Триптих. Знамение.
Шрифт:
– О чем вы?
– заинтересовался Клайв.
– Он трижды спасал нас. Два раза из плена и один раз, когда за нами гналась полукровка Дарвейн. Он предупредил нас. Кроме того, он открыто заявил, что болеет за наше дело. Конечно он генерал, и вряд ли сможет увильнуть от битвы, но без веры в Императора, вряд ли будет биться, как тот самый генерал из легенд, овеянный славой и кровью.
– Все складывается даже как-то чересчур хорошо, - с одобрением сказал Клайв.
– Это и смущает, - добавил Чарльз.
– Послушайте, - обратился Стивен к ним обоим, - сейчас у нас есть максимум из того, что мы можем собрать. Если Императора и его армию в принципе, возможно победить, надо делать это сейчас, пока мы располагаем такими ресурсами! Мы,
– Успокойся предводитель, - попытался улыбнуться Чарльз.
– Я лишь говорю о риске подобных действий, а не о том, что они не имеют смысла.
– Прости Чарльз, просто я так услал, что чересчур остро на все реагирую и забываю, что я среди единомышленников.
– Я думаю, он не в обиде.
– Клайв похлопал Стивена по плечу, - А что касается вас, то вы определенно не в том состояние, чтобы продолжать споры! Сейчас я вернусь к остальным, и мы будем обсуждать наши дальнейшие действия, в соответствии с нашим общим планом. А вечером я вам все расскажу. А сейчас я советую, немедленно отправится отдыхать, вам это явно не будет лишним!
Так как Стивен и Филлириус, озабоченные предстоящим разговором с сопротивлением, и вправду, почти не спали, потратив всю ночь на разработку плана предстоящего похода и совещания с лидерами сопротивления, они были до предела вымотаны, и поэтому с удовольствием воспользовались предложением Клайва. Отложив все дальнейшие разговоры на вечер, они отправились спать, хотя оба понимали, что сон если и придет к ним, то будет наполнен кровью жертв будущей войны.
Настал вечер. Отдохнувшие после недолгого сна, Стивен и Филлириус спустились в большой зал, где их уже ожидали лидеры сопротивления, которые готовы были предложить свои идеи.
– Добрый вечер!
– начал Стивен и решил сразу перейти к делу, - Я буду краток. Все вы хотите поделиться своими предложениями.
Вокруг раздались неуверенные согласия, хотя Стивен скорей утверждал, чем спрашивал.
– Мы это прекрасно понимаем, но все же сначала позвольте спросить: главные моменты и наше передвижение, остались в силе?
– Да Стив, - ответил ему Клайв.
– Наши доработки касаются скорей косвенных вопросов, связанных с обеспечением войск, и прочего в том же духе. Основная идея осталась та же.
– Отлично! Тогда, я прошу тебя разобраться со всеми проблемами. Ты хорошо знаешь эту страну, людей и их нужды, так что я верю, что ты сможешь принять наилучшее для всех решение. Тем временем мы с Филлириусом будем решать магические вопросы, ведь в армии Императора есть маги. Как мы уже говорили, после встречи с Адэль в Тэрнсе, у Филлириуса дома, где мы сделаем наш временный штаб, мы двинемся к закрытому валканскому порту. Далее мы высадимся в северном порту Гарона, доберемся до слияния Нейры и Катры, оставим там подкрепление и вдоль Нейры дойдем до замка Сарлакаса. Я понимаю весь риск нашего положения при такой расстановке сил. Но это будет единственный путь, чтобы хотя бы отвлечь Императора. А тогда я уже смогу подобраться к нему, и будем надеяться на победу! В его смерти - наше спасение, избавившись от его магии и его гончих, мы сможем выиграть эту войну! Надеюсь, вы понимаете мое решение назначить Клайва ответственным за бытовую часть нашего похода, и дать нам с Филлириусом шанс как следует обдумать более существенные вопросы?!
Стивен оглядел собравшихся. На лицах некоторых из них читалось недовольство, но от высказываний они воздержались, большинство же согласно кивали.
– Что ж! Тогда мы снова оставляем вас, на этот раз до связи с нами Адэль. Как только она получит окончательный ответ пэров, и расскажет об этом нам, мы вас немедленно оповестим!
