Теневой мир
Шрифт:
– Только этого ещё не хватало, – шикнула Элиза, отодвигаясь глубже в мягкую подушку кресла.
– Минутку.
Адриан быстро вышел и вернулся с пледом в одной руке и бутылкой брюта в другой:
– Если ты хочешь обсудить всё прямо сейчас, то я готов слушать тебя только при этих двух условиях, – он поднял руки, показывая на предметы в них.
Элиза рассмеялась, запрокинув голову:
– Ваши условия приняты, месьё.
Аккуратным движением Адриан бесшумно достал пробку и разлил брют по бокалам, сев рядом с Элизой. В холодном воздухе прозвучал лёгкий стук бокалов и молодые люди, сделав небольшой глоток, молча уставились на ночной город, огни которого играли рябью на поверхности Невы. Водя пальцем по краю бокала, Элиза задумчиво спросила:
– Адриан, напомни, сколько тебе лет?
Безом
– Триста с чем-то – я уже и не помню. К чему вопрос?
– Просто интересно… Неужели до меня таких ситуаций не случалось? Не поверю, что, например, тот же Луи не посылал своих людей шпионить. Да даже Патрисия это делает.
Адриан молча кивнул.
–… И кому понадобилось за мной шпионить? Я имею ввиду, что я не обладаю ни секретными знаниями, ни высоким положением, по сути,+ у меня ничего нет.
– Самый очевидный вопрос: у тебя есть враги или открытые конфликты с кем-нибудь из местных?
– Врагов нет, но то, что клан моего отца меня недолюбливает – это правда, – Элиза скривилась при упоминании об этом.
– Могу я узнать, чем именно ты им не угодила? – Адриан устало потёр переносицу. Возможно, лучше было бы встретиться с Луар, или на худой конец напиться в баре с Оливером, чем разбираться в истоках чужих семейных конфликтов.
Элиза снова неприятно сморщилась. Было не так уж много тем, на которые ей было неудобно разговаривать и как раз, эта была одна из них. Она неловко начала перебирать края пледа, стараясь не смотреть на Адриана:
– Всё началось после того, как мы с Оливером решили жить вместе… Отец не одобрял наш союз и был против того, чтобы я переезжала в Нью-Йорк. Он считал его выскочкой, особенно после его назначения в Совет. Сам знаешь, мой отец старых взглядов и переубедить его в том, что столетний полидори может принимать ответственные решения, было невозможно. Поэтому, он поставил мне условие: либо я переезжаю к Оливеру и разрываю связь со своим кланом, либо остаюсь «в лоне семьи», как он это назвал. Меня жутко взбесило, что он ставит мне ультиматумы и я переехала. А потом… – на этом месте голос Элизы дрогнул. Адриан, сделав глубокий вздох, кивнул:
– Я понял тебя. Дальше можешь не продолжать, – он убрал руки за голову, устраиваясь поудобнее. – Значит, твоего отца мы исключаем.
При этих словах Элиза удивлённо посмотрела на него.
–Может, сегодня за тобой следил кто-то из его клана, но вряд ли бы он стал отнимать у тебя твой доход и дом. Во-первых, потому что в любом случае это и его доход тоже. Во-вторых, Эдуард очень трепетно относится к семейным узам, не говоря уже о том, что дом он построил сам. Безусловно, твой выбор его очень задел. До сих пор помню, в каком он был бешенстве на нас из-за того, что мы приняли Оливера. – Адриан говорил, закрыв глаза. Хоть и полидори не нужен был сон, усталость они чувствовали. Не только Элиза была вымотана этим вечером, поэтому Адриан говорил медленно, погружаясь в состояние лёгкого транса. – С другой стороны, а что нам оставалось делать? Эдуард со временем остыл и даже опять начал носить своё кольцо…
Адриан резко открыл глаза, поняв, что сболтнул лишнего. Элиза сразу это уловила и её глаза блеснули:
– Причём тут кольцо моего отца?
– Чёрт, – Адриан произнёс, примирительно поднимая руки. – Ладно, сам виноват. У меня единственная просьба, пожалуйста, очень тебя прошу, когда мы завтра поедем к нему, не бросайся к нему сразу же по поводу этого. Договорились?
– Ну, допустим, – Элиза, отставив бокал, сложила руки на груди.
