Чтение онлайн

– Однако...
– протянул он.
– Твой любовник меня поражает. И раздражает, - добавил сенатор сухо.

– Он мне не любовник, - прошипела Линда сквозь зубы. Митчел хмыкнул, поглядывая на жену с весёлой злостью.

– Не расстраивайся так, дорогая, один проигранный бой - это ещё не вся война.

Линда замолчала. Её искренне раздражала манера мужа постоянно припоминать ей её неудачи. Хотя, если быть честной, то он знал о её попытках снова завести интрижку с Карилисом. В общем-то, это именно он подал ей эту идею, желая получить через Линду доступ и влияние на самого неуправляемого комитетчика. Не получилось, и Лоуренс до сих пор считал, будто проигрыш состоялся по вине Линды. В голове сенатора не укладывалось, почему мужчина может отказаться обладать такой женщиной, как Линда. На месте Карилиса он бы не упустил такую возможность. Впрочем, он и так находился на его месте и эту возможность не упускал, всякий раз обладая Линдой, если ему

того хотелось.

– Ладно, допустим, он там, - задумчиво начал Митчел.
– И от чего у тебя такая паника? Что он может сделать? Карилис объявлен в розыск, Сенат принял решение по его делу и постановил доставить живым или мёртвым. Не понимаю, в чем проблема, Линда?

Та уставилась на него таким взглядом, что Лоуренс едва не покрылся ледяной коркой, картинно поёжившись и зябко передёрнув плечами.

– Ян мог найти доказательства наших планов. К примеру, обрывки переписки, лабораторные журналы, выживших, в конце концов!

– Заткнись, дура, - шикнул на неё Лоуренс, грубо схватив за руку и разворачивая спиной к основной массе гостей, пока те не заметили их спор.
– И что с того, даже если нашёл?
– уже спокойней ответил Митчел.
– Кто ему поверит? Да и куда он пойдёт? В Сенат, в Комитет? Один Хеме - не игрок, он ничего не сможет.

– А остальные сенаторы?
– зло сощурилась Линда, растирая руку.
– Трацис в своё время сумел завести надёжных партнёров. И не все из них так плохо кончили, как предок Карилиса. Например, Кэтрин Черрингтон, твоя прямая конкурентка, между прочим, - с укоризной отметила она.

– Да, Кэтрин та ещё стерва. Жаль, не получилось тогда грохнуть её вместе с Трацисом, - с сожалением покачал головой Лоуренс.
– Кто же знал, что его любовница не поедет в театр, отравившись деликатесами. И его сынок такой же, упрямый и гордый. А ведь всё могло быть иначе, не наложи Трацис вето тогда на закон о военной кампании против гиу и других, им подобных.

– Зато теперь у тебя есть все полномочия, - решила примирительно подольститься к мужу Линда.
– Церемония уже начинается, кстати...
– прищурившись, посмотрела она куда-то за плечо Митчела. Тот пожал плечами, никак не комментируя её лесть. Линда уже сыграла свою роль, выйдя за него замуж, и теперь от неё требовалось не так уж и много. Спать с теми, к кому Лоуренс искал подход, или искал на них компромат. Ещё ей нужно было появляться в высшем обществе, играть роль примерной жены, улыбаться и выглядеть хорошо. В перспективе ей ещё придётся заниматься воспитанием каких-нибудь детей, которых Лоуренс показательно усыновит, чтобы принять участие в выборной гонке за кресло председателя совета. Впрочем, детей можно оставить на няню или отправить в академию какого-то военного корпуса. Линда выяснит ближе к делу, какая там будет считаться престижной, и наиболее далёкой от любых попыток выпаса отпрысков в зоне военных конфликтов.

– Карилис ничего не может сделать, успокойся, - заключил в итоге Лоуренс.
– Побегает, попрыгает, да и вернётся. Или сдохнет где-нибудь на окраине. Его судно снято с баланса в Сенате.

– Но генерал Хеме...
– запротестовала было Линда.

– А что - генерал Хеме?
– резко повернувшись к жене, упёрся взглядом в неё Митчел.
– Старый, одинокий, слабый военный, вес голоса которого ничего не значит.

– А если он договорится с Кэтрин?
– приподняла одну бровь Линда. Митчел задумался, но ненадолго.

– Если договорится, тогда мы снова будем оплакивать двух достойных и самоотверженных членов нашего общества, - холодно произнёс Лоуренс.
– Пойдём, процессия уже вышла на поле.

Линда и сама слышала, как по площадке разносится, нарастая с каждой минутой, отдалённый гул сотен тяжёлых ботинок. Отряды гвардейцев, десантников, лётчиков и добровольцев дружно переставляли ноги, гремя по покрытию подкованными и начищенными парадными сапогами. В центр стекались ручейки из разных подразделений, чтобы соединиться вместе под град аплодисментов и выслушать напутственную речь председателя Сената и главы Комитета. Завтра должно было состояться ещё и народное гуляние по этому поводу. А пока что над космопортом разносились, сменяя друг друга, гимны тех планет, чьи сыны и дочери сейчас выступали на поле. Адмиралы держались особняком, нервничая и раздражаясь от того, что их суда придётся перевозить отдельными грузовыми кораблями, а морякам и морским подразделениям военных надо будет провести несколько недель в трюмах и, так называемых, гостевых каютах в открытом космосе. Адмиралы, пусть даже самые далёкие от прямого военного вмешательства в последние годы, начинали задумываться и потихоньку ворчать на решение Сената транспортировать суда, а не строить их на месте, привлекая рабочую силу местных обитателей. Моряки слыли суровыми и решительными людьми. В этой схватке им должна была отводиться ведущая роль морской операции в связи с привычной средой обитания противника. Вторыми по списку шли космические пилоты и атмосферные истребители, и только после

них цепочку замыкали наземные войска, должные добивать врага на суше.

