Стена
Шрифт:
– Прости, я не удержалась! – немного успокоившись, извинилась Виктория.
– Да ничего, – растерявшись промямлила Саша, – просто… я все еще сомневаюсь… все это как-то…тяжело, – она очень спонтанно излагала свои мысли. Тем не менее о том, чтобы обратиться к Вике, думала далеко не первый день. Нужен был какой-то триггер, а сегодня он случился.
До знакомства с Даней Александра и подумать о таком не могла, более того, презирала. Но после того как вкусила другую жизнь, ее мировоззрение начало меняться. А тут еще и Вика, которая очень убедительно выказывала свою жизненную позицию.
Когда Даня загремел за решетку, жизнь Александры перевернулась, как после полуночи карета превращается в тыкву.
– Чего тяжелого? – в недоумении спросила подруга, – уважать себя? Знать себе цену? Хотеть жить как приличный человек, а не серая мышонка? – Вика начала разливать по третьей, – нет, красавица! Это – не тяжело. Тяжело – на работу каждый день ходить, а возвращаясь вечером уставшей, обслуживать своего нищего мужа, лежащего на диване и чешущего свои волосатые яйца! А параллельно еще и за детьми следить. Короче, у тебя просто мозги на место встали, вот ты и пришла. Давай, за твою новую жизнь!
Девушки чокнулись, и Вика начала набирать Бориса, чтобы рассказать о желании Александры влиться в их дружный коллектив.
Лифт открылся, воспоминания Саши о том дне улетели прочь, и она, расплывшись в довольной улыбке, побежала обнимать Вику, уже отворившую дверь.
– Шампусик? А что за повод? – увидев бутылку в руках подруги, игриво спросила Вика.
– А что, принцессам нужен какой-то повод?
– Если принцессы будут часто пить без повода, то из принцев они смогут рассчитывать только на благородных бородатых бояр с городской свалки.
– Фу! Какая мерзость, – сквозь смех ответила Саша, – Борис позвонил. Сегодня вечером в «Жемчуг» едем. Клиенты будут готовые, поэтому и нам расслабиться не помешает, – она показательно подмигнула и зашла в квартиру, – разливай, а я в душ, – Саша протянула подруге бутылку, небрежно сняла туфли, скинула на пуф сумку и направилась в сторону ванной комнаты.
– Где это ты была, что тебе так срочно в душ надо? – с саркастической улыбкой поинтересовалась Вика.
– В тюрягу ездила, – нехотя выпалила Александра, не оборачиваясь, и закрыла за собой дверь.
Викина улыбка резко сошла. Она нахмурила брови, покачала головой и пошла на кухню, бурча себе под нос: «Дурочка…вот дурочка!»
Освежившись под тропическим душем, Саша накинула на голое тело Викин халат и вприпрыжку забежала в зал. Вода как будто смыла весь негативный осадок от очередной встречи с Даней, и теперь девушка находилась в исключительно приподнятом настроении. Она, дурачась, плюхнулась на диван, будто ей лет 8, а привставая, оглянулась на Вику. На ней было надето строгое лицо, какое Александра видела чуть ли не в первый раз за все то время, что с ней знакома.
– Ты чего?
– Слушай, ты зачем к нему ездишь до сих пор? На что он тебе сдался? Покуролесила с ним когда-то и хватит. Все равно тебе его бросать придется. Чего тянешь?
Саша повернула подбородок и закатила глаза. Сейчас она вообще не была настроена на «вынос мозга»:
– Блин, давай потом это обсудим. А сейчас я тебя поцелую, – Александра хихикнула и полезла в сторону подруги, намереваясь ее поцеловать. Вика, впрочем, ловко увернулась, уж в этом
она была настоящий профессионал.– Потом, потом… Ты уже сколько – больше года «потом». А потом он выйдет. Слушай, я ж тебе добра хочу, а ты фигней занимаешься, – она уставилась своим пронзительным взглядом прямо в глаза подруги, – и хорошо, если это твое «потом» наступит до того, как он все узнает! Надо же, в конце концов, какие-то принципы иметь.
– Хорошо, хорошо! В следующий раз, когда к нему поеду, скажу, что расстаемся, но только не надо мне мозг выносить! Пожалуйста!
– Мозг ей выносить не надо, – пробурчала Вика, – только если ты мне пообещаешь.
– Обещаю, – обнадежила подругу Саша и, со второй попытки, наконец добралась своими губами до ее нежной щеки.
На самом деле, вопрос с Данилом стоял для Александры довольно остро. Когда она впервые начала задумываться о работе в эскорте, чувства к Дане еще не угасли. Предполагалось, что, пока он там, она поработает, а потом, когда вернется, они заживут долго и счастливо. С ним-то она «по любви». Почему мужикам можно с кем-то спать на стороне, а затем как ни в чем не бывало приходить домой к любимой? Девушки хуже, что ли? Единственное, что ее тогда останавливало – страх того, что Данил узнает. Да, город большой и Вика, например, с его знакомыми по работе ни разу не пересекалась – статус у них не тот. Но все же… Вдруг как-то узнает!
После того разговора, когда Саша узнала про прием своим парнем «тяжелых», она разозлилась, а деньги срочно нужны были обоим, поэтому былые страхи отошли на второй план. Она просто взяла и сделала. Теперь же, Александра совсем запуталась и вообще боялась что-либо Дане говорить. Вследствие этого и откладывала разговор наперед, надеясь, что «все как-то само собой разрулится».
Глава 3
Владимир, уже одетый в костюм, стоял в коридоре перед зеркалом от пола до потолка и поправлял галстук. Одновременно он поглядывал на родинку на правом виске, сопровождавшую его с самого появления на свет. Как ему казалось, она, итак, немаленькая, с годами увеличивалась в размерах. И вроде бы ничего страшного, но почему-то Владимир этого ужасно боялся. Да, человека, прошедшего обе чеченские войны, бросало в холодный пот, при мысли, что родинка станет больше. У людей, не раз смотревших в глаза смерти, страхи, порой, бывают странные.
Закончив с галстуком, мужчина прыснул одеколоном по обе стороны шеи и направился медвежьей походкой в комнату сына. С Кириллом у Владимира были, мягко говоря, натянутые отношения все время, сколько он себя помнил, а попытки это исправить частенько только ухудшали ситуацию. Довольно успешный и деловитый, открытый и пользующийся авторитетом у окружающих Владимир легко находил общий язык со взрослыми, но совершенно не понимал, как обращаться с детьми, поэтому в качестве отца не смог реализоваться. Сначала все время занимала служба в армии, постоянные учения, а потом бизнес, в связи с чем Кирилла Владимир видел чуть ли только не по праздникам. Потом ребенок вырос, и было уже поздно.
Полгода назад жена Владимира, Ольга, любительница поднажать на педаль газа, разбилась насмерть в автокатастрофе. Спустя еще четыре месяца после этого печального события Кирилл закончил учебу в одном из Московских университетов и вернулся в Грозный, в родительский дом, поэтому отношения в семье надо было налаживать. Но оказалось, что это не так просто. Отец и сын не могли найти ни общих интересов, ни других точек соприкосновения. Их взгляды и суждения практически по всем вопросам различались. А когда Владимир по-отечески пытался поговорить с сыном и внести некоторые правки в его воспитание и мировоззрение, делал это так грубо, как если бы хирург проводил операцию пациенту с помощью кувалды и бензопилы.