– Как ты знаешь, Совет состоит из шести членов, которые являются представителями разных кланов. Но так было не всегда. Первоначально, кланы не были настолько обособлены друг от друга. Поэтому, с подачи Эдуарда, было принято решение разделить ответственности членов Совета. Для этого Луар и Патрисия созвали четырёх выдающихся вампиров того времени: Маркуса, Тею и родителей Голденмун – Виргилия Шотландского и его жену Акдану, разделив между ними обязанности. Маркус, уже бывший прославленным флорентийским князем, взял на себя дипломатическую роль, Акдана – вопросы семьи и этики полидори, Виргилий – военные дела, Тея была ответственна за образование, Луар за сохранение
культурного наследия, Патрисия – правосудие, а Эдуард создал Банк Полидори и всю нашу теневую экономику. Долгое время Совет работал безупречно: междоусобицы прекратились, дела пошла в гору и наш род стал развиваться. Полидори всё больше входили в сословие аристократов и олигархов. Они стали вершить историю. Однако, хоть на нашем поприще всё шло спокойно, людской мир претерпевал множество войн, которые с каждым годом становились всё более кровавыми и всё больше затрагивали наше общество. Сначала погибли Маркус с Теей, но к тому времени у них уже было два ребёнка – близнецы Индира и Арон, позже скончались родители Голденмун.– Погоди, то есть ты хочешь сказать, что у Индиры есть брат?! – Элиза аж подскочила от неожиданности.
– Да, был, но поговорим об этом позже. Индира и Арон заняли места своих родителей. Однако Арону вскоре наскучила бумажная работа Совета, его куда больше увлекали сражения, и пыльному кабинету он предпочёл театр военных действий. Шёл тысяча семьсот девятый год, когда Арон Ли принял участие в битве при Мальплаке. Там в одном из разорённых селений он нашёл младенца, родители которого были убиты. По какой-то, только ему ведомой, причине он решил взять человеческого детёныша и вырастить его, в дальнейшем обратив его в полидори. Ребёнка он решил назвать Адрианом.
Повисло молчание. Элиза была настолько потрясена свалившимся на неё рассказом, что даже не могла пошевелиться:
– Ты… ты был человеком? – шок сменился недоверием.
– Да, очень незначительный период жизни, – в этот раз улыбка Адриана не была весёлой. – Через сто шестьдесят лет Арон отправился в Америку, где как раз шли войны за независимость, начиналась американо-мексиканская война. Там, в одном из штатов, он познакомился с молодым республиканцем Оливером и обратил его тоже.
– Я знала, что Оливер был обращён, но он особо не говорил об обратившем его, – девушка потёрла виски. – То есть, вы с Оливером фактически являетесь братьями?
– Совершенно верно. Прости, что выливаю на тебя столько информации в такой вечер, но, боюсь, это необходимо знать для понимания текущих обстоятельств.
Вместо ответа Элиза налила себя в опустевший бокал брюта и выпила его залпом.
– О, – выдохнул Адриан, приподняв брови. – Думаю, на сегодня можно закончить рассказ.
– Подожди, как твой рассказ связан с перстнем моего отца?
– Всё просто, – Адриан тоже подлил себе вина, – кольцо – это символ. Семь камней символизируют семь членов совета, семь ипостасей. Первоначально, когда Оливер занял должность председателя, Эдуард перестал носить кольцо в знак протеста, но потом снова надел его.
– Да, это на него похоже. Он очень щепетилен к таким моментам, особенно если в них закладывается некий мистический символ. – Элиза хлопнула себя по коленке. – Пожалуй, на этом мы сегодня закончим. Спасибо за столь полный рассказ. Если ты не против, я бы хотела побыть одна – мне нужно переварить услышанное.
Адриан тактично вышел и не беспокоил девушку весь следующий день. Всё это время Элиза пыталась уложить в голове события предыдущего вечера и связать их с новыми открывшимися подробностями. Ощущение, что она зацепилась за какой-то туго связанный клубок, породило в ней сомнения, что её внезапно свалившиеся проблемы были такой уж случайностью. Она была зла на отца, зла на то, что все эти годы он молчал и не посвятил её хоть в какие-то значимые подробности жизни Совета. В попытках восстановить хронологию событий, Элиза стала прокручивать всё то, что сказал ей Адриан и внезапно заметила одну деталь, которую он опустил: если Арон отказался от места в Высшем Совете, то, по правилам, его место должен был занять другой полидори.
– Адри, ты не занят? – Элиза постучав, заглянула в его комнату. Он сидел за рабочим столом, на котором стоял компьютер и что-то внимательно изучал.
– Немного, у тебя что-то срочное?
– Да. Когда ты сказал, что Арон отказался от своего места, то не сказал кто пришёл вместо него.
Адриан отвёл удивлённый взгляд от экрана. На этот раз улыбки на его лице не было совсем.
– Элиза, как это относится к твоему делу?
Нетерпеливо переступив с ноги на ногу, она прошла в его комнату и присела на кровать: