Чтение онлайн

Я вспомнил, как в раннем детстве мечтал стать плетуном, потом, когда проснулся «прекрасный дар», я, по началу, был страшно горд этим фактом, не смотря на стенания матери и мрачное настроение отца. Теперь же пришло понимание, что я не хотел бы быть ни тем, ни другим и изредка завидовал обычным дроу, имеющим возможность жить спокойной жизнью под защитой Периметров.

Из-за снежной кутерьмы за стенами невозможно было различить безбрежные просторы Леса и ближайшую горную гряду. Редкие снежинки залетали в пределы защитного контура и тонким покровом оседали на стенах, ближайших улицах и крышах домов. Я расположился на глубоком подоконнике с бокалом виасса в руке и наслаждался беснующейся стихией, сожалея, что на подобных приемах не разливают разрывуху. Тьма, ухмыляясь, так же наблюдала за мной сквозь черные провалы зрачков. Дверь залы внезапно

открылась, впуская внутрь моего полутемного убежища громкие звуки музыки и смех. Уже собираясь испугаться, что это Аглэсса, наплевала на растоптанную на моих глазах гордость и решила подойти ко мне, я вздохнул с облегчением, узнавая фигуру мин-фейрина.

– Сидишь? – поинтересовался Аршалан, приближаясь к моему окну.

– Угу. Неужели партия закончилась? – я с усмешкой покосился на друга.

– Нет, просто кое-кому приспичило отлучиться, а я воспользовался паузой, чтобы заглянуть к тебе, – он выглянул в окно, замечая плетунов на стене.

– Так и знал, что неспроста всех перевели! – проворчал Исишу, – что все настолько плохо?

– Думаю да, – беспечно отозвался я.

– И как всегда, весь свет находится под единственной надежной защитой оплота, – едко бросил Арш, кривясь, – как ты считаешь, сколько существ удастся привести сюда, если случится прорыв?

Я повертел ножку бокала между двумя пальцами, прикидывая:

– Не много, треть оплота, и то с ближайших улиц.

– То-то и оно! – Аршалан погрозил пальцем потолку, – а на ближайших улицах, как ты сам понимаешь, проживают те же самые представители света и особы к ним приближенные.

Я приподнял бровь, улыбаясь:

– А ты все также ратуешь за социальную справедливость, – это был не вопрос, а констатация факта, вспомнилось, что семья Аршалана стояла на низкой ступеньке в общепринятой иерархии, в патруле же это не имело никакого значения, и бывший низкорожденный мог возглавлять отряд из сыновей высоких лиоров. Воины патрулей стояли вне иерархической лестницы и над ней, и все же свет почитал за честь приглашать их на свои высокие приемы, как будто подлизываясь к своим защитникам.

– Да нет, просто возмущаюсь, – друг махнул рукой, – главное, чтобы неугомонные особи женского пола уже вернулись из своего похода по оплоту.

Я вскочил:

– Думаешь, они могли не вернуться?!

Арш усадил меня обратно.

– Конечно, вернулись, – успокаивающе проговорил он, – все лавки давно закрылись, как только стемнело. Даже если у них возникнет мысль задержаться, патруль сразу вернет их домой под конвоем.

Вместе с полоской света в открывшийся проем снова ворвались звуки циаты и голосов, а из-за двери высунулась серебристая голова Сертая.

– Ну, ты идешь? – недовольно позвал он, – Кир, не скучай, пойдем, там танцы начались.

Я скептически посмотрел на него.

– Ну, ладно-ладно, не хочешь, как хочешь. Арш?

Друг хлопнул меня по плечу.

– Не хочется затягивать эту партию. Я уже почти выиграл…

– Ага, мечтай! – раздался голос брата из-за двери.

– Ты еще здесь?! – рык Исишу оборвался, когда он прикрыл за собой дверь, и зала снова погрузилась в тишину.

Ночь давно перевалила за свою вторую половину, а за стенами оплота на огромном пространстве сцены мира появились новые действующие лица. Ветер стих, а снег закончился также внезапно, как и начался, оставшиеся снежинки парили между небом и землей. Воздух звенел холодной напряженной прозрачностью темноты ночи. Все как будто замерло в ожидании, от нетерпения я даже подался вперед, вглядываясь в затянутое тучами свинцово-черное небо. Сестры были уже высоко, с любопытством заглядывая за стены оплота, насмешливо следя за жалкими потугами плетунов. И тут я увидел их. Медленно, словно нехотя, покрывала туч выпускали вниз длинные рукава воронок торнадо. Три, семь, пятнадцать, три десятка и вот, я уже сбился со счета. Сначала они просто играли, извиваясь в танце тонкими змеями, рисовались друг перед другом, оставаясь на месте. Неожиданно, словно повинуясь безмолвному приказу, они будто сорвались с цепи, и пошли гулять по поверхности мира. Воронки постепенно чернели, вбирая в себя стволы и ветви сниирсов, тела сноргов, не успевших найти укрытие, камни и куски земли. Они уничтожали все, до чего только могли дотянуться, перемалывая в жутких вытянутых желудках живое и неживое, перемешивая все в одну изломанную серую массу и выплевывая ошметки далеко от тех мест, где они были схвачены.

