже спасеннии обидут человецы (Иер. 31, 22); а у Акилы то же изречение излагается: созда Господь новое в жене. Созданное же в насаждение нам спасение новое, а не древнее, при нас, а не при живших прежде нас, есть Иисус, как Спаситель, соделавшийся человеком; имя же Иисус переводится иногда словом: спасение, и иногда — словом: Спаситель. Спасение от Спасителя точно так–же, как освещение от света. Итак, Спасителем созданное спасение есть новое, как говорит Иеремия: созда нам спасение ново; и как выражает Акила: создал Господь новое в жене, т. е. в Марии: потому что ничего новаго не создано в жене, кроме Господня тела, рожденнаго от Девы Марии без плотскаго общения, как и в Притчах от Лица Иисусова говорится: Господь созда Мя начало путей Своих в дела Своя (Прит. 8, 22); не сказано же: прежде дел созда мя, чтобы изречения сего не принял кто о Божестве Слова.

4) Итак, оба изречения написаны об Иисусе, относительно к телу. Ибо в начало путей создан Господний человек, котораго явил Он нам во спасение, зане Тем имамы приведение ко Отцу (Ефес. 2, 18). Он есть путь, приводящий нас к Отцу, а путь есть нечто телесно видимое; и это есть Господний человек.

Все сотворило Божие Слово, Само будучи не тварию, но Рождением; потому что в числе тварей ничего не сотворило равнаго или подобнаго Себе. Раждать — прилично Отцу, а творить — художнику. Произведение и тварь есть тело, которое нас ради понес на Себе Господь, Иже бысть нам, как говорит Павел, премудрость от Бога, и освящение, и правда, и избавление (1 Кор. 1, 30), хотя Слово — прежде нас и прежде всякой твари, и было, и есть Отчая Премудрость.

Святый же Дух, исходя от Отца, всегда пребывает в руках посылающаго Отца и носящаго Сына, и Им Он наполняет всяческая. Отец, имея бытие от Себя, как сказали мы, родил Сына, а не создал, — родил как реку от истока, как растение от корня, как сияние от света, все же это видим в природе нераздельным. Чрез Него Отцу Слава, держава и величие прежде всех веков и во все веки веков! Аминь.