Террариум 3
Шрифт:
— Садитесь. — Сказал этот человек пришедшим.
Степан и Демьяненко сели. Шарика оставили в коридоре.
Яковлев ещё раз осмотрел людей и понял, что никто из них не понимает какого чёрта здесь происходит.
— Господа, товарищи, сегодня вы были созваны сюда по очень важному делу. — Начал говорить странный человек. — Судьбы мира будут решаться в этой комнате. — Люди молчали, не перебивали человека. — Война закончилась, человечество потеряло огромное количество ресурсов и людей. Непозволительно много. И при этом до моего начальства доходит информация о том, что некоторые главы государств
Все так и сделали.
У Степана, как и у всех, в папке лежала карта земель людей с обозначенными границами всех четырёх государств. И эта карта очень сильно отличалась от прочих, находящихся за пределами этой комнаты.
На ней, Византия растянулась по всей восточной территории «чистых». Её граница шла вдоль уральских гор, вплотную к ним. Французские Колонии получали центральную часть павшего государства и кусочек севера, с выходом к морю. НРИ и СКГ же, делили между собой запад. Империя забирала себе независимые земли, а Союз практически зажимал в тески французов с юга, и слегка расширял западные границы.
В итоге все государства разрастались, получая приличные куски земель, при этом не забирая территории, которые хочет кто-то другой.
— Так же попрошу взглянуть на текст, написанный на листках. На них написаны уже ваши, личные планы. — Сказал человек.
Степану много чего понаписали, но если кратко, то ему предписывалось со временем получить звание генерала и занять серьёзные посты в правительстве.
На подобное ушли бы многие годы. Степан мог мечтать получить такие повышение только к старости, а тут ему обещалось, сделать это за пять лет.
Демьяненков не стал разглашать, что было написано у него.
— А теперь слушайте меня внимательно. — Вновь начал говорить человек. — Последующие несколько часов, мы будем обсуждать дальнейшее развитее ваших государств. Пора покончить с войнами. Мы с вами превратим земли людей в прекрасное и мирное место.
***
Жекан вышел из дома и вдохнул полной грудью свежего воздуха. Хорошо дышится в деревне. Легко так, без омерзения. Разве что у свинарника приходиться задерживать дыхание, а так очень даже хорошо и свежо здесь.
— Ну хватит там кривляться красавчик. — Сказала мужу Алиса улыбаясь.
Жекан подошёл к ней, взял инвалидную коляску за ручки и повёз любимую женщину гулять.
Закаты сейчас красивые, свободное время есть, поэтому молодожёны решили, что им обязательно нужно прогуляться, посмотреть на деревню в лучах засыпающего солнца.
Особенно это было нужно Жекану. Алиса-то здесь уже давно сидит, а вот её супруг приехал домой только позавчера. И до сего вечера был занят, ибо жена не отпускала его из пастели, да бабка заставляла заниматься домашними делами.
Жекан не противился работе. Он даже был рад такому труду, после Питера.
В мёртвом городе Жекан пробыл недолго, но и этого хватило, чтобы потом бежать из него с превеликой радостью.
Ордынцев в Питере окопалось не особо много. Стычки с ними были все как одна короткие.
Бой мог максимум затянуться на пару часов, до прихода подкреплений, или миномётного залпа.Но не орков боялись люди и не орки людей, а что-то иное, прячущееся в глубине города. Жекан знал, что это и не раз говорил старшим командирам, чтобы они не посылали бойцов на центральные болота. Офицеры только посмеивались и конечно подчинённого не слушали. Много хороших людей сгинуло в Питере из-за их смешков.
Выбив ордынцев из города, полк Жекана начал медленно продвигаться на восток постепенно отклоняясь на юг. В итоге, значительные силы врага были зажаты в тески и постепенно уничтожены.
Далее, командование решило, что их полку, стоит остаться под Питером, чтобы добить недобитков и занять поселения независимых земель.
Так что Жекану пришлось немного и в людей пострелять в городе Рассвет. Его хозяева очень не хотели отдавать свой город империи, но хватило их на час.
Остаток войны Жекан просидел в захваченном городе, чему был несказанно рад. До него доходили вести о столице «чистых».
— Женя, давай вон к той скамеечке. — Алиса указала на одинокую скамейку, стоящую у самой центральной площади.
Жекан отчистил её от снега, чтобы не намочить себе седалище и уселся рядом с женой.
— Хороший закат. — Сказал он. — Розовенький.
Алиса улыбнулась, довольная тем, что может наконец посидеть с мужем спокойно, смотря на розовое небо и почти спрятавшееся солнце.
— Как хорошо, что ты вернулся. Я так боялась за тебя. Ты ведь и письма почти не присылал. — Сказала Алиса.
— На фронте возможности особой не было. В Питере с этим совсем худо. Всё через жопу.
— Я ещё тогда хотела тебе написать о кое-чём, но решила сказать о таком лично. — Алиса сделал небольшую паузу. — Ну в общим, я беременна.
— Что. — Опешил, охренел Жекан. Его словно ледяной водой обили и у него тело судорогой свело.
Физиономия у него видимо сейчас была очень дурацкая. Алиса засмеялась от его реакции.
— Ну что ты? — Спросила она. — Ты рад?
— Я… — Ничего не смог сказал Жекан.
И тогда Алиса поцеловала мужа, чтобы у него судорога закончилась. Это помогло, как всегда.
— О-очень… очень сильно рад. — Сказал Жекан совладав наконец с языком.
Они сидели, пока солнце совсем не спряталось за горизонтом, не отпуская друг друга и думая о светлом будущем. Почему-то им казалось, что то, обязательно должно быть светлым.
Эпилог 2: Между
В темноте леса горел одинокий костерок. С трудом ему удавалось разгонять густую тьму.
Рядом с костром сидел, такой же одинокий человек, бросающий в огонь свежий хворост.
Что он здесь забыл, в этом мрачном и страшном месте? Как тут очутился? Он и сам не помнил. Вроде бы, он умер.
В его голове всплывали воспоминания о боли, холоде и смерти. Но это, наверное, ошибка, ведь он здесь. Сидит себе спокойно у костра. Ему тепло и отчасти даже уютно.
Отчего же тогда в его голову лезут странные мысли, бросающие в дрожь? Воспоминания, как будто из далёкого прошлого, почти забытые, похороненные в глубинах разума.