Все летающие снежинки были затянуты в прожорливые глотки воронок, и кружились теперь смертоносными начами с ужасающей скоростью.

Раздался гул – ближайший смерч попробовал на прочность защиту оплота, кинувшись на Периметр. Льйини контура прогнулись и, спружинив, отбросили его далеко в сторону. Еще несколько воронок попробовали крепость защиты сразу в нескольких местах, и я знал, что это будет продолжаться до тех пор, пока Сестры не скроются за горизонтом, и их верные слуги не последуют за ними дальше по большому кольцу нашего континента. Была крохотная надежда, что нестабильный участок избежит участи остальных отрезков Периметра. Скоро она растаяла, едва я увидел, как две ближайшие воронки, объединились в одну и огромной крутящейся трубой качулись в сторону проблемного отрезка. Плетуны на стене забегали, сокращая расстояние между собой, но, не имея возможности предугадать, куда придется удар. А смерч не спешил приближаться, вальяжно плывя через Лес, оставляя за собой голую просеку.

И тут я вскочил на колени, прижимаясь лбом к холодному стеклу, заметив две знакомые фигурки на стене, как раз в пустом промежутке между увлеченно жестикулирующими дроу. Я затрясся от ярости и ужаса, заметив, что рукав воронки направляется как раз к тому месту, где замерла Лиссэ, а Риила яростно что-то кричала ей, пытаясь утянуть за руку, игнорировавшую ее девушку. Знала ли она, в какой опастности, они находятся? Заметила ли разрыв в контуре? Отсюда было не разглядеть выражения ее лица, но голова плетньи была поднята кверху, она смотрела прямо Сестрам в глаза, не зная о надвигающейся смерти. Мое тело окаменело, понимая, что я снова не могу влиять на события, когда дело касается этой человечки.

Смерчь коснулся Периметра и он, зазвенев, разлетелся, не продержавшись ни секунды. Огромная брешь между столбами оголила стены оплота, подставляя его милости стихии. В этот момент Лиссэ, как будто очнувшись, оторвала взгляд от Сестер и посмотрела прямо перед собой. Риилла съежилась за ее спиной, заворожено глядя на торнадо. Девушки не двигались с места то ли от страха, то ли осознавая, что это абсолютно бессмысленно. Опущенные руки Лиссанайи чуть подрагивали, но она и не думала плести. В ее позе была странная расслабленность, не соответствующая ситуации. Несколько плетунов, среди которых я увидел Низара, бежали в сторону девушек, но они явно не успевали восстановить контур.

Прошло уже несколько вздохов, с тех пор как я увидел Лиссэ на стене, и случился прорыв, но смерч не думал нарушать границы оплота, он яростно клубился на месте, но не трогался с места. Плетунья неожиданно сделала шаг вперед, а воронка, словно в страхе, отпрянула от стены и, помедлив, метнулась в сторону от бреши. В этот момент к девушкам подскочил Низар, отчаянно жестикулируя, и подталкивая их в сторону лестницы. Его помощники занялись восстановлением Периметра. Но я уже не видел ничего этого, потому что, метнувшись к двери, миновал коридор и пронесся сквозь полные народа залы на лестницу, ловя на себе удивленные взгляды и слыша проклятия от нечаянно сбитых мною гостей. Две тени присоединились ко мне – это близнецы оставили своих партнерш на середине танца и, не задавая вопросов, бросились следом. Я прыгал сразу через все пролеты, игнорируя ступени и пугая личную охрану наместника и, оказавшись на улице, рванул через площадь, обжигая горло ночным ледяным воздухом.

С несносными девчонками я столкнулся уже на пороге Приемного дома, сзади недоуменно пыхтели братья.

– Чегой-то вы не внутри? – недовольно осведомился Азно, опережая меня на долю секунды.

– Замерзнуть решили? – добавил Ойхо, а я мысленно заскрипел – своим вмешательством они оборвали мне всю карательную операцию.

Риилла робко выглядывала из-за плеча Лиссанайи, виновато приподняв брови. Человечка устало облокотилась о перила, пряча взгляд. Ну, может хотя бы раскаивается?!

– Я не могла это пропустить, – услышал я тихий голос плетуньи, ее руки теребили полы шарсая, а когда она, наконец, посмотрела на меня, я невольно отшатнулся, услышав за спиной шумные вздохи близнецов – в ее ранее нефритовых глазах довольно клубясь, плескалась тьма, а зрачки – один расширенный чуть более другого – были словно отражениями Темных сестер. Готовые вырваться слова застряли у меня в горле, и я сглотнул плотный комок обратно, сказав совсем не то, что собирался.

– Марш по своим комнатам собирать вещи и спать! Завтра трудный день.