Чтение онлайн

Но в его голосе не было и намека на сожаление, и создание Тьмы слышал это.

— Ты дерзок, человек! — прорычал демон.

— Я не хотел тебя задеть, — искренне сказал Ланс.

— И это я вижу. Чего ты хочешь?

— Совета.

Существо запрокинуло голову и беззвучно затряслось в приступе смеха. Красные блики отраженного пламени глаз чудовища запрыгали на потолке.

— Ну, конечно, ты хочешь совета, человек, — наконец, смог пророкотать гигант, — вы, люди, всегда ищите советов, но никогда не следуете им.

— Это задевает твое самолюбие?

Великан

брезгливо оглядел принца.

— У меня нет самолюбия, человек. У меня нет совести, нет жалости и во мне нет подлости. Я только плоть, идеальная плоть, питающаяся чувствами. Это вы, люди — одухотворенная падаль, наделенная всем этим. Но когда-нибудь все изменится.

— И, тем не менее, я никогда не избегал общения с тобой. Возможно, ты несправедлив к себе.

Демон взревел, хрустнул смятый впившимися когтями паркет.

— Граница между нами неодолима и ты можешь безнаказанно говорить все, что хочешь.

— Я пришел не говорить, я пришел спрашивать.

— Тогда спрашивай, — равнодушно ответило существо из нижних пределов, внимательно изучая руны на полу.

— Где мне найти убийцу моего брата, Лоуна? — спросил тогда Ланс.

— Ты даже не спросишь, кто это сделал?

— А ты ответишь?

— Нет, каждый должен сам решать свои проблемы. На этом стоит мир.

— До сих пор ни ты, ни тебе подобные не отказывали нам.

— В той же мере, в какой мы помогаем вам, мы помогаем и себе. И ты должен знать, что мы не даем прямых ответов.

Ланс поморщился:

— Прямых, непрямых — какая разница? Вы их даете, и это главное.

— Но, выбор всегда остается за вами, людьми. То, как вы толкуете наши слова, нас не касается. И вы, люди, и мы, высшие создания, только играем по навязанным нам правилам.

— Кем навязанным? — тут же спросил Ланс.

Продолжая сидеть, Тогай поерзал и негромко фыркнул:

— Хотел бы я знать это. Я лишь вижу, как меняются эти правила, а с ними меняемся и мы.

— Но что доминирует в этом процессе? — заинтересовался принц.

Демон только покачал головой:

— Меняют ли нас эти правила или меняемся мы и меняем их вслед за собой, я не знаю. Я вижу только сам процесс. Особенно заметно это в твоем мире. Возможно потому, что вам, людям, отпущен короткий срок.

— Разве так было не всегда?

— «Всегда» — понятие относительное. То, что для тебя «всегда», для меня только миг. Свой срок мы меряем вашими жизнями, люди.

— Значит, не такие уж мы ничтожества, — насмешливо заключил Ланс.

И вновь гигант затрясся в беззвучном припадке смеха.

— Ты стал еще большим циником, чем был, при нашей последней встрече, Ланс, — в голосе демона звучало удовлетворение. — Это хорошо. Все циники, рано или поздно, попадают ко мне.

В этот момент Лансу представился погибший младший брат, и он помрачнел. Чутко уловив перемену в его настроении, успокоился и демон.

— Я чувствую твою боль. Последний раз мы виделись с тобой после смерти твоего отца, короля Дарвина, и тогда в тебе не было этой боли. Ты повзрослел, принц.

— Это

совсем другое, — тихо произнес Ланс. — Отец прожил долгую жизнь.

Создание Тьмы, казалось, не слышал его слов:

— Вы, люди, взрослеете лишь тогда, когда начинаете осознавать смерти, окружающие вас.

Демон вздрогнул, словно очнулся, и вновь посмотрел на человека.

— Тебя беспокоит уход из твоей реальности сущности, что звалась твоим братом.

— Да, — коротко ответил Ланс.

Других слов он просто не смог найти.

— Я ощутил его проход, — медленно заговорил Тогай, — но я его не видел. Он был молод, очень молод, и не успел пасть настолько низко, чтоб оказаться в наших пределах.

За эти слова Ланс готов был простить демону все. На миг он почувствовал благодарность к нависшему над ним великану.

— Я должен отомстить убийце, — твердо сказал он.

— Ненависть — это то, что питает меня, — удовлетворенно пророкотал Тогай.

— Найди мне убийцу, и я добавлю к ней смерть.

— Это не просто, принц, ты знаешь правила. Я не могу дать прямой ответ, а любой другой ты должен заслужить.

— Мне нет дела до каких-либо правил, ублюдок. Проси, что хочешь, и говори!

Против ожидания, Тогай не разозлился. На его лице появилась странная двусмысленная улыбка, и только глаза глядели холодно и оценивающе.

— Ты не собираешься торговаться, принц? Так не годится. Я могу получить лишь то, что ты мне дашь через «не могу».

От ярости у Ланса потемнело в глазах, но он сдержался.

— Чего ты хочешь? — сдавленно спросил он.

Демон смотрел на него все замечающими глазами и на вопрос Ланса только кивнул, словно получил подтверждение каким-то своим мыслям. Принц же поднял руку и разглядывал бессознательно вызванную им Тераль. Когда он вновь перевел взгляд на демона, то обнаружил, что и тот неотрывно глядит на отполированную сталь клинка.

— Я совсем забыл о нем, Ланселот. Говорят, что такие клинки даже после смерти хозяев… — демон спохватился и замолчал.

— Так чего ты хочешь? — повторил вопрос принц.

Великан повозился, устраиваясь удобнее и стараясь при этом держаться подальше от границ защитного круга.

— Ну, хорошо, — Тогай вздохнул, что в его исполнении скорее напоминало тигриный рык, — я согласен помочь, я даже хочу помочь, но так просто не могу этого сделать, принц. Ты должен заслужить это знание, я же должен заслужить право советовать такому как ты.

— Что за глупости? — воскликнул Ланс. — Раньше ты не был таким щепетильным.

— Мы с тобой разыграем наши права! — проигнорировав Ланса, заявил гигант таким тоном, словно эта мысль только что осенила его. В огромной когтистой лапе откуда-то возникла колода карт. — При твоем выигрыше ты получишь мой совет и заплатишь установленную мной разумную цену. При моем выигрыше ты, разумеется, также получишь совет, но заплатишь вдвое.

Принц рассмеялся.

— Ты блефуешь, отродье! Мы оба знаем, что раз ты здесь, то не можешь молчать, но я согласен на твои условия.