Чтение онлайн

– Здесь. – Теон указал на громадный сугроб у подножия стены. – Под ним. Ищите разбитые камни.

У людей леди Дастин ушло минут пятнадцать на то, чтобы очистить вход, разгребая снег и откидывая щебень. После этого выяснилось, что дверь наглухо запечатало льдом, и сержанту пришлось сходить за топором. Наконец заскрипели петли, и дверь распахнулась, открыв каменные ступени, спиралью спускавшиеся во тьму.

– Вниз идти далеко, миледи,– предупредил Теон.

Леди Дастин была непреклонна.

– Берон, посвети.

Путь по истёртым за века ступеням был узким и крутым. Они шли по одному: сержант с факелом, Теон, леди Дастин и ещё один человек

позади. Теон всегда считал крипту холодной. Летом так и было, но сейчас – чем ниже они спускались, тем теплее становился воздух. Не тёплым, совсем нет, но теплее, чем на поверхности. Внизу, под землёй, царила вечная прохлада.

– Новобрачная плачет, – произнесла леди Дастин, пока они шаг за шагом осторожно шли по лестнице. – Наша маленькая леди Арья.

«Теперь внимательно. Внимательно, внимательно». – Он опёрся рукой о стену. Из-за движущегося света казалось, будто ступени уходят у него из-под ног.

– Как… как скажете, м’леди.

– Русе недоволен. Передай это своему бастарду.

«Он не мой бастард, – хотел ответить Теон, но другой голос у него внутри возразил: – Нет. Это правда. Вонючка принадлежит Рамси, а Рамси принадлежит Вонючке. Ты не должен забывать своё имя».

– Бесполезно рядить её в бело-серое, если девчонка не прекратит рыдать. Фреям, может, всё равно, но северянам... Они боятся Дредфорта, но любят Старков.

– Но не вы, – произнес Теон.

– Не я, – согласилась леди Барроутона. – Но остальные любят. Старик Смерть Шлюхам здесь только потому, что Фреи держат в заложниках Большого Джона. По-твоему, Хорнвуды забыли предыдущий брак Бастарда? То, как его жена умерла от голода, обгладывая собственные пальцы? Как ты считаешь, о чём они думают, слыша плач новобрачной? Драгоценной дочурки отважного Неда.

«Нет, – подумал он. – Она не кровь лорда Эддарда, её зовут Джейни, она просто дочка стюарда». – Теон не сомневался, что у леди Дастин возникли подозрения, но всё же…

– Слёзы леди Арьи вредят нам больше, чем все мечи и копья Станниса. Если Бастард намерен остаться правителем Винтерфелла, лучше ему научить свою жену смеяться.

– Миледи, – прервал её Теон. – Мы пришли.

– Ступени ведут дальше вниз, – заметила леди Дастин.

– Там нижние уровни. Более старые. Насколько я знаю, самый нижний из них частично обвалился. Я никогда там не был.

Он толкнул дверь и повел их в длинный сводчатый туннель мимо уходивших во тьму парных гранитных столпов.

Сержант леди Дастин поднял факел. По стенам скользили изменчивые тени. «Крохотный огонёк посреди великой тьмы». В крипте Теон всегда чувствовал себя неуютно. Казалось, статуи королей, сжимавших в каменных руках проржавевшие мечи, взирают на него своими каменными глазами. Никто из них не питал любви к железнорожденному. Теона охватил хорошо знакомый страх.

– Так много, – произнесла леди Дастин. – Ты знаешь их по именам?

– Когда-то знал… но это было давным-давно. – Теон указал пальцем. – На этой стороне Короли Севера. Последний из них – Торрхен.

– Преклонивший Колено.

– Да, миледи. После него были только лорды.

– До Молодого Волка. Где гробница Неда Старка?

– В конце. Сюда, миледи.

Их шаги отдавались эхом в туннеле, когда они проходили мимо столпов, провожаемые взглядами каменных мертвецов и их каменных

лютоволков. Лица статуй пробудили слабые воспоминания. На память пришло несколько непрошеных имен, нашептанных призрачным голосом мейстера Лювина. Король Эдрик Снежная Борода, правивший севером сотню лет. Брандон-Корабельщик, уплывший в закат. Теон Старк, по прозвищу Голодный Волк. «Мой тёзка». Лорд Берон Старк, заключивший союз с Кастерли Рок против лорда Пайка Дагона Грейджоя в те дни, когда Семью Королевствами управлял бастард-колдун по прозвищу Кровавый Ворон, король во всём, кроме имени.

– У этого короля нет меча, – заметила леди Дастин.

Так и было. Теон не помнил, чья это статуя, но её меч исчез, остались только следы ржавчины. Это встревожило юношу. Он слышал, что железо мечей удерживает души умерших в гробницах. Если меча нет…

«В Винтерфелле живут призраки. И я один из них».

Они пошли дальше. Лицо Барбри Дастин становилось жёстче с каждым шагом. «Ей это место нравится не больше моего». Теон услышал свой голос:

– Миледи, почему вы ненавидите Старков?

Она окинула его оценивающим взглядом.

– По той же причине, по какой ты их любишь.

Теон запнулся.

– Люблю? Я никогда… Я отобрал у них этот замок, миледи. Я… убил Брана и Рикона, насадил их головы на пики, я…

– … отправился на юг с Роббом Старком, сражался с ним в Шепчущем Лесу и в Риверране, вернулся его послом на Железные Острова к своему отцу. Барроутон тоже послал людей к Молодому Волку. Но так мало, насколько я могла осмелиться, не рискуя навлечь на себя гнев Винтерфелла. В этом войске у меня были свои глаза и уши. Я знаю, кто ты. Я знаю, что ты. Теперь ответь на мой вопрос. Почему ты любишь Старков?

– Я… – Теон положил руку в перчатке на столп. – … я хотел быть одним из них…

– И ни за что не смог бы. У нас с тобой больше общего, чем ты думаешь.

Они остановились у стоявших рядом трёх гробниц.

– Лорд Рикард, – заметила леди Дастин, глядя на возвышавшийся посередине памятник – длиннолицый, бородатый, торжественный, с такими же каменными глазами, что и у остальных, но в них читалась печаль. – У него тоже не хватает меча.

Она была права.

– Кто-то побывал здесь и украл мечи. У Брандона тоже нет.

– Он бы разъярился.

Она стащила с руки перчатку и коснулась колена памятника. Бледная кожа на темном камне.

– Брандон обожал свой меч, любил точить его. «Хочу сделать его таким острым, чтобы им можно было обрить волосы у женщины на лобке», – говаривал он. И применять его любил. «Окровавленный клинок прекрасен», – сказал он мне однажды.

– Вы были знакомы, – произнёс Теон.

В свете факела её глаза полыхнули огнем.

– Брандона воспитывал в Барроутоне старый лорд Дастин, отец моего будущего мужа. Но большую часть времени Брандон проводил в поездках к Родникам. Ему нравилось ездить верхом. Младшая сестра пошла по его стопам. Эти двое были просто парой кентавров. А моему отцу льстило принимать наследника Винтерфелла. Ради возвышения дома Рисвеллов он бы отдал мою девственность первому встречному Старку, но в этом не было нужды. Брандон никогда не стеснялся брать то, что хотел. Сейчас я высохшая, старая вдова, но всё ещё помню вид моей девственной крови на его члене в ту ночь, когда он взял меня. Думаю, ему это зрелище тоже понравилось. Да, окровавленный клинок прекрасен. Было больно, но то была сладкая боль.