Чтение онлайн

Попрощавшись, Арус удалился в королевские покои, где его ждал разговор с Ханной, которого он боялся больше всего на свете.

Когда-то прекрасные покои, дарившие радость семейной жизни, стали обителью печали, где царили страх и боль. Уютная комната с высоким потолком и большим окном, откуда всегда шел солнечный и лунный свет, с роскошной мебелью и теплой кроватью, превратилась в камеру пыток, откуда нельзя было сбежать.

Ханна тихо сидела с Аркилом на кровати и утирала слезы, дожидаясь появления супруга. Он прекрасно знал, что за разговор их ждет и что эта ночь с сыном станет последней, но даже представить не мог, что сейчас чувствовала Ханна,

готовившаяся расстаться со своим главным сокровищем.

– Почему? Почему ты не сказал мне? – дрожащим голосом начала она.

– Я не мог, – обнял ее холодными руками Арус.

– Что теперь с ним будет? Скажи мне правду! – молящим взглядом обратилась она к нему.

Окунувшись в бездну собственных страданий, он рассказал Ханне все как есть, всю горькую правду. Каждое слово его рассказа резало грудь матери, как нож, заставляя ее сердце обливаться кровью. Она любила своего ребенка еще до того, как он появился на свет. Она ждала этого момента всю жизнь, а теперь стоит на развилке, откуда у них с сыном два разных пути. В душе она не могла и не хотела верить в столь жестокую правду, но понимала, что уже ничего не изменить.

– Я поеду с ним! – сквозь слезы прошептала она, сжимая белоснежное покрывало кровати.

– Это невозможно. Рядом с нами ему опасно находиться, – ответил король.

– Почему Боги поступают так с нами?! Это не наша война и не его! Он ребенок!

Тяжелые слезы звонко падали на пол, впитываясь в холодный камень. Аркил тихо и мирно продолжал спать у королевы на руках, изредка подергивая руками во сне.

– Что бы ни случилось, Боги не оставят его, я обещаю тебе. Он был рожден с великой целью, наступит день – и он вернется домой, где его истинное место. Его ждет трудная жизнь вдали отсюда, но я уверен, что Боги защитят его от всех бед.

– Когда он уезжает в Зарию? – грустно спросила Ханна.

– Завтра в полночь, – очередным ударом ей в сердце ответил король.

____

Ночь была прекрасна. Несмотря на все беды людские, небо продолжало радовать землю. Луна, словно малое дитя, играла с океаном, плескаясь в его бесконечных водах, прыгая с одной волны на другую. Ее теплый свет освещал лесные просторы, небольшие реки, фермы, деревни и, конечно, давнюю подругу – Туниму. Наверное, даже небеса еще не знали, какая угроза рвется в мир и как все изменится с ее появлением.

Те жители Старгоса, кто остался в своих домах, не спали, со страхом молясь в ожидании прихода, как они выражались, «проклятья». Обычно все в этот день собирались на празднество в Мардидском лесу или просто выходили из домов гулять под луной и встречать восход солнца. Но сегодня никто об этом не вспомнил, оставив и луну, и пылающий пестрый рассвет в одиночестве, словно забытые игрушки

Арус не сомкнул глаз, всю ночь медленно расхаживая из угла в угол тронного зала, и полностью погрузился в себя, пока его не отвлек Камил, вошедший с первыми лучами солнца.

– Мы будем готовы выступить через два дня, – доложил он королю.

Кинув взгляд на Камила, Арус сразу заметил перемены в своем верном друге. Бледное лицо с угрюмыми глазами, в которых совсем недавно стояли слезы, и которые сейчас, еще не забыв случившееся событие, рассеянно бегали по сторонам. С виду Камил не был уставшим, но, как показалось Арусу, кто-то или что-то вытянуло из его друга и советника все соки.

– Что случилось, Камил? – озабоченно спросил король, – На тебе лица нет.

– Сегодня мой сын покинул Мардиду, – признался другу Камил, – Что за судьба теперь

его ждет? – углубившись в свои переживания, прошептал он.

Арус ничего не ответил, лишь показал взглядом, что он его понимает, действительно понимает и вместе с ним разделяет эту тяжелую участь.

Вскоре они вышли на балкон, превратившийся сейчас в штаб, из которого отчетливо было видно, что происходит в королевстве.

– Тяжелые машины уже выдвинулись в крепость Басен-Сет, – отвлекся Камил от тяжелых дум, – Армия выдвинется завтра и будет ждать нашего прибытия. Кузницы начали работу с самого утра.

Из дворца было отчетливо видно, как по старинным дорогам Мардиды волочились десятки тяжелых орудий, направляясь в сторону Земли Богов. В воздухе гулким эхом, доносящимся со всего Старгоса, слышались звуки молотов, а ветер веял горячим паром раскаленного металла. Этим утром началась подготовка к великой битве, которая свалилась на людей, как проклятье, нарушив обыденную мирную жизнь.

– Жду дальнейших указаний, – отчитавшись, закончил Камил.

– Побудем со своими семьями, пока еще есть время, – обреченно сказал Арус, посмотрев на него потерянным взглядом.

Весь день Арус провел с Ханной и Аркилом, молча глядя на них и изредка им улыбаясь. Изабель, как заведенная, бегала по коридорам замка, с болью в сердце ожидая ночи. Она сильно переживала и не могла найти себе места, заходила в королевские покои по любому поводу, лишь бы навестить малыша.

Королевство было взбудоражено как никогда, бесконечный шум доносился изо всех окон и дверей. Звон, гул, крики сменили привычную тишину и сводили с ума, нагнетая на всех тревогу.

Время как назло летело незаметно и быстро. Вскоре дневной свет ушел, вернув бразды правления коварной ночи. Склонив голову, Арус ждал появления кареты, означавшей час разлуки. Ханна проводила последние минуты с сыном, а вся прислуга разошлась по своим покоям, боясь попасться под горячую руку короля.

Долго ждать не пришлось: в зал вошел страж и сообщил недобрую весть – карета прибыла и ждет. Словно заключенный, идущий на каторгу, Арус медленно двинулся к покоям королевы. Его сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди и убежать от хозяина. Руки зябли и немели, будто он умирал, а ноги стали ватными и отказывались идти. Арус отворил дверь в детскую и робко подошел к Ханне, стоявшей у детской кроватки. Материнский инстинкт подсказал ей, что это последние минуты, которые она может провести с сыном.

– Пора… – еле выдавил из себя Арус.

Ханна сняла со своей нежной белой шеи амулет Богини света Окимы и надела на малыша. Аркил сладко спал, как и полагается младенцу, не подозревая, что на самом деле происходит.

– Наступит момент, и он тебя защитит, – шепотом сказала Ханна, крепко поцеловав Аркила влажными от слез губами, – Я тебя люблю…

В комнату зашла Изабель. Она взяла колыбель с малышом и вместе с королевским семейством направилась во двор, где их ждала черная карета. Арус прикоснулся к сыну холодной рукой, потрогав его нежную кожу на прощанье. Из его угрюмых потерянных глаз по бледным щекам потекли редкие слезы, бесшумно падая на белую пеленку сына. Он, ничего не сказав, передал люльку посланнику государства Зарии. Изабель, не выдержав напряжения, убежала в замок и после этого очень долго не выходила из своей комнаты. Карета тронулась и, поднимая за собой сухую пыль дороги, покатилась все дальше и дальше от дворца. Король крепко обнял дрожащую Ханну и прижал ее заплаканное лицо к груди.