Чтение онлайн

– Давай ты все же поспишь немного. Я никуда не убегу, Круэлла, клянусь!

– Но… - она спорит уже просто из упрямства, в сонной дымке плохо различая все вокруг себя и легко ударяет его по плечу ладонью.

– У нас будет еще много времени для любви, Круэлла, ты же знаешь. Целая вечность. А пока – он вновь улыбается, обнимая ее крепче, - спи. Добрых тебе снов, дорогая.

В окна уже бьет рассвет, но, какая разница? Они оба заслужили немного отдыха после безумной ночи, которая могла бы стать вечной. Этот рассвет – и их маленькая победа тоже.

А Румпель, конечно, прав, как

всегда.

У них еще много, очень много времени для любви.

========== Глава 43. Безумцы. ==========

Румпель все еще тяжело дышит, а Круэлла вздрагивает в приятной истоме, бессознательно лаская непослушные завитки на его груди.

– Ты абсолютно фантастична, дорогуша.

– О да, дорогой, я знаю – она улыбается довольной улыбкой человека, покорившего Эверест, прижимаясь к нему ближе и целуя крохотную родинку, поросшую густыми волосами, на бедре. Потом кладет голову ему на живот, сплетая руки в кольцо на бедрах и закрывает глаза, счастливо вздыхая. Вряд ли Круэлла могла бы припомнить еще хоть один раз, когда она была так счастлива с мужчиной, как сейчас. И это пьянит сильнее любого джина, даже самого качественного.

Удивительно, но похмелье почти не беспокоит. То ли помогла ночная рвота, то ли лекарства, то ли крепкий сон, но чувствует она себя на удивление бодрой и отдохнувшей. Даже странно.

– Тебя не привычно видеть такой, Круэлла, - Румп запустил пальцы в ее волосы и играет с ними, ероша и щекоча. Ему тоже хорошо.

Круэлле даже не очень верится, что наступил тот момент, когда им действительно, по-настоящему хорошо вместе. Обычно наоборот и они хотят друг друга убить, ну или покалечить как следует на худой конец.

– Какой? – спрашивает она, заранее зная ответ, но желая услышать его.

– Спокойной. – Он пожал плечами. – Умиротворенной. Счастливой.

Она поднимается на локте, достав из мисочки, стоящей у прикроватной тумбочки, клубнику и отправляет ее Румпелю в рот поцелуем. Он благодарно проглатывает и его улыбка столь невинна и нежна, что сложно поверить, что это улыбка Темного.

Круэлла не говорит ему ни о чем, ничего не отвечает и ни о чем не спрашивает. Он понял самое главное – она счастлива, счастлива, как не была уже тысячу лет, и в кои-то веки постоянное безумное желание убить и чертова жажда крови не мучают ее.

Кровать ужасно узкая и, чтобы поцеловать его в губы снова, Круэлле пришлось взобраться на него сверху, впрочем, Румпель, кажется, совершенно не против быть оседланным ею. Нежная улыбка мужчины, теряющего голову от любви, сменяется хитрым похотливым оскалом, но он все еще нежен, проводя ладонью по ее обнаженной спине. Его прикосновение подобно электрическому разряду, такое же обжигающее, но невероятно приятное. Круэлла осторожно проводит языком по шее, обводя кругом маленькую родинку близ кадыка и следует ниже, будто изучая каждый сантиметр кожи любовника.

Она уже чувствует ее возбуждение, и усиливающийся зуд в области промежности говорит ей о том, что тело вовсе не прочь принять его. В конце концов, они никогда не нуждались в прелюдиях.

Поэтому Де Виль устраивается поудобнее, пока еще тихонько покачиваясь на его коленях, но не спеша пускать его в себя. У Темного, кажется, хорошее терпение. Пусть насладиться игрой и даст получить ей ее порцию удовольствия.

Она

снова целует его в губы, на этот раз коротко, и мягко отталкивает от себя, ущипнув сосок, когда он пытается укусить ее губу. Он сегодня нетерпелив, жаждет получить все и сразу. А вот Круэлла, наоборот, вовсе не прочь поиграть.

Теперь к легким прикосновениям языком к каждой родинке на шее, даже самой крохотной, добавляются губы. Она неспешно втягивает в себя его кожу, особенно прекрасно пахнущую по утрам, когда он едва проснулся, кратко целует маленькие жилки на шее и дарит шуточный поцелуй в нос, отчего он смешно морщится.

Румпель ерзает, слегка царапая ногтями ее спину, отчего в позвоночнике начинается зуд, но пока не предпринимает никаких попыток сбросить с себя свою любимую наездницу. Значит, принял правила ее игры и играет пай-мальчика со всем старанием, на какое только способен.

Она осторожно начинает двигаться сверху-вниз, по прежнему крепче сжимая ноги и не давая ему войти, дразнит его, наслаждаясь его нетерпеливым стоном, пока ее ногти не проводят несколько кривых линий по позвонку. Румпель касается руками ее шеи, не сильно сжимая кадык. Ему удалось немного задержать ее, одержать контроль, но – лишь на миг. Она кусает его губу, заставив вскрикнуть, едва только он тянется за поцелуем, и эти несколько секунд легкой боли стали его капитуляцией.

Ну уж нет, сегодня только ее очередь трахать его. Круэлла вошла в раж, она уже предчувствует сладостный момент соития, словно бы совсем не этим они занимались всего несколько минут назад, она сползает по его телу ниже, туда, где пульсирует жар паха, и почти уже готова принять его, но…

Стук в дверь. Круэлле сначала кажется, что ей это только почудилось, поэтому она не сбавила темп. Но – нет. Стучат все настойчивее и явственней, он не прекращается ни на минуту, и, кажется, находящийся по ту сторону двери, готов без сожаления разнести ее к черту.

– Что еще? – стонет Круэлла, чувствуя себя ребенком, у которого отобрали любимую игрушку. Новый приступ вечно гнездящейся в душе ненависти сотрясает ее, поднимаясь все выше, к кадыку, рискуя вот-вот вырваться наружу, и горяча кровь, уличные же наглецы не успокаиваются.

– ГОООООЛД! – слышится разъяренный рев снаружи.

Свон. Чертова Спасительница не просто не так давно ее жизни лишила. Похоже, похоронив своего драгоценного пиратика, она задалась целью еще и удовольствия всех вокруг лишить, а начала с нее, Круэллы.

– ГООООООООЛД! – снова зовет Свон.

Секс закончен так и не начавшись, удовольствие испарилось в воздухе, будто его и не было. Разочарованно щелкнув языком, Круэлла слезла с любовника, перекатившись на его половину кровати.

– Какого черта? – она пышет злостью, даже кожа горит, пока Румпель совершенно спокойно надевает халат, тщательно застегивая пуговицы.

– Понятия не имею.

– Тогда не стоит и открывать.

– Боюсь, если я не открою сам, Круэлла, мисс Свон протаранит дверь – удрученно качает головой он, и, словно бы подтверждая его слова, Свон начинает вопить и барабанить еще громче. Круэлла фыркнула. Надо же, еще вчера, убив драгоценного возлюбленного, она была слабее новорожденной мыши, а сейчас гатит кулаками так, что не то, что дверь – домик может снести. Чертова Свон. Никогда ей, Круэлле, с этой бабой покоя не будет.