Чтение онлайн

— Ты просто струсил, — кивнула она. — Не придумывай отговорки. У тебя была возможность совершить поступок, в корне меняющий ход мировой истории, но ты не сделал этого. Ты просто не смог. Что ж, давай-ка теперь посмотрим, смогу ли я это сделать?

Карина подняла пистолет и направила его на меня.

— Ч-что… Зач-чем? — задохнулся я.

Наклонив голову вбок, сумеречница положила палец на спуск. Онемев, я пялился на чёрное дуло, расплывающееся и размазывающееся передо мной страшным, холодным пятном.

— Занятно, — сумеречница отвела ствол в сторону. — Я не вижу в этом никакого смысла.

Она поднялась со стула, и убрала

оружие в кобуру, закреплённую на бедре.

— И что будет дальше? — спросил я.

— Ничего. Я проснусь.

— Погоди! — я почувствовал, что кто-то потянул меня за плечи, отрывая от стула. — Карина, постой! Не уходи!

Мне казалось, что она должна была непременно сказать мне что-то важное. Взглянув на меня в последний раз, через плечо, Карина бросила, — Писатель… Очнись.

И меня снова дёрнули за плечи.

— Карина! — я потянулся к ней рукой, но она таяла в темноте.

— Писатель, возвращайся!

Теперь голос принадлежал уже не ей, а Райли. Я чувствовал, что меня не просто дёргают, а куда-то волокут. Ноги, стуча пятками, тащились по твёрдой, шершавой земле. Цепкие руки крюками удерживали меня под мышки. Острые колени то и дело пихались в спину.

— Карина, — по-инерции произнёс я.

— Карина? — удивился голос, и меня опустили на холодную поверхность. — Писатель, это я — Райли! Ты как? Как себя чувствуешь?

— Райли? — я открыл глаза. — Это правда ты? Это не очередное видение?

— Ты думаешь, что кто-то кроме меня мог тащить тебя несколько кварталов подряд, прежде чем ты начал приходить в себя? Конечно же это я, милый. Всё хорошо. 'Сепаратор' пройден. Нас ждёт Ал Хезид.

Я не знаю, к чему мне привиделась Карина. Но после этого я перестал её бояться. Судя по всему, она — такая же несчастная жертва обстоятельств. Зато недоверие к Элекену возросло. Теперь я был уверен, что он меня выбросит на помойку, когда я выполню за него всю грязную работу. Спаситель мира, радеющий за мою страну, почему-то вызывает у меня лишь злобу и опасение, в то время как демонизированная Карина, коей напророчено стереть нашу цивилизацию в прах, теперь представляется едва ли не святой великомученицей. Как же всё перепуталось.

— Что за Карину ты звал? — спросила Райли, поворачивая за угол. — Твоя первая любовь?

— Не твоё дело, — огрызнулся я, и тут же вновь поймал себя на мысли, что грублю ей совершенно необдуманно. — Прости. Я ляпнул какую-то фигню. Не понимаю, что за гадость из меня лезет? Не обращай внимание, ладно?

— Ладно, — Райли сделала вид, что пропустила мою резкость мимо ушей. — Вот улица Лобачевского. Вторая школа находится вон там, впереди. Место здесь лютое. Очень странные вихри.

— Я не чувствую.

— А я чувствую. Это не ветер, милый. Это энергетические завихрения. Пространство здесь деформировано. Всё может рассыпаться в любой момент, как карточный домик.

— Из подворотни как будто бы гнилью тянет, — принюхался я.

— Тебе кажется.

Местечко и впрямь нехорошее. Вроде бы и не происходит ничего, вокруг ни одной живой души, никаких зримых аномальных проявлений, а на сердце неспокойно. Ноги заплетаются одна за другую, того и гляди споткнёшься. А после становится понятно, что левая нога никак не желает делать такой же шаг, как и правая. Как ни старайся, она шагает короче, словно блокируя колено. Приходится постоянно поворачивать вправо, чтобы не уклоняться в сторону. Это невидимая

воронка затаскивает в себя, аккуратно и упрямо. Пытаешься вырваться, она злится. Земля едва ощутимо вибрирует, и от неё начинает подниматься пыль. Очень необычно густая пылевая завеса встаёт на полметра, выше не задираясь. Как сценический дым на эстраде восьмидесятых годов. Идёшь почти по колено в этой пыли, словно по воде. Едва различаешь свои ступни. Тук! — доносится откуда-то из центра Земли. И по пылевому 'озеру' расходится ровная волна, бьющаяся об стены домов, перекатывающаяся через встречные автомобили, затухающая где-то вдали.

Школа N2 возвышалась над двухэтажными домами старой застройки, выделяясь, как белая ворона. Я было нацелился на парадный вход, но Райли остановила меня.

— Нельзя? — спросил я.

— Только не через эти двери. Там что-то не так.

— Как же мы попадём внутрь? Через окно?

— Зачем? — подруга указала на арочный проём. — Вон же ворота. Зайдём со двора. Там не так гудит.

Я не стал спрашивать, что именно у неё гудит, и послушно свернул к тёмной арке. Ворота были распахнуты. Их что-то заметно покорёжило, оставив на внутренней стороне створок следы длинных глубоких царапин. Как будто бы нечто огромное вырвалось через них со двора — на улицу.

Только лишь стоило нам шагнуть под тёмный свод, как пыль схлынула от наших ног, и 'утекла' куда-то назад, затянув вместе с собой весь мелкий мусор и лёгкие камушки.

— Что это было вообще? — хотел обернуться я.

— Не отвлекайся. Сконцентрируйся, — ответила Райли, разнося гулкое эхо.

— На асфальте следы шин. Что за машина тут ездила? Видимо, крупная.

— Тут были не только дроны. Это следы бронетранспортёра. Сумеречники пытались сами вытащить свой аппарат, но что-то их напугало до такой степени, что они снесли ворота.

— Значит, ворота пострадали не от аномалии?

— Нет. Их просто протаранили.

— Не пойму, зачем было запирать их за собой, когда въезжали? Могли бы оставить открытыми, на всякий пожарный.

— Выходит, что не могли.

Остановившись во дворе, мы никак не решались войти в полуоткрытую дверь чёрного хода. То, что напугало даже сумеречников, подкарауливало нас внутри, а мы даже предположить себе не могли, что же это может быть?

– 'Учат в школе, учат в школе, учат в школе', -задумчиво пропел я, и посмотрел на спутницу. — Ну что, Райли, входим? Или как?

— Меня что-то смущает, — стояла на месте она. — Пытаюсь понять, что.

— Есть идея, — отойдя в сторонку, я перешагнул через упавший флагшток, и приложил палец к уху. — Контур, приём. Это Агент-909. Контур, приём.

Сначала радио молчало, затем что-то треснуло, пиликнуло и мне ответили.

— Слышу тебя, Агент-909. На связи Башня-13 'Химэдзи', приём!

— Оператор, мне нужен прямой канал связи с Элекеном.

Наступила пауза.

— Не понял, Агент-909, повтори запрос.

— Мне нужен прямой канал связи с моим куратором, — повторил я. — Немедленно.

Связь прекратилась.

— Вот пеньки, — я вернулся к Райли.

— Ну, что? — спросил она.

— Ничего. Тупят.

— Писатель? — вдруг заговорил наушник голосом Элекена.

— Да. Я на месте, — отвернувшись, я вновь отошёл в сторонку.

— Ты внутри школы?

— Нет, но стою у входа. Может быть подскажете, где именно застряла ваша машинка, чтобы мы не тратили время на обшаривание всех классов подряд?