Стивен позвал Филлириуса и вместе они вышли из зала
совета, которым стал большой обеденный зал в доме Клайва. Им было о чем подумать и что обсудить, как и у каждого из их союзников. Направившись в кабинет, друзья погрузились в раздумья. Им предстояло делиться ими друг с другом еще не один день, ожидая пока с ними свяжется Адэль. Каждый из них понимал, насколько важна её миссия, и оставалось только пожелать Адэль удачи и перестать нервничать самим - Адэль добралась до Рэннеса раньше, чем они до Ровмалы, и друзья ждали от неё ответа ещё по пути к Клайву, но никакой весточки не было.'Я верю в нее', - только и смог мысленно повторять Стивен, которому не доставало ее больше всех. 'Я верю...'.
* * *
Глаза Адэль радовались, видя, как тают снега, зеленеет трава. Её душа пела вместе с сотнями голосов других душ, встречающих долгожданные перемены. Всеобщая любовь к Императору поутихла - сердцами люди чувствовали - спасение исходило не от него. Его стали воспринимать не более чем как должное. Его не ненавидели и не обожествляли. Из могучего полубога он стал простым царем мира с большими возможностями и изменчивым нравом. Никто не проклинал его, но каждый был готов и к лучшему и к худшему. Его правление до сих пор обещало стабильность. Мало кто из людей понимал это. Для них существовали только злые и добрые. Адэль спрашивала себя - кто станет править Гароном после смерти Владиса? Что случиться после войны? Она просила Воздух не покидать её, чтобы потом, когда Стивен вернется домой и правление Императора закончиться, она могла помочь людям вернуться к привычной жизни и пережить потери. Она понимала, какую цену придется за это заплатить ей - вечность скитаний по миру в полном одиночестве, пока, через много тысячелетий, не наступит день, когда Боги-создатели отвернутся от своего творения, сила Элементов иссякнет и миры погрузятся в бездну небытия, отпустив душу и тело Адэль из плена её собственного выбора. Она не страшилась вечности, но боялась того, что вечность может принести.
Адэль вышла из гостиницы. Она жила здесь уже неделю и два дня, ожидая начала парламентской сессии - ей нужно было, чтобы её услышали все пэры Валканы. В это утро, далекие мысли о будущем оставили Адэль. У неё будет время подумать. Сейчас общая цель звала её в замок Сен-Валес, построенный первыми лиорцами, переселившимися в Валкану после Великой войны. Отобедав в хорошем ресторане, Адэль купила платье из золотой парчи от лучших рэннесских швей, наняла экипаж и велела извозчику вести её в Сен-Валес. Заседание только началось, а у замка уже толпились сотни людей - по слухам парламент принимал новый закон о правах магов. Адэль пустили без вопросов, стоило ей показать верительные грамоты с печатью самого Императора.
Слуга отворил двери палаты и громогласно объявил:
– Её Светлость, Благороднейшая герцогиня Баррена, посол Его Величества Императора и короля Гарона.
Члены парламента, заполонившие палату заседаний, застыли в оцепенении. Все погрузились в тишину. Звук каблуков Адэль эхом отдавался от стен. Она шла вдоль рядов, прямиком к трону короля. Люди - вся знать Валканы - смотрели ей вслед, не веря своим глазам. Остановившись перед королем, Адэль присела в низком реверансе и поцеловала монарший перстень.
– Не сочтите за дерзость, Ваша Светлость, - заговорил король, глазами ища поддержки среди приближенных, - но могу ли я верить тому, что вижу?
– Смотря, что вы видите, Ваше Величество, - ответила Адэль.
– Я вижу женщину, что по всем законам жизни и смерти должна быть мертва более пятисот лет. Я вижу лицо герцогини Адэль Баррен, достойной супруги герцога Баррена. Я вижу героя Великой Войны, - стойко ответил король Филипп, постукивая пальцем по трону.
Адэль легко улыбнулась. Ей стало спокойнее после слов короля, ведь они подтверждали, что не все запомнили её как женщину, что прокляла великого и доблестного воина, и некоторые знали, что она была одной из тех, кто помог удержать замок Ладрен.