Стальной Апостол
Шрифт:
– Да ты чего, с ножом решил за оленем погоняться?
– покрутив пальцем у виска головы скептически заметил я.
– Не торопись, - успокоил меня Анатолий, - ты лучше смотри.
Он мне это говорил, как неопытному малышу, нежно и ласково, словно открывал для меня какую-то естественную тайну бытия.
Тут, неожиданно для меня, его желудок предательски заурчал, демаскируя наши позиции, но олень и ухом не пошевелил. Животное продолжало тупо стоять на поляне из красных цветов. Простоял олень, не двигаясь минут пять, а потом к моему изумлению ноги его подкосились, и олень рухнул наземь.
– Ничего себе, - опешил я от такого развития событий.
– Ага, - улыбнулся лохматый и направился в сторону оленя, сжимая в руке нож.
– Ты знал, что так будет?
– Да.
– Откуда?
– За
– Макс, помоги мне его отсюда оттащить, пока и мы с тобой тут не прилегли вздремнуть, - схватил за задние копыта молодого оленя Анатолий.
Тяжёлый оказался олень, запыхались мы совсем с ним вдвоём, пока с поляны оттащили животное. А пока напрягались и пыхтели транспортируя тушу оленя, у меня в голове решилась простая задачка. Мысленно сложил два плюс два, я получил точный и безапелляционный ответ. Эти цветочки на полянке не так просты, как кажется со стороны. Оказалась это местная сон-трава наяву и воплоти, только в нашем случае, сон-цветок. Вот почему брюнетка выбрала эту полянку, не случайно она меня сюда привела, это уже очевидно. Сразу мне эти цветы показались подозрительными. Сразу! Вот только не дали мне на них сконцентрировать внимание. Как пить дать, эта ОльГанаала ведьма ещё та! В горло ей гнилой башмак. Она была по образу и подобию злой волшебницы из детских сказок и по антуражу всё сходится, один в один прямо ложится портрет ведьмы. Только вот эти цветки не только в сон клонят, а видать есть у них ещё один эффект. Помогают они каким-то образом и мысли чужие читать. Сто процентов! Допускаю, что не каждый так может, не каждый способен повторить сей трюк, но она точно знает, как это делать. Вот она и решила со своей подругой, маньячкой, притащить меня сюда, да выпытать нужную ей информацию. Кстати! Я вспомнил, про то, как помимо своей воли отвечал на поставленные ей вопросы. Правда и противится у меня получалось. Не этим ли она была так возмущена. Было в её словах некий намёк на что-то подобное. Было. Вполне возможно, что эти цветочки также способны выполнять и роль 'сыворотки правды'! Только видать эффект у них по времени ограничен, раз она стала в конце так спешить, понимала, что усну. И Тамара эта, валькирия недоросток, неспроста ушла с поляны, знала всё прекрасно, что и как тут происходит. Хорошо ещё, что не порубала меня сонного на куски, когда я уснул, своей острой мачете. Как подумал про это, так и вздрогнул. Эх, хороши тут порядки, ничего не скажешь. Прям, кровавое средневековье какое-то. Беспредел, да и только.
Пока я думал и гадал, разжёвывая события у себя в голове, Толик как заправской мясник прирезал оленя и по-быстрому стал разделывать тушу. Ничего себе, как ловко и чётко, а главное - слаженно у него всё получалось. В мгновение ока у него в руках просто плясал нож, раз и нет задней ноги у оленя, два и она уже на плечах у Толи. Причём нога уже очищена от шкуры и прочей ерунды.
– Очуметь можно! Ты где это так научился?
– разинув рот спросил я, удивлённо смотря на мясника.
– Потом расскажу, - отмахнулся от меня Анатолий, хитро улыбнувшись мне.
– Я понял. Ещё она длинная история.
– Точно, прямо с корень зришь.
Я прямо-таки зауважал этого человека. Вот как подфартило с напарником по несчастью в такие нелёгкие минуты. Сам то я и не знал бы, что делать с этим оленем, если бы и убил его.
– У тебя, надеюсь, осталась вторая зажигалка?
– лоснящийся в довольной улыбке спросил Толик, хозяйски рассматривая результат своей работы.
И правда, я не осмотрел свои карманы, может меня обобрали эти стервы? Нет, к счастью все мои не хитрые пожитки на месте, и я облегчённо вздохнул. Анатолию ответил, что всё в порядке, и все при мне.
– Хорошо, - обрадовался он ещё больше, - а то так получилось, что вторая твоя зажигалка у Пашки осталась, а его мордовороты уволокли.
– Ну да, зажигалку жалко, - невесело пошутил я.
– И зажигалку тоже, - вполне серьёзно заметил Анатолий. И должен заметить, что отчасти его правда была в его и моих словах.
– А курево у тебя ещё осталось?
– нервно спросил лохматый, облизывая губы.
