Террариум 3
Шрифт:
— И чего же нужно Алисе, а Тарас? Я ведь ей подарок на «Новый год» возле палатки положил, и она его взяла, а не прощает?
— Боюсь его кто-то другой спёр. — Сказал Тарас. — И ещё побаиваюсь, что ты за время своих странствий, позабыл, как за женщинами ухаживать.
Жекан остановился. Посмотрел на друга.
— Я? Забыл? Не-е-е-ет. В начале ведь всё было хорошо. Мы вон сколько кувыркались, перед тем как я тебя… кхе-кхе.
Постоял, помолчал, поглядел на солнце.
— Думаешь, нужно идти прощение просить? Сама не остынет? — Спросил Жекан.
— Думаю
Жекан ещё чуточку поразмыслил.
— Пойдём нашего оболтуса проверять.
В окопах и траншеях, царила благодать. Люди отдыхали, но теперь прислушиваясь и оглядываясь. Огромная воронка от взрыва напоминала им каждый день, что бдительность это главное.
Вот пьёт солдат чай. Отхлебнул разок и прислушался. Ничего не падает? Враги не нападают? Убедился, что всё хорошо и ещё глотнул.
— Черненко?! Ты здесь?! — Крикнул Жекан, подходя к родненькой позиции.
— Да. — Молодой солдат вскочил, встал по стойке смирно.
— Чего вскочил? Садись. Как обстановка? — Сказал Жекан и присел вместе с Тарасом.
И солдат сел.
— Ну… хорошо всё. Тихо.
— Точно? Уверен? — Спросил Жекан, а сам улыбаться принялся.
— Да.
— И враги по ничейной земле не ползут к нам?
Солдат перепугался. Опять вскочил и полез смотреть.
— Да шучу я. — Засмеялся Жекан. — Садись. Ты чего тут кстати делать принялся? Пулемёт что ли разбирать?
— Ну… да.
На земле лежал пулемёт. На половину разобранный и почищенный.
— И зачем? Моя ведь очередь-то?
Солдат не знал, что ответить.
— Услужить хотел? — Спросил Тарас.
Боец кивнул.
— Ещё раз спрошу, зачем? — Спросил Жекан.
— Парень с которым я приехал, не услужил и вон у него, синяк на лице.
— Это какой? — Снова задал вопрос Тарас.
— Дима Красин.
— Ага. Этот что у Жарова в расчёте? — Сказал Жекан.
— Так точно.
— С Жаровым я поговорю, а то он как я погляжу обнаглел шибко. А ты парень, не надо тут услуживать. Что приказали, то и делай. Сам себе дел не выдумывай.
Солдат кивнул.
— Тарас, поставь чайник, а я пока закончу пулемёт собирать. — Сказал Жекан и сел поближе к железной туше агрегата.
— А мне что делать? — Спросил Черненко.
— Отдыхай. Ты тут и так уже много чего сделал. — Ответил Жекан.
Отличное конечно пополнение выдали на недельке. Таких оболтусов, целая рота. Распределили их и половину уже потеряли.
Молодые все, не опытные. Только из института. Этот Гоша Черненко, наверное, ещё и с бабой не был, а уже на фронте.
Говорит восемнадцать ему, хвалиться как в кроссах выигрывал. Медали и грамоты получал. А Жекан на него смотрит и не верит, что ему эти самые восемнадцать есть. На лицо достаточно посмотреть, чтобы уверенно сказать, мелочь он. Борода даже толком не растёт. Так, юношеский пушок.
Жекан ходил к командирам, говорил, что не дело таких как Черненко на фронт отпускать. Офицеры его сразу спровадили. Не надо тут типа, разглагольствовать. У парня все документы в порядке. Тесты пройдены на отлично. Здоровье хорошее.
А напоследок на Тараса указали. Мол если ему можно, то пацану этому тем более.Собрал Жекан пулемёт, установил на станок.
Чайник ещё грелся.
Пацан достал книгу с жёлтыми страницами. Он её каждый день читал. И уже не первый раз перечитывал.
Умный вроде парень, но доверчивый, не собранный. Жекан к нему и с пряником, и с кнутом. Самостоятельности учил. Но пока, все старания особого отклика не вызывали.
Тарас наполнил три кружки кипятком и добавил туда чай. Дешёвый, не ароматный, но хотя бы чай.
Троица молча попивала дымящий напиток и думали, думали, мечтали.
— Так что насчёт Алисы? — Прервал не долгое молчание Тарас. — Будешь мириться то нормально или нет?
Жекан отпил чая и ответил:
— Буду. Пора. Вечером. Достану у барыги чего-нибудь и пойду к ней.
— Правильно. И парня с собой возьми. — Сказал Тарас.
— Это ещё зачем? — Спросил Жекан.
Парень приспустил книжку и глянул на Тараса.
— Пускай пройдётся. Чего ему здесь сидеть? Я и один посижу если что, а он может, девушку встретит.
— Какая ещё на хер девушку Тарас? Ему и восемнадцати нет.
— Есть мне восемнадцать. Я же говорил. — Вставил Гоша своё слово.
— Я тоже много чего говорил, да не всё правда. — Сказал Жекан. — Да и вообще, мне лишний человек в таком деле нужен, как собаке пятая нога. — Договорил командир и слил остатки чая на снег. Невозможно эту дрянь пить. Из грибов они её что ли делают?
Поставил Жекан кружку на ящик с лентами и поднялся.
— Пройдусь. — Сказал он. — Надоело жопу морозить, а вы здесь будьте, мало ли что.
Жекан вышел из уголка и пошёл направо. Дельце у него намечалось.
В оба направления всё народ шёл. Кто ящики тащил, кто просто шлялся без дела. И сидящих просто так хватало. Болтали о жизненном и накипевшем. Что вот чай говно, табачок возить перестали, а без него как? Жил всю жизнь человек при табаке. Может при дрянном конечно, но хоть при каком-то. Здесь же ничего. Ещё предки доказали, что табак и алкоголь важнейшие вещи. Убери их и народ взбунтует. Но самое то ужасно, что ни то, ни другое в окопах не изготовишь и не достанешь. По крайней мере, так было раньше.
Появились герои, что услышали мольбы и стоны народа, и принесли в эти ужасные места блага цивилизации. Барыги. Всем, кто страдал от непреодолимого сушняка, они дали спирт. Всем, кто с ума сходил без курева, они дали табачок. Книжным червям были вручены книги, а заядлым игрокам карты, шахматы, шашки и прочее, и прочее. Даже онанисты, получили порнографические изображения, хоть и были здесь настоящие женщины.
Жекан остановился возле чужой пулемётной точки. Глянул за угол. Там разумеется троица сидела. Двое чай пили, а третий автомат чистил. Этим третьим был молодой парень, примерно того же возраста, что и Черненко. И автоматик он числи, определённо не свой. У оружия на деревянном прикладе были вырезаны большие груди. Именно по этому знаку, Жекан и понял, что автомат не того пацана, а командира расчёта.