Чтение онлайн

— Мы пропали, — обреченно произнес один из викингов. — Мы пропали…

Второй, не говоря ни слова, приложился шлемом о борт. Раз, второй…

— Стукни его, — попросил я Герольда.

— А почему я?

— У тебя удар послабее будет — ты же у нас мудрый.

Польщенный мудрец отвесил впавшему в безмолвную панику соплеменнику оплеуху.

— За что? — удивился бородач, повернув к нам свое обиженное лицо в ромбовидных шрамах, оставленных некогда врезавшейся в кожу сетью.

— Сохраняй спокойствие, — посоветовал я. — Не нужно головой биться.

— Да я спокоен. Просто кто-то упал на мой шлем, и он погнулся — вот и ровняю. А то мозги жмет.

— А… у… —

только и смог ответить я. После чего со стуком захлопнул рот.

Спрыгнув с корабля на островок, я решил пройтись по нему: ноги размять и осмотреться заодно. Герольд Мудрый и черт увязались за мной. Последний, забравшись мне на плечо, свесил копыта и принялся делиться своими умозаключениями.

— А ты видел, каким взглядом на меня твоя сестренка смотрит?

— Нет. А каким?

— Влюбленным.

— Может, она съела чего не того?

— И Яга тоже, — словно не слыша сарказма в моем голосе, продолжал рогатый. — Да и твоя же… кх!.. Может, я обладаю каким-то магнетизмом для женского пола?

— Несомненно.

Следовавший по пятам викинг в разговор не встревал, лишь морщил лоб, словно пытаясь думать. С непривычки этот процесс, видимо, был болезненным.

— А чего это ты такой грустный? — стукнув меня копытами по ключице, поинтересовался черт.

— Боюсь, мы в безвыходной ситуации… сожрет нас змей морской.

— Я спасу тебя, — с пафосом пообещал черт, наверное, вспомнив о возложенных на него обязанностях ангела-хранителя, коему надлежит, как видно из названия, хранить меня в целости и сохранности.

— Едва ли ты сможешь своим щуплым телом насытить такую громадину, — логично усомнился в выполнимости обещания рогатого Герольд Мудрый.

— Я имел в виду несколько иное. Спрятаться с моим щуплым (на этом слове черт сделал ударение, акцентируя наше внимание) телом мне не составит большого труда, а, как выберусь на свободу, поставлю… найму кого-нибудь, чтобы поставил за тебя свечку. И такую докладную начальству накропаю, что тебя сразу в великие святые и великие грешники зачислят.

— Лель, дорогой! — окликнула меня Ливия.

— Что, любимая?

— Наберите там дровишек сухих — обед разогрею.

— Хорошо.

На пару с Герольдом мы набрали по охапке щепок и направились к лежащему на боку дракару.

— Кости акульи, — пнув ногой усаженную зубами рыбью челюсть, сказал викинг. — Все акульи. Других нет.

— Значит, морской змей питается исключительно морскими хищницами.

— И правда! — удивился черт. — А где человеческие? Кораблей разбитых словно на кладбище погибших кораблей, а следов экипажей нет.

— Может, оно их с костями заглатывает… — пожав плечами, сказал я.

— Или здесь есть какой-то выход, — предположил черт.

— Или людей хоронят на дне морском, — выдвинул малоперспективную версию Герольд Мудрый.

— Давайте не будем гадать!

— Давайте, — не стал спорить со мной черт. — Тем более что карты я потерял, а кофейных деревьев в этих широтах не произрастает.

Благодаря запасливости викингов трапеза вышла обильной, а женские руки привнесли в нее домашнее тепло и вкусовое богатство.

— Ням-ням, — заявил черт, — пальчики оближешь.

Сказал — сделал. Вот бы в других вопросах мой рогатый ангел-хранитель проявлял подобную исполнительность.

Но насытиться вкусной пищей и понежиться в эфемерном ощущении домашнего комфорта нам не дали.

Первыми водную гладь вспенили дельфины. Штук пять-шесть. Стремительно выпрыгнув, они дружно совершили в воздухе сальто-мортале и свечками ушли в воду.

Следом за единственными союзниками человека среди бескрайних океанских просторов появился…

появилась… в общем, появилось что-то нелепое до абсурда. Нет, конечно, как человек, весьма хорошо знакомый с голливудскими фильмами и реальностью преисподней, я видал существа и более удивительной формы, но такого выражения лица мне до сих пор видеть не доводилось. Разве что… Стоп! О политике ни слова. Просто попытаюсь словами передать то, на что и смотреть больно. И начну, пожалуй, с х… впрочем, зайду-ка я с обратной стороны и первым опишу хобот, а до хвоста доберусь по ходу дела. Если при слове «хобот» в вашем воображении возникла та конечность слона, которая заменяет толстокожим гигантам руку, то лучше вообразите лобный нарост индюка и расположите на подбородке. Полуметровый пожеванный шланг бурого цвета с множеством подвижных щупалец на самом окончании. Рот существа находится там, где и положено, вот только развернут он на девяносто градусов и снабжен обилием острых как иголки и погнутых как крючки зубов. На месте носа торчит острый костяной клюв, из боковых прорезей которого, приблизительно на половине длины, то и дело выглядывают голубые глазки на телескопических усиках. Кроме пары этих крохотных органов зрения на морде существа располагается еще один глаз. Огромное иссиня-черное блюдце на лбу, окруженное обильной щетиной и снабженное костяным веком. Уши у существа расположены на затылке. Причем все четыре.

«Эка невидаль!» — скажете вы. Оно-то конечно… но существо, при его-то внешности, еще и улыбалось. По крайней мере мне так хотелось бы думать. Поскольку при относительно небольших размерах — если сравнивать с доставившим нас сюда морским змеем, — оно выглядит весьма опасным. В целом, а не лишь его улыбка. Вытянутое тело с широкой грудной клеткой, развитыми плечами и мощными плавниками хвоста характеризуют существо как отменного пловца, вода которому — родная стихия. А ее вон вокруг сколько — цельный океан и несколько морей в придачу. А длинные руки с канатами жил и изогнутыми на манер кинжала ногтями говорят о бойцовских качествах.

Существо, похрюкивая, приблизилось к нам и принялось внимательно изучать, вперив взгляд вытянувшихся на усиках глаз.

— Кто это? — нервно икая, поинтересовался черт.

— Древний демон, — держась за моей спиной, ответила Ливия, пытаясь незаметно его перекрестить. Без какого-либо, впрочем, результата.

— Мерроу [11] ,— поделился догадкой Герольд Мудрый.

Его соотечественники с воодушевлением переглянулись и обменялись непонятными шуточками про скучающих красоток и готовность помочь кое-каким уродам обзавестись рогами. Каким именно способом, я не понял, но едва ли викинги подразумевают передачу в чужую собственность своих рогатых шлемов.

Целая гамма чувств отразилась на лице существа. Знать бы еще, каких именно?

— Э… — взвалив на свои плечи тяжкий груз ответственности, начал я. Но тщательно подбираемые слова ни в какую не хотят выстраиваться в предложение, а мечутся, словно выводок перепуганных тушканчиков, — У… это… рад несказанно и… счастлив лицезреть.

Существо внимательно выслушало мою несвязную речь и ответило, весьма удивив этим меня.

— Что? — переспросил я, не поняв ни слова, хотя и ухватив каким-то чудом не очень гостеприимный смысл приветствия.