Стражи Леса
Шрифт:
Сначала бойня не казалась масштабной, но потом, когда изрядно побитый Первожрец отлетел в сторону, началась магическая дуэль. И что, что Цит не был одарён владением Материей: это с лихвой компенсировалось его резко возросшими способностями к управлению природой.
Переведя дух, противники сцепились с новой силой. Их первое столкновение породило ветер, от которого затрепетала трава, а первые удары вновь пролили кровь на землю. Во все стороны летели куски корней, комья земли, обломки магических стрел и Матерчатого оружия. Первожрец не экономил силы, надеясь задавить Цита грубой мощью, а тот брал хитростью: уворачивался от атак, прятался за вырвавшимися из-под земли корнями или даже целыми деревьями, и бил в ответ. Гигантские разломы, которые
Пока не пришло время для более серьёзных атак, Астерот решил всё-таки воспользоваться приглашением Перводрева и сбежать в безопасную зону. Но оторвать взгляд от Хранителей, уже разогревшихся и готовых теперь перейти к чему-то по-настоящему интересному и масштабному, было слишком сложно…
Цит, отбив очередную атаку земляным щитом, воздел руку к небу, и святилище словно на мгновение начало погружаться в темноту. Силы Хранителя плохо усваивались, он ещё не до конца понимал, на что способен, тогда как Первожрец прекрасно осознавал свою мощь, но у полукровки было другое преимущество. То, что в нём в диком коктейле смешалась Тьма и свет эльфийской Души, принявшей в себя части человеческой, давало ему невообразимый простор для использования самых сильных сторон своих особенностей.
Верховный Друид с интересом смотрел на оппонента, словно прикидывая в уме, что он сможет сделать. Астерот пытался догадаться вместе с ним, но у него не выходило. Первые несколько секунд не менялось ничего, а вся арена, в которую превратилось святилище, и растущее в центре Перводрево, замерли в тишине, ожидая развития схватки. И, наконец, спустя десяток секунд оглушительно громыхнул гром.
Небо начали заволакивать густые чёрные тучи, съедая лучи местного светила. Арена погружалась во мрак: из виду уже пропали стены, а непроглядная тьма уверенно ползла к центру, где стояли оба претендента на титул Хранителя. Облака стекались в одну точку, закручиваясь в воронку, и Астерот на всякий случай подошёл поближе к спуску. Глаза Тёмного могли неплохо видеть в темноте, но он всё же помог себе заклинанием, чтобы не упустить деталей. Только мир вокруг окрасился оттенками серого, арену озарила вспышка.
Вслед за ней пришёл раскатистый гром, будто объясняя, что то была не вспышка, а молния, ударившая прямо из воронки, но его пояснений не требовалось: в руке Цит держал потрескивающее, дёргающееся, будто живое, копьё. По древку пробегали не искры, а настоящие небольшие молнии, а в наконечнике словно обосновалась самая крупная из них, осветившая всю арену.
— Недурно… — Начал Первожрец, но тут же был перебит вылетевшим из Тьмы мрачным щупальцем, ударившим его в спину. Прибегнувший к самую малость подлому фокусу Цит одним прыжком подлетел ближе, оставив за собой светящийся след, и замахнулся копьём. Беззвучно оружие проткнуло Первожреца, и тот осел на землю, удивлённо глядя на торчащее из живота древко. — Неужели…
— …ты был так глуп, что повёлся? — Подхватил его фразу уже целый и невредимый Жрец, выступивший из темноты в нескольких мертах от своего «трупа». Эльф молча улыбался, а из мрака со всех сторон к Циту выходили всё новые и новые его копии. У каждой из них в руках было какое-нибудь оружие: кто держал топор, кто — глефу или алебарду, парочка была с мечами…
«Беги, смертный!» — Пробасило Астероту древо. — «Сейчас будет бойня,» — оно ещё не договорило, а Хранители вновь приступили к делу. С десяток, а то и два, клонов в один миг окружили Цита, и наполовину Хранитель крутанулся, отбивая смертельное для обычного человека количество атак.
«Где Лира?»
