Чтение онлайн

Жекан подавился от этого вопроса. Он боялся его не слабее огня.

Алиса постучала ему по спине.

— С юга. — Ответил Жекан расплывчато.

— Из Французских Колоний я пологая?

— Не совсем.

— Тогда боюсь предположить откуда же вы. Неужели из земель коммунистов? — Девушки заохали.

— Да. — Ответил Жекан. — Оттуда. А что?

— Ничего. Рада, что вы смогли сбежать из этого ужасного места. Моего бедного дядюшку коммунисты повесили. Просто ужасно, вешать людей, просто за то, что ты, смог заработать много денег, получить какой-то статус

в цивилизованном обществе.

— А я слышал, что в Москве как-то раз, расстреляли толпу бастующих рабочих. Это правда? — Решил ответить старухе чем-то подобным Жекан.

— Ох, как вчера помню. Сидела у покойной сестрицы в гостях, и сама видела, как по ним стреляли. Но и поделом им. Если решили выступить против власти, значит будьте готовы к ответным мерам. Слава богам у нас тогда был сильный лидер. Или вы считаете моё мнение не правильным? Вы ведь не спроста оказались здесь, не так ли Женя?

— Вы правы, не просто так. Но при этом я всё же считаю, что расстреливать бастующих неправильно. Плевать коммунисты ты, или империалист, убивать людей за то, что они хотят хлеба не этично в любом случае.

— Скажите Женя, а вы умеете играть на гитаре? — Спросила Ита, решившая спасти положение. Разговор между Жеканом и старшей санитаркой уже начинал заходить слишком далеко. — Девочки уже давно хотели послушать музыку, да хорошего исполнителя не было.

— Умею. — Ответил Жекан.

— Тогда сыграете?

— Сыграю.

Ита встала из-за стола и пошла к своей раскладушке.

— Не обращай внимания на Юлю Сергеевну. Она очень любит поговорить про политику. — Сказал Алиса Жекану на ушко.

— Ничего. Я понимаю.

— Вот держите Женя. — Ита протянула Жекану гитару.

— И что вам сыграть? — Спросил он, беря гитару.

— Да что знаете. — Ответила Ита и села на диван.

Жекан размял пальцы и поудобнее взялся за гитару. Большой палец правой руки прошёлся по струнам. По палатке пронеслись приятные звуки. Но недостаточно хорошие. Гитару ещё надо было настроить. Поднатянул одни струны, ослабил другие. Палец прошёлся по струнам ещё раз. Вот теперь отлично звучат. Можно играть.

Зашевелились грубые, но ловкие пальцы. Разошлись родимые, гонимые мышечной памятью. Правая рука струны туда-сюда, туда-сюда, а левая подыгрывала, помогала, делала мелодию складнее.

Жекан что-то из Высоцкого играл. Не помнил, что, но помнил, что точно из него. Весёлое такое, настроение поднимающее.

Хорошо песня шла. Без запинок. Играл её Жекан хорошо. Играл и боялся признаться, что это единственная мелодия, которую он умеет играть. Мелодию своей жизни надо уметь играть. Тогда и в самую тяжёлую минуту не будешь унывать. Вот такой наивный бред себе придумал Жекан очень, очень давно, и взял гитару, заучил мелодию наизусть, чтобы, когда страшно будет, наигрывать её в голове. Так и побеждает Жекан страх и неуверенность, наивностью.

— Жекан бля! Выходи сука! Пизьдить тебя будем! — Закричал на улице.

Жекан прекратил играть, поставил гитару у стола.

— Женя не иди! — Испугалась Алиса, вскочила и преградила ему дорогу.

— Не пойду так они сами

придут. Так что лучше на улице. — Жекан отодвинул Алису и вышел из палатки.

Целая банда собралась. Пять уёбков, очень желающих получить по рожам. Все при оружии. У Жарова дубинка, у троих кастеты, а у последнего нож. Какие крутые, с оружием да впятером на одного.

Жекану стало очень страшно, хоть он этого и не показывал. Он попытался наиграть мелодию в голове, да она что-то забылась.

— Мужики давайте без этого. Можно всё обсудить.

— Пошёл нахуй со своей обсуждаловкой. Ты мне нос разбил. Пахе зуб выбил. Пизда тебе!

— Это вам пизда! — Подошли справа десяток ребят. Картёжники с друзьями. — Съебитесь, а то плохо будет. Сломанным носом не обойдётесь, я вам обещаю. — Договорил почти пожилой солдат.

Жаров плюнул в сторону подошедших.

— Хуй вам. — Был серьёзно настрое пулемётчик.

Дружки его походу тоже.

— Я вас предупреждал. — Засучил рукава почти пожилой. — Бей их мужики.

Побежали друг на дружку. И Жекан к ним полетел. Тарас в сторонке остался. Для него такие побоища были опасны.

Жарову второй раз попало по носу. Кровь снова потекла. Выбыл мужик. За него, со всей силищи дружок ударил противника в живот кастетом.

Жекан сбил с ног гада с ножом, протаранив его, и по щеке кулаком получил. Отшатнулся бедняга. Возле лица очередной кулак пролетел, только на этот раз с кастетом. Ох и перемололи бы ему физиономию.

Зато ногой достали. В живот пнули.

Жекан от такого приёмчика не смог устоять. Упал.

Обидчик к нему прыгнул, морду бить. Но врезалась в его тупую голому полная банка тушёнки, не вскрытая, не мятая. Ну кто продукты на такое говно переводит?

Алиса это бросилась, и метко, надо сказать.

Мужик повалился.

Жекан перевернулся, взобрался на него и вмазал паскуде пару раз. Правой, в одно место, по скуле.

Прошумел выстрел.

К дерущимся подбежал офицер.

— Остановить драку! Встать в строй! — Закричал офицер.

Мужики отцепились друг от друга и встали дружненько в строй.

— Кто драку затеял?! Кто?!

Все промолчали. Только что чуть ли не резались, а вот уже стоят и помалкивают, не сдают никого. «Мужчины.» — сказали бы девушки.

Офицер пождал полминутки и поняв, что говорить бойцы не собираются, сказал:

— Раз молчите, значит все виноваты. Значит и отдуваться будете все. Завтра пройдётесь по выгребным ямам и отчистите их. Всем понятно?

— Да господин офицер. — Сказали мужики хором.

Снова громыхнуло, но на этот раз сильнее. И от грохота этого разлетелись в клочья с десяток палаток.

— Бомбёжка! Ложись!!!

Жекан понёсся к Алисе. Добежав, повалил её и прикрыл собой.

Палатка развалилась, рухнула на них всей тяжестью ткани, хоть как-то прикрыла от смерти.

Алиса вжалась в Жекана и землю одновременно, спрятала лицо в тёплом и пухло комбезе.

Закончилось. Тишина наступила.

— Алиса, одевай комбинезон, а я побежал, мне надо. — Жекан прорезал себе выход и вылез из-под ткани.