Темное завтра
Шрифт:
О'Ши по-прежнему не выглядит довольным.
— Я думал, мы стараемся не привлекать к себе внимания.
— Так будет лучше. Если Икс наткнётся на нас, у меня есть готовое оправдание, — я произношу эти слова уверенно, как будто действительно в них верю.
— Поедание секретаря в приёмной?
— Нет. Я навещаю старых друзей, — я ухмыляюсь и вытираю остатки крови Дэвида со своего рта. И как раз вовремя, потому что одна из женщин, наконец, оставляет свой телефон и подходит ко мне.
— Здравствуйте, — небрежно говорит она. — Я пришла в «Уголь и сыновья».
— У вас назначена встреча, мэм? — спрашиваю я с самым чопорным акцентом.
— Да, — она смотрит на часы. — Примерно через пять минут.
—
Я обшариваю стол и нахожу нужную кнопку. Женщина кивает и направляется к лифту.
— Она даже не заметила, кто ты такая, — поражается О'Ши.
— Всё, что она видела — это пчелу-трудяжку, — говорю я. — Я не была реальным человеком, просто шифром, выполняющим безликую работу, — я опускаю взгляд на Дэвида. Румянец уже возвращается к его щекам, но мне вдруг становится его жаль. Даже если не считать того, что я являюсь известным кровохлёбом, неудивительно, что он был так рад пообщаться со мной. Я заметила в нём личность, живое существо. «Ладно, — поправляю я себя, — личность, живое существо и обед». Я первая подниму руки и признаю, что я не хорошая, но могла бы быть и хуже. Это не слишком хорошая эпитафия, но, думаю, она означает, что я ещё не безнадёжна.
Я говорю О'Ши, чтобы он оставался на месте Дэвида и присматривал за ним. Он послушно кивает головой и пропускает меня в офисы страховой компании. Когда я покидала склад, меньше всего я ожидала от этой экспедиции веселья. Теперь я действительно испытываю немало предвкушения.
***
Офисы Брукхаймера и Беррихилла являются свидетельством того, насколько успешно развивается страховая отрасль. Много лет назад, когда я работала на них, головной офис представлял собой довольно ветхое здание в промышленном районе на окраине города. Теперь они находятся в самом центре Лондона, с роскошными коврами, сверкающим стеклом и множеством глянцевых рекламных буклетов. Я беру один из них наугад и просматриваю. Да, возможно, они теперь при деньгах, но они по-прежнему демонстрируют те же трюки. Данная брошюра предлагает страхование жизни от актов колдовства, но, судя по тому, что напечатано очень-очень мелким шрифтом, выплата не будет произведена, если этот акт является результатом ваших собственных действий. Вполне справедливо — до тех пор, пока вы не поймёте, что этот полис предназначен для ведьм. Напортачите с заклинанием, погибнете, и ваша семья ничего не получит. Или же сделаете что-нибудь, чтобы спровоцировать коллегу-ведьму напасть на вас, и вы всё равно останетесь ни с чем. Интересно, приходилось ли им на самом деле производить выплаты по этому полису.
Появляется молодая женщина.
— Чем я могу вам помочь? — вежливо спрашивает она.
Я обнажаю клыки. В её глазах вспыхивает узнавание, и она вскрикивает. Она переводит взгляд на стену позади меня. Я с любопытством поворачиваюсь и вижу несколько рядов профессионально сделанных фотографий членов совета директоров. Под ними несколько других фотографий, в том числе фото вашей покорной слуги. На моих губах появляется лёгкая ухмылка, и я приглядываюсь повнимательнее. Внизу, на аккуратно напечатанной карточке, написано: «Бо Блэкмен, бывший оперативник, который помог многим нашим клиентам получить всё, чего они заслуживают». Я чуть не смеюсь.
— Вы часто выставляете напоказ фотографии бывших страховых следователей? — спрашиваю я. — Или только тех, что известны?
— Мисс Блэкмен, позвольте мне найти для вас мистера Беррихилла, — она уматывает со всех ног.