«Внизу. Спасена.» — коротко ответило древо, и перед Тёмным вырос небольшой корешок. Он заёрзал, намекая, что лучше пойти к остальным и переждать разыгравшуюся в древнем святилище бурю. Цит уже вертелся с такой скоростью, что молнии, порождаемые копьём, складывались в бушующий вокруг него вихрь. Но этого
было недостаточно: копии Друида защищались от ударов, а небольшие разрядики не могли им навредить.Тогда полуэльф всего на каких-то полсекунды замедлил своё вращение, чтобы потом выпустить уже полноценную молнию в самого близкого двойника. Иллюзию сковало, она выронила из рук оружие и осыпалась мелкой пылью. На её место встали сразу две, а Цита к этому моменту уже и след простыл. Он, отбежав подальше, выставил раскрытую ладонь и замер. Он весь дрожал, из носа потекла тонкая струйка ценной Хранительской крови, но задуманное он реализовал.
С громким треском стена позади него поднялась на слишком уж толстом корне. Покачавшись из стороны в сторону, он метнул гигантский кусок камня в столпившиеся копии, и те остановились, смиренно ожидая своей участи. С другой стороны уже начала собираться новая группа иллюзий, но через секунд десять от них ничего не осталось: отколовшийся от великанского «снаряда» пласт камня просто-напросто раздавил их, не оставив и шанса на спасение. А остаток немногим позже превратил в кашицу других двойников.
— Ты ведь никогда не узнаешь, где настоящий! — Еле заметно дрогнувший голос выдал волнение Первожреца. Он сделал шаг назад, и его стало трое, потом семеро, десятеро… — Нас миллионы, нас — бесконечность!
Ладони их всех засветились пурпурным светом, и вся эта братия одновременно склонилась к земле, пропуская каменную шрапнель от Цита. Свечение быстро, будто стая саранчи, начало распространяться по траве.
— Ты никогда не станешь Хранителем, потому что отрёкся от себя. Ты не был эльфом, а теперь хочешь завладеть этим всем?! Не выйдет, потому что в них уже я! Каждая травинка — это я! — Иллюзии встали, но их было уже гораздо больше, чем десять. Сотни человек толпились на лысой земле, светящейся пурпурным. — Каждый камушек — тоже я! — Количество иллюзий увеличилось раза в полтора, когда осколки каменной шрапнели в один миг превратились в эльфов. Море тел казалось бескрайним, и у каждого из них горели пурпурным огнём руки.
— Зато я — это я… — Зло прошипел Цит. Его слова эхом разнеслись по арене, отдаваясь в ушах протяжным «Я, я, я!..» Его голос понемногу переходил в неразборчивый гул, ввинчивающийся в сознание, а он продолжал: — Един, как все эльфы перед лицом зла. — «Зла, зла, зла…» — вторило эхо, а иллюзорные ряды задрожали. — Самостоятелен, как Великий Лес. — «Лес, лес, лес…» — И не трачу время на пустые разговоры.
Молниеносным движением он метнул копьё. Наконечник с лёгкостью проходил сквозь ставшие совсем прозрачными иллюзии, но полуэльф не угадал, повёлся на очередную уловку Верховного Друида. И сейчас оружие, сливающееся в сплошную белую полосу, летело точно в грудь Астероту, а не другому почти Хранителю.
Тёмный замер, смотря на приближающуюся смерть. Сердце бешено стучало, будто предчувствуя свою скорую, но недолгую встречу с грозовым копьём. А после — чернота и забвение… Или ему суждено будет воскреснуть в Иноммире? Вряд ли, пожалуй… не хотелось бы. Умер — значит умер, зачем какие-то дополнения к этому факту?
«БЕГИ!» — Крик древа резанул по ушам, приводя в чувство, и в последнюю секунду Астерот шагнул микропорталом вниз, спасаясь от неминуемой смерти. Оказавшись на лестнице, почувствовал слабое жжение в груди, посмотрел — и правда, небольшой след от Хранительской молнии.
Он мог бы задуматься, почему копьё за мгновения до столкновения начало замедляться, но объяснил это тем, что Цит решил вернуть себе оружие, не рискуя оставаться без него. Возвращаться на наблюдательную позицию у Тёмного желания не было, и он побежал вниз.
Преодолел спуск он меньше, чем за минуту. Спустившись, оказался в уже знакомом месте — том самом зале, где начинал свой ритуал Первожрец. Нельзя было не признать, что он подготовил чуть ли не всё, и единственное, что могло ему помешать — такой неожиданный фактор, как появление Астерота и остальных.