Тропа орка
Шрифт:
– Ясно, в моих местах вас бы назвали женщина и девушка. Меня можете звать ....
– Не неси в новую жизнь старое имя, твоя судьба изменилась, для тебя этот мир найдёт новое имя.
– Найдёт, так найдёт, скажи мне, Ма, а почему Илика называла меня пустым?
– Ты знаешь, это долгий разговор, ты ведь ничего не знаешь о нашей жизни, многое придётся тебе объяснить, показать, многому научить.
– А мы куда то спешим?
– Вам с Иликой нужно сходить на то место, откуда ты нас забрал, она поможет запутать следы. Илика была одним из лучших следопытов Ор-кайрин.
Кажется, Ма что то задумала, но в принципе я был только за её предложение. Тем более Илика меня как потенциального жениха не рассматривает, и это меня вполне устраивает, педофилией я не страдаю.
– Отличная идея, только, Ма, если я правильно услышал, тебе больше двухсот лет, я понимаю, что ты привыкла
Ма улыбнулась.
– Но ведь не хотим чтобы, как ты их назвал - ушастики, нас нашли. Правда, Илика?
*Ораш - самец гигантской гиены динокрокуты
Глава 5. Многия знания умножают печали.
Не сказать, что я не думал о том, что стоило бы сменить мою стоянку, но заявление Ма меня практически рассмешило. Не знаю, с какой целью она хотела отправить меня с девчонкой со стоянки, но как по мне, Илике ещё рано рассекать по степи, после такой контузии, вон глазюки свои кошачьи до сих пор в кучку собрать не может. Хотя чего кривить душой, покойного лучника мне стоило бы поблагодарить, если б не его стрела, то из меня сия бойкая барышня сделала бы жука на булавке. Спасло меня не моё мастерство, а её контузия. Да и мои тропы замаскировать не выйдет.
В моих скитаниях по миру, в прошлой жизни, приходилось встречать таких умельцев по следопытной части, что любые ухищрения зверья у них вызывали лишь лёгкое недоумение. Поэтому, если верить земным сказкам, ушастые в этом деле тоже не самые последние, быстро нас вычислят и нам стоит линять отсель пошустрее. А свои таланты Илика может проявить, маскируя мою стоянку и придавая ей максимально нежилой вид, пока я буду делать новый плот. Примерно в таком ключе я и высказал барышням своё мнение. И что самое интересное, особого отторжения моя идея не вызвала. Только Ма внесла несколько поправок, а так мой план был в общих чертах принят.
Что я вам скажу, работая бронзовым ножом, любезно одолженным мне Ма, моя работа ускорилась вдвое. Даже учитывая то, что его приходилось постоянно подтачивать. Илика взяла на себя обработку шкур, а Ма, чтоб не сидеть без дела, плела верёвки из волокон агавы, которых у меня скопилось хорошая такая куча. Время от времени ворча, Илика скребла и мяла шкуры, натирала их песком, смешанным с золой и солёной пылью, что я приволок утром.
Она таки узнала в бинтах свою одёжку, и я чуть опять не лишился глаз. Боюсь, что не простит она мне это платьишко, придётся отдариваться. А что здесь думать, пусть забирает себе шкуру мега-гиена, с черепушкой и когтистыми лапами, мне не жалко. Ей шкурка шибко нравится, вон, как мех гладит, когда думает, что я не вижу, клыки да когти перебирает. Всё равно эта шкура мне не подходит на одежду, сильно грубая и тяжёлая, а девочке нравится. Её бы в сале с воском выварить, бронька б вышла - загляденье, пулю ПМа удержит. Себе я ещё позавчера сделал что-то вроде килта из шкуры сайги, и не чё так вышло на мой вкус, по крайней мере, задницей не сверкаю на всю степь, как в первые дни. Правда, шкура не выделанная, но думаю, потом, когда всё устаканится, подкачу к моим попутчицам и попрошу их помочь мне одеться по местной моде. А пока и так похожу. Главное, чтоб подарок как сватовство не восприняла. Я, конечно, снова готов к подвигам на любовном фронте, ориентации я самой правильной, но вот воспринять Илику как объект вожделения пока не готов. Она для меня скорее как младшая сестрёнка - пацанка.
Даже с помощью нормального инструмента с заготовкой камыша провозился до вечера. За это время Ма выработала большую часть пряжи из агавы, получив порядочное количество тонкой, миллиметров с десять, но очень прочной верёвки. А Илика, закончив со шкурами, умотала в степь на охоту. Пока девчонки нет, я решил добыть хоть кроху информации об этом мире и всём, что в нём происходит. И первое, с чего я начал - это с вопроса, так и повисшего в воздухе - почему Илика назвала меня пустым?
