Чтение онлайн

Гребец взял молодого человека за руку и помог ему подняться по узкой дорожке, крутыми ступеньками поднимавшейся с моря до площадки замка; баронесса Марта де Флар-Рювиньи некогда спускалась по ней сначала к месту дежурства таможенного Мартына, затем на берег, где ее ожидал лейтенант Гектор Лемблен, а позже по ней же молодой офицер каждую ночь прокрадывался в замок. Поднявшись на площадку, проводник наклонился к Арману и шепнул ему:

– Старайтесь как можно меньше шуметь: для вас это вопрос жизни или смерти.

Всякий другой на месте

нашего героя при этом предупреждении, походившем скорее на угрозу, испугался бы; но Арман был по природе отважен, к тому же он пылал безрассудной страстью. Рисковать своею жизнью ради нее, разве это не придавало его любви особую прелесть?

Все еще держа Армана за руку, таинственный проводник заставил его перейти через всю площадку. Потом он ввел его в большую гостиную, погруженную в полную тьму, миновал такой же темный коридор и наконец отворил дверь, которая, открывшись, пропустила в темноту сноп света.

– Вот войдите сюда! – сказал незнакомец. – Вас ждут…

И он исчез.

Арман очутился на пороге прелестной комнатки, обитой синим шелком и служившей будуаром баронессы Марты де Рювиньи. Свернувшись клубочком в кресле, стоявшем у камина, сидела какая-то женщина. Это была Дама в черной перчатке. Она не казалась уже тем странным существом, которое то появлялось верхом на лошади в пустынной равнине, то назначало свидание на берегу океана, у подножия утесов. Она походила скорее на маленькую гризетку из Шоссе д'Антэн, принимающую в своем будуаре с очаровательной, ласковой улыбкой друга своего сердца.

Полным грации жестом она сделала ему знак затворить дверь.

– Задвиньте задвижку, – сказала она. Он исполнил приказание.

– Теперь подойдите и сядьте около меня.

Она указала ему на стул, стоявший рядом с ее креслом. Но Арман бросился перед нею на колени, схватил за руки и прошептал, пожирая ее взглядом, полным страстного восхищения.

– Ах, неужели все это не сон?

– Нет, – ответила она, – не сон… это действительно я… и я всем пренебрегла, чтобы увидеться с вами.

– Пренебрегли всем? – изумился он.

И жгучая ревность, которую он уже испытал однажды, снова овладела им.

– Да, – подтвердила она. – Я подвергаюсь большой опасности, принимая вас здесь.

– Ах, – проговорил он с благородной гордостью, – вы ошибаетесь, так как я здесь. – Я здесь затем, чтобы охранять и защищать вас.

Она покачала головой.

– Защищать меня, – повторила она, – увы, это значило бы погубить меня!

Он вздрогнул, лицо его побледнело, и он с подозрением посмотрел на нее.

– Боже мой! – воскликнул он. – Разве у вас есть муж?

– Нет.

Ответ ее прозвучал печально.

– Но в таком случае, какая же опасность может грозить вам?

– Мне грозит смерть… вам – также.

– Следовательно, вы находитесь в чьей-нибудь власти… во власти какого-либо мужчины?

В вопросе Армана вылилось все его страдание, вся его ревность.

– Да, – ответила она.

Облако печали омрачило чело Армана и затуманило его взор.

– Неужели вы забыли вашу вчерашнюю клятву? – прошептал он.

– Разве я дала вам клятву? – спокойно спросила она.

– Конечно.

– Какую

же?

– Вы мне клялись, что если полюбите кого-нибудь…

– То этот кто-то будет вы, не правда ли?

– Ах!

– Но кто сказал вам, что я люблю человека, во власти которого нахожусь?

– О! Если вы не любите его, если он не муж ваш… Она остановила его гордым жестом.

– Мне кажется, – холодно заметила она, – что вы, который напоминаете другим их клятвы, сами забываете свои.

Арман вздрогнул, ужас охватил его. Дама в черной перчатке не была уже более грациозной и беспечной женщиной, которая встретила его обворожительной улыбкой. Ее взгляд горел злым и зловещим огнем, мраморный лоб покрылся глубокими морщинами, губы дрожали от гнева.

– Вспомните, – надменно сказала она, – что я согласилась встречаться с вами лишь после того, как вы поклялись мне никогда не разузнавать что-либо о моей жизни.

– Это правда, – прошептал Арман, в смущении опустив голову.

– Если вы хотите знать ее, если с вас мало того, что я рискую своей жизнью ради вас, то уходите сейчас же! Вы не увидите меня больше никогда.

Арман упал на колени.

– Простите, – умолял он. – Это была ревность.

– Разве у вас есть на то право? – спросила она голосом, в котором звучала ирония и который пронзил сердце молодого человека, как лезвие кинжала.

Но он не успел ответить. Как будто последние слова утишили гнев Дамы в черной перчатке, она приветливо протянула руку пораженному Арману. На губах у нее снова появилась добрая улыбка, взгляд сделался задумчив и ласков, а голос мелодичен и печален.

– Ах, – сказала она, – простите и вы меня… я злая… а вы все-таки любите меня!

Он вскрикнул от радости, целуя протянутую ему руку.

– Простите меня, – повторила она, – и если вы действительно любите меня, не старайтесь проникнуть в тайну, окружающую меня. Любите меня такой, какова я есть.

– Хорошо, – покорно сказал Арман.

И так как он все еще стоял на коленях, с восхищением любуясь ею, то она дотронулась своим надушенным пальчиком до локона черных волос, который упал ему на лоб, и откинула его назад.

– Слушайте! Приходите сюда каждый вечер… но не спрашивайте, ни кто этот человек, который угрожает вашей и моей жизни, ни почему я нахожусь в замке де Рювиньи. И еще вот что: приходите сюда всегда с оружием – с кинжалом или пистолетом. А теперь уходите… Так нужно! Каждая лишняя минута, которую вы проведете здесь, будет стоить нам, быть может, целого года нашей жизни… Уходите!

В эту минуту в отдалении раздался резкий звук охотничьего рога. Лицо молодой женщины выразило немой ужас. Арман заметил, что она побледнела как смерть.

– Уходите! Уходите скорее, – твердила она, – пора… Она подбежала к двери будуара, отворила ее и два раза ударила в ладоши. Человек, служивший уже проводником Арману, явился на ее зов, по-прежнему опустив на лицо капюшон плаща.

– До свидания! До… завтра… лодка будет вас ждать… в тот же самый час.

Она толкнула его в коридор и быстро затворила за ним дверь. Арман не успел сказать ей ни слова.