– Да, - улыбнулся в ответ я.
– Это хорошо, значить будем жить!
– многозначительно подвёл итог Анатолий.
Тут я услышал ревущий звук двигателей со стороны пляжа. Не Толика
ли - это "знакомые" пожаловали? Анатолий тоже уловил этот неприродный звук.– Тихо!
– прижал палец я к губам.
– Пойдём глянем, что там?
– Пошли, - согласился Анатолий.
Мы как туземцы, пригнувшись направились с сторону пляжа. Шли тихо, без лишнего шума. Не торопились. Как только достигли безопасного расстояния и прямой видимости залегли в траве.
То, что я увидел, меня повергло в шок. Чего-чего, а такого я явно не ожидал увидеть здесь. Я был готов увидеть тут драконов, шагающих рыб, летающих слонов, розовых бегемотов, но не это.
Вдоль пляжа на небольшой скорости шли малой колонной "Тигры". Нет, не животные, а танки! Настоящие, всамделишнее, "живые" тяжёлые танки. Воплощённая в жизнь легенда второй мировой войны! Вот дотянись, да рукой попробуй. Panzerkampfwagen VI 'Tiger I' Ausf E, 'Тигр', немецкий тяжёлый танк.
– Японский городовой!
– раздался сдавленный голос Анатолия возле моего уха.
– Твою ж мать!
– согласился с ним я.
Три тяжёлых танка во главе колоны, за ними двигались непонятного производства гусеничные броневики, в количестве двух штук. Каждый из которых тянул за собой на прицепе довольно-таки большую клетку на колёсах, в которой томились невольники. Человек по десять в каждой клетке. Женщины, мужчины и даже дети.
– Вот этих гадов, на вот том броневике я видел, - указал Анатолий рукой в сторону второго броневика, замыкающего колонну. Я посмотрел в ту сторону, куда указал Анатолий и перевёл взгляд на всю колону в целом.
Люки на танках были распахнуты настежь. Из каждого люка торчали небритые и недовольные рожи экипажа машин неизвестной мне армии. На танках, возле основания башни разместились еще по трое солдат на каждой из машин. Открытые броневики давали возможность наблюдать количество посаженных в них солдат. По пять солдат в каждом.
Что-то мне резало глаз, я не мог понять именно что? Присмотревшись внимательнее, я понял: у солдат не было при себе огнестрельного оружия. Ни у кого! Что-то тут не вязалось. Танки и солдаты без огнестрельного оружия. Кстати на башне танка и во лбу тоже не наблюдалось пулемётов. Что за ерунда? На ремнях у солдат только ножны с мечами и топорами. У некоторых пики и алебарды, но никакого стрелкового оружия. Это что-то невероятное. На лицо технический прогресс, танки, броневики. На своём ходу, а стрелкового оружия нет. Нонсенс!
Глава 2.
Мы ещё минут сорок наблюдали за колонной. Всё говорило о том, что в здешних краях творится непонятно что. Я про 'права человека' и т.д. Людей везли в железных клетках явно против их воли. Сто процентов можно дать гарантии, что здесь ещё никто не слышал об отмене рабовладельческого строя. И судя по картинке, которую я наблюдаю, здесь дела обстоят намного хуже, чем я мог себе представить.
Толик заёрзал на месте и стал показывать пальцем на клетку второго броневика. Тот приблизился к нам на достаточное расстояние, чтобы можно было его относительно хорошо рассмотреть. Присмотревшись я заметил нашего Павла. Он контрастно выделялся от общей массы бедолаг в клетке. На любом расстоянии зоны прямой видимости. Его пижама вопиюще резала глаз ярким красным пятном на фоне серого одеяния других людей. Он сидел, как и остальные, прижавшись спиной к толстым прутьям клетки. Вид у людей в клетке был отстранённый и обречённый. И это понятно. Тут и Нострадамусом не нужно быть, чтобы понять очевидные вещи. Их не в парк развлечений и не в местный пансионат труда и отдыха транспортировали как скот. Всё намного печальнее. Ничего хорошего от этого ожидать не приходится.
– Что делать будем?
– тихо сказал Анатолий, не отрывая взгляда от клетки с людьми.
Хотел бы я хоть как-то внятно ответить. Только слова пропадали у меня в горле так и не родившись на свет. Наконец собравшись мыслями, я выдавил из себя очевидный ответ.
– Спасать его надо, что ещё тут думать. Земляки мы как не крути.
– Это понятно, вопрос только в том, - как?
– Даже не знаю, - обречённо на выдохе ответил я.
Толик молчал, я тоже. Мы просто наблюдали, как мимо нас проезжала эта колона. Мы всматривались, кусали себе губы от бессилия, сжимали кулаки и боялись быть обнаруженными. Перспектива самим оказаться в одной из этой клеток с невольниками мало прельщала нас.