Когда чета Митчелов вернулась обратно и заняла почётное место в первом ряду зрителей, высокие ботинки с магнитной подошвой сотен военных уже стучали в унисон по сброшенным решетчатым трапам. Вливание человеческих масс в брюхо судов происходило под напутственную речь седенького и сухопарого председателя, чьи слова, пусть и звучащие пафосно и до неприличия искренне, не внушали даже толики уверенности ни в одного солдата. Только добровольцы планетарной обороны Эдарии, раззявив рты и пуская патриотические сопли, с горящими глазами шагали по полю под звуки речи председателя.

"Мясо, - с отвращением подумал Митчел, - этих точно погонят вперёд бывалые, чтобы лишний раз не тратить на проверку своих людей".

Сенатор смотрел на процессию отрешённо, продолжая по привычке выражать своё глубокое восхищение и одобрение во взгляде и жестах. Он думал о том, сколько теперь кредитов можно будет пропускать через свои руки, когда и как именно они смогут разделаться с чужаками, вернуть свои планеты, попутно захватив ещё и чужие. Впрочем, больше территорий Лоуренса интересовали технологии. Одна только мысль о создании флота на основе материалов и техники ксеноформ приводила Митчела в неописуемый восторг. Эдария станет не просто столицей, она станет непобедимой. А вот тогда уже можно будет подумать и о других соседях, которых, кроме этих чёртовых каракатиц, было предостаточно. Фантазии немного омрачал провал заказа на Катальде, но Лоуренс воспринимал это, как случайность. Ну, и что из того, что исполнением занимались наёмники высшего ранга? Плохо продумали миссию, со всеми бывает. Радовало их стремление исправить своё честное имя. Рыжий предводитель силового звена обещал довести дело до конца бесплатно.

"Видит Единый, я хотел решить дело с минимальными потерями, малой кровью, - думал Митчел, взирая на полки гвардейцев и десантников, марширующих к грузовым отсекам транспортных кораблей, - угнали бы тогда твою "Иглу", бросили бы на окраине системы, и всем было бы сейчас хорошо. Но эта твоя новенькая спутала все карты. Теперь придётся тебя убить не так героически, Карилис. А ведь ты мог бы послужить в последний раз Конгломерату и мне лично. Умер бы героем, несправедливо замученным перед глазками телекамер. Стал бы мучеником, за которого наша человеческая система понеслась бы мстить. Жаль, очень жаль, что не удалось провернуть это всё. Какая была бы дополнительная причина, просто загляденье! Герой-комитетчик, показательно растерзанный террористами из ячейки борцов за права ксеноформов, которые нападают на планеты Конгломерата!"

Лоуренс даже сжал кулак, в попытке схватить упущенное время и подтянуть его обратно в реальность.

Линда, стоявшая рядом с мужем, как и полагается приличной жене сенатора, размышляла вовсе о другом. Она боролась с искушением не начать покусывать губу, представляя себе Яна, который снова остался один, на войне, возможно, даже раненый. Линда почувствовала возбуждение, и тайком оглянулась по сторонам, не заметил ли кто её напряжённой позы.

"Янис умён, - думала она со сладкой тоской, - и достаточно безумен. Зря ты не послушал меня сегодня, Лоуренс. С другой стороны, ты можешь оказаться прав. К кому может обратиться Ян? К генералу, разве что. Но Хеме здесь, а Карилис там. И кто доберётся до последнего твоего доверенного лица быстрее, Ян?
– она улыбнулась, что было воспринято остальными за удовольствие от проходящей мимо сотни печатающих шаг военных.
– Какое же это удовольствие, знать, что твоя жизнь, твоё состояние, весь ты и твоя команда идиотов находитесь в моих руках, - подумала она, облизнув губы.
– Я могу помочь тебе, сообщив истинную причину, могу не помогать, я могу даже назвать тебе имена тех, кто курировал проект по созданию гибридов, которые теперь разносят отдалённые планетки, переполненные отбросами. И мы можем официально ввести свои войска туда, где до этого проходила нейтральная зона. Дипломаты уже не помогут, переговоры бессмысленны, доказательства нападения на мирные планеты у нас есть. И всё благодаря тебе, Ян! Если бы не твоя упрямая вера в справедливость, не твой полет к Иридии, вряд ли бы дело прошло так гладко. Твоё имя, Карилис, сыграло нам на руку. Пусть и не так, как задумал сначала Лоуренс, но всё идёт нам на пользу, даже твои метания и трепыхания в космосе. Жаль, что ты не согласился на моё предложение тогда, когда я хотела быть с тобой. Сейчас я могла бы попытаться тебя предупредить".

Линда часто и неглубоко задышала, чувствуя, как по телу разливается жар, а щеки начинают алеть. Надо срочно успокоиться, иначе Лоуренс воспримет это неправильно, и ей снова придётся отбыть куда-то к его очередному партнёру. Линда раздумывала ещё и о том, что случится, если она расскажет когда-то о настоящих предпочтениях в кровати своего мужа? Мысль прилично охолонула её рассудок, заставив жар скрыться прочь. Ледяная волна страха привела Линду в чувство. Оказаться на месте его предпочитаемых мёртвых пассий ей никак не хотелось.