Я сосредотачиваюсь на фотографии. Удивительно, что я когда-то была такой молодой. Дело не только в том, что я выгляжу так, словно только что закончила школу, но и в том, что мои глаза излучают наивный оптимизм. Мне не нужно зеркало, чтобы понять, что
сейчас там читается лишь жёсткий расчёт и горькое разочарование. Но, может быть, если присмотреться повнимательнее, то можно увидеть и проблеск любви.— Бо! — тёплый голос приветствует меня сзади.
Я оборачиваюсь и замечаю Беррихилла. Он широко распахивает руки, как будто ждёт, что я кинусь его обнимать. Учитывая, что я никогда не имела чести встречаться с этим человеком, когда работала здесь, у него явно завышенные ожидания. Я подчёркиваю тот факт, что раньше была для него не более чем безликим приспешником, говоря:
— Для вас мисс Блэкмен. Кто вы?
Лёгкая искорка в его глазах говорит мне о том, что я задела его непомерно раздутое эго.
— Марк Беррихилл. Мы встречались на корпоративе в конце года, когда вы были одним из наших сотрудников.
Нет, мы не встречались. Я растягиваю губы в улыбке.
— Оу.
Он опускает руки, понимая, что я не собираюсь обнимать его так, как будто мы старые друзья.
— Что я могу для вас сделать? Вы хотите вернуться к нам на работу теперь, когда Семьи превратились в прах?
Один балл в пользу слизняка в костюме.
— Может, Семьи и погибли, — говорю я ему, стряхивая невидимую пылинку со своего рукава, — но мы, вампиры, вряд ли мертвы и похоронены, — я облизываю губы, демонстрируя ему слабый блеск своих зубов. — Вообще-то я здесь, чтобы запросить кое-какие старые документы.
Он моргает, застигнутый врасплох.
— О, вот как?
— Дело Элис Голдман.
Выражение его лица проясняется.
— Ах. Такая трагическая ситуация.
Мм. Тем более трагическая, что Брукхаймеру и Беррихиллу пришлось выплатить крупную сумму наличными.
— Я работала над этим делом некоторое время, — говорю я. Я уверена, что он хорошо осведомлён о моей роли; в результате я обошлась ему в кругленькую сумму. — Я хотела бы взглянуть на досье.
— Зачем?
Разыгрывая карту «невежество — это благо», я не опускаю взгляда.
— Возможно, для вас будет лучше, если вы не будете знать.
Он сцепляет пальцы.
— Эти файлы конфиденциальны.
— Как я уже сказала, в этих документах есть моя работа, поэтому я не думаю, что конфиденциальность является проблемой.
— Да, но вы бывший сотрудник. И это расследование закрыто.
Моя улыбка становится шире.
— У вас на стене повешена моя фотография, — я делаю паузу. — Без моего разрешения. Если вы пользуетесь мной, мистер Беррихилл, я чувствую, что должна получить что-то взамен.
Его взгляд бесстрастен.
— Я не одобряю тактику запугивания или угроз, мисс Блэкмен.
Я — само воплощение невинности.
— В самом деле? Я работала на вас. Я точно знаю, какую тактику вы одобряете.
От дружелюбия Беррихилла почти не осталось и следа.
— Как будто кровохлёбы просто идеальны, — саркастически замечает он. — Мы помогаем людям пережить трагические обстоятельства, которые находятся вне их контроля. Вы сами поставили их в эти обстоятельства. Разница в том, что теперь вы предоставлены сами себе, — он пожимает плечами. — Конечно, вы могли бы убить меня, но у меня есть высокопоставленные друзья. Они придут за вами. У вас больше нет Семей, за которыми можно прятаться.
— Я давно отдалилась от Семей, — спокойно говорю я ему. — Мне не нужно ни за кем прятаться, — я не отрываю от него взгляда. — Но, боюсь, у нас что-то не ладится. Я не хочу вас беспокоить и не хочу поднимать шумиху из-за того, что вы используете моё имя для развития бизнеса. Всё, чего я хочу — это просмотреть досье на Элис Голдман, а затем я оставлю вас в покое, — чего я не говорю, так это очевидного: если он продолжит преграждать мне путь, я сделаю гораздо больше, чем просто улыбнусь ему. Я снова показываю клыки, чтобы убедиться, что он понял намёк.