Ответ не то чтобы сразил меня наповал, но заставил крепко задуматься. Глупо было бы ожидать сходства этого мира с земной, выхолощенной культурой, но попасть в заповедник, в котором эльфы содержат орков как доноров органов и не дают им подняться выше родоплеменного строя, это я скажу вам - перебор. Разговор оказался довольно длительным и во всём полезным для меня. Сказывается двухсотлетний опыт Ма. Не разжёвывая, но точно и доходчиво, она вкратце, насколько это возможно, объяснила мне кто я, где я, и где
мои вещи.Как оказалось, в родах и племенах орков юноши и девушки, в возрасте двенадцати лет проходят обряд инициации (как у индейцев, только без всякой мистики, а что, условия жизни то сходные) и получают свои взрослые имена, и первые татуировки. К обряду не допускаются только пустые - дети орков, которые в силу своего умственного развития не в состоянии вступить во взрослую жизнь и выжить без поддержки племени. До восемнадцати-двадцати лет они живут с племенем, помогая в тяжёлых и не требующих напряжения ума работах. Потом, тех из них, кто проявляет себя излишне агрессивно все племена, без исключения, выводят на суд степи, как прародительницы всех орочьих племён. Нужно говорить, сколько подсудимых выживает?
Кстати, орки между собой не сильно, но отличаются внешне, а в зависимости от места жительства и названия племён, обозначаются каждое по-своему. Ор - степняки, стройные высокие, как для орков, с кожей горчично-зелёного цвета, Кир - пещерники - худые, жилистые, низкорослые и серокожие, Ша - лесовики - тоже низкорослые, но более мускулистые, чем пещерники и самые зелёные среди орков, Коч - горцы - в росте нечто среднее между степняками и лесовиками, но массивнее всех перечисленных, и с кожей горчичного цвета , Шим - так сказать поморы, самые рослые и мускулистые, из всех орков, с кожей серо-зелёного цвета. К морским оркам, судя по моему внешнему виду, Ма с Иликой меня и причислили. И все племена орков ведут своих пустышей в степь. Среди 'избранных' оказался и я, точнее моё тело, а уж мне повезло вселиться в 'пустого'.
Пока мы с Ма мило беседовали, вернулась Илика, неся пятерых сурков! Вот что значит специалист. Три часа прогулки и гора мяса и шкур, Жаба протянула свои холодные и липкие лапы к моему горлу. Запинав земноводное куда подальше, я решил поговорить с Иликой. Хорошая болезнь склероз, ничего не болит, а каждый день новости! Про то, как отдать Илике шкуру мега-гиена, чтоб чего лишнего не подумала, я-то спросить запамятовал. Да и не дело общаться в одном коллективе, тем более в таком маленьком, через посредника. Извинившись перед Ма, я подошёл к девочке. - Илика, ты уж прости меня за твои вещи, мне срочно нужно было перевязать Ма ноги, а тут твоя одежда под руку попалась. Девчонка искоса взглянула на меня, и не отрываясь от разделки сурка ответила: - Не страшно, я и не обиделась, всё равно надевать её не перед кем. Да я и сама в таком случае её бы изорвала. Вот уж язва, всё-таки не удержалась, чтоб шпильку не вставить! Но я уже вышел из того возраста, чтоб реагировать на мелкие девчачьи уколы. - Илика, ещё одно дело. Ты не подумай чего лишнего, я случайно увидел, что большая шкура тебе понравилась, забирай её себе. Мне она всё равно ни кчему, а тебе пригодится.
Девчонка вскочила, сверкнула глазами и крепко сжала в руке обсидиановый нож, которым разделывала мясо. Опаньки, а таки я был прав, когда считал, что такой подарок просто так, не преподносят, ща будет третья серия нашей мелодрамы под названием 'Поножовщина'. Но тут подала голос Ма: - Бери, дочка, он не хотел тебя обидеть,а клыки и когти отдашь мне потом, я из них ему ожерелье сделаю, он его невесте подарит, а хвост отдай ему сейчас. Прости его, он наших обычаев ещё не знает, а многие из них снесёт не заметив, просто появившись в нашем мире. И, уже обращаясь ко мне, сказала: - У нас такие подарки делает только муж любимой жене. А ожерелье из клыков и когтей парни дарят девушке, с которой хотят связать свою жизнь. Трофеи же, со своей первой настоящей добычи, носят все воины и охотники орков. А такой трофей, как ораш, прятать настоящее преступление. А по нему, да ещё и с татуировкой, большинство степных орков поймёт, как тебя зовут. - Ну и как теперь меня зовут? - А так и зовут, Орраш, как и того, с кем ты дрался и победил. Устала я сегодня, придумывать какое-то другое имя лень, будешь Оррашем.
Тэээкс, братцы и сестрицы, пора тормозить эти маорийские настроения. - Да по мне хоть горшком зовите, только в печь не ставьте. Буду Оррашем, не привыкать имя менять. Но татуировок не нужно, мне без них больше нравится. Хватит и хвоста. Ма удивлённо взглянула на меня, но ничего не сказала ,а Илика не преминула вставить шпильку: - Ма, а Орраш по степи ходит хуже любого самого неуклюжего пещерника, как стадо оробов (носорогов), видно ничего не боится, такие дороги за собой оставляет! И голышом ходит. Может, назовём его кааном ( черепахой), и за хвостом далеко ходить не надо! - Ох и злая ты, не зря тебя лаской прозвали. Всё не шуми, я спать хочу, старая я стала, отдыхать теперь много буду. А за твой колючий язык завтра оборвёшь все листья кины (агавы) в округе и будешь из них пряжу делать себе на новую рубаху. Да и Оррашу одеться тоже надо.