Свидетели долго не живут
Шрифт:
— Я думал об этом, и даже присмотрел вариант, — откликнулся Серый, он все еще держал меня за руку, хотя мне уже стало легче. — Попробую решить вопрос и договориться.
— Надо торопиться, боюсь еще одно нападение я точно не переживу. Я даже это еще не пережила, — уныло проговорила в ответ.
— Сейчас прибудет Рейн, и тебя починит.
— Слушай, — резко воскликнула, поймав в голове крутящуюся важную мысль, — Я хочу дать показания сейчас, пока еще могу. Это можно устроить? Пусть соберут побольше народу и опросят меня подробно, как положено, пока меня не прибили. Хоть будет толк.
На самом деле
— Постараюсь решить этот вопрос прямо сейчас, когда прибудет Рейн, — отозвался Серый. — Ника, дриада появилась при мне, а первый напавший откуда взялся?
— Он пришел в здание через главный вход как обычный посетитель. После Рейна я сидела в том месте, что ты указал. И увидела, как этот незнакомец вошел в большой зал первого этажа. Он мне сразу не понравился, — эмоционально продолжила я. — При его появлении похолодел браслет магической защиты, и мне показалось, что он искал меня. Я позвала тебя, но ты не отвечал…
— Меня задержал бой в другом месте, — шумно выдохнул он, отпуская наконец мою руку. — Пришел, как только смог.
— Тогда я решила бежать, кинула шумелку, и с появившимся туманом покинула здание, — продолжила свой рассказ, мне стало гораздо легче, хотя тело чувствовала очень слабо, и это пугало.
— А почему ты не пошла к Рейну? — решительно возмутился Серый.
— Во-первых, не была уверена, что застану его на месте. Возникло подозрение, меня сдали работники этого самого здания, поэтому не могла знать, что еще они мне подготовили. К тому же, не могу быть уверена даже в том, что Рейн с этим не связан, — припечатала я как на духу.
— Рейн не связан, — лаконично поставил точку невозмутимый Серый.
И тут появился сам предмет спора.
— Ну вы даете! — эмоционально сказал лекарь, и я услышала, как сумка бухнулась на стол. — Вчера нежить четвертого типа, а теперь что?
— Дриада, — буркнула, продолжая сидеть с закрытыми глазами, слишком ярко.
— Боевая дриада! — пораженно воскликнул Рейн, и хмыкнул. — У вас что, коллекция нападений редких существ?
— Смесок дриады, — поправил меня въедливый Серый, и продолжил с усмешкой в голосе. — Это что, я тут встретил боевого орка из высших, представляешь. Так он собирался покромсать меня на кружочки, чтобы утешить свою печаль!
— Да, смотрю вы оба поклонники редкостей! Ника, хорошо, что ты не видишь, как «украсила» пол гостиной, — сказал лекарь, намекая на лужу крови. — Можно было бы цветы смерти выращивать, а придется Серому потрудится с уборкой!
***
Яркий свет прорывался сквозь закрытые веки. Глаза открывать не хотелось, да и Рейн отсоветовал. Опасался наверно, что увижу свои раны и потоки крови на одежде. Он предложил мне так и сидеть с закрытыми глазами, пока не закончит лечение.
Лекарь с шумом копался в сумке, выкладывая с дребезжанием бутыльки и склянки на стол. Боль притихла. Сразу как появился, он сделал мне что-то вроде заморозки. Снял воздействие Серого, и онемение пальцев прошло, но теперь я слабо
ощущая тело, словно рубильник чувствительности повернули на минимум. А после дал кружку с лекарством, и велел осторожно пить, комментируя, что это должно помочь от случившейся сильной кровопотери.Серый куда-то смотался, предупредив на словах, что его пока не будет. Понадеялась, что он пошел договариваться о убежище, или даче показаний. Все эти страсти с нападениями и настойчивыми неистовыми попытками меня убить, порядком достали. Как бы я хотела вернуться домой, и забыть все как страшный сон. Окунуться в свой спокойный, и куда более безопасный и понятный мир, где не надо ждать подвоха за каждым углом и вздрагивать от каждого шороха.
— Ника, сначала я займусь раной на шее, — вспомнил обо мне наконец лекарь. — Ты будешь чувствовать манипуляции, но боли не будет. Конечно, неприятные ощущения тебе обеспечены, но придется потерпеть.
Произнес он, и оторвал мою руку, пронзенную звездочкой, от шеи и аккуратно положил ее на стол. Я почувствовала, как звездочка выскользнула из пореза на шее, но боли не было, и кровь не потекла. Лекарю пришлось разрезать ворот куртки и свитера, чтобы получить возможность обработать рану.
— Я постараюсь, чтобы не осталось шрамов, они не должны украшать молодых леди, — произнес Рейн с уловимой усмешкой.
Лично я себя к ледям никогда не относила, но шрамы мне точно были не нужны. Если можно сделать, чтобы их не осталось, очень порадуюсь. Рейн лечил рану магией, я чувствовала, как в том месте бегали мурашки, и что-то явно происходило.
— А на руке? — спросила не удержавшись. — Ее так сильно повредило звездочкой…
— Конечно Ника, я постараюсь, — ответил Рейн. — Понимаю, что изящная женская ручка со шрамом, это не хорошо. И тебе это совсем не нужно!
Наложив повязку на шее, как он сказал, чтобы защитить от повреждения восстановленные участки, приступил к ране на бедре, пришлось отрезать штанину. Здесь звездочка попала куда глубже, я почувствовала, когда он ее вытаскивал. В памяти всколыхнулась информация, что где-то рядом с раной, проходит крупная артерия, и можно просто истечь кровью, повредив ее. И тут появился Серый, отвлекая меня от скорбных мыслей.
— А вот и я, — отозвался он. — Договорился, завтра даем показания. И тебя Рейн это тоже касается, ты будешь подтверждать факт нападения и нанесения увечий, которые довелось лечить. Я смотрю вы тут во всю развлекаетесь! Оставил вас ненадолго, а вы сразу раздеваться. Ника уже с голыми плечами, и обнаженной ногой. Что будет дальше?
Я аж глаза открыла от возмущения.
— И вот ни разу не смешно! — не выдержала я, а Рейн так вообще не обратил внимания, продолжая заниматься раной на бедре.
— Ну раз вам тут так весело, не буду мешать. Я дальше по делам, — пошутил Серый и исчез.
А мы тем временем занялись раной на предплечье. Тут пришлось обрезать рукав по плечо, что только подтвердило слова Серого о моем дальнейшем обнажении. Вот ведь ерунда! Здесь звездочка тоже зашла глубоко, а по итогу Рейн также наложил повязку. Я чувствовала себя очень уставшей, и жутко хотела спать.
— Ника, дремать пока рано. Я конечно понимаю, что тебя после ран тянет в сон, но мы еще не закончили. Пожалуй, дам тебе еще другого укрепляющего, — заметил мою апатию Рейн.