Соно Вероника. Пьячере!
Шрифт:
Пишет.
Рома:
«Ты так и не ответила».
«Да?»
Верона:
«А разве поцелуй экспромтом не сказал за меня?»
Опять молчит чуть больше минуты.
Рома:
«Прости, что сразу не отвечаю... я в душе».
Верона:
«С кем?»
Вдруг Ромка уже вызвал свою
Но через несколько секунд приходит фото: его мокрое лицо, волосы, взгляд исподлобья с моей любимой приподнятой бровью.
Прямо мне под дых!
Рома:
«С тобой, детка, с тобой!»
Мой резкий выдох и не могу вздохнуть. Лежу с открытым ртом. Рома будто коснулся меня. Только что. Не взглядом. Пальцами. И водит рукой сверху вниз по коже.
Аж запекло чуть ниже живота.
Ужасно тесная пижама. Ноги скручивает в узел и будто маленький шарик внутри меня растет, распирает нутро сладкой болью. Дыхание сбивается, и пальцы сводит на ногах.
Санта Клеопатра!
Что происходит?
Верона, соберись!
Это провокация!
Верона:
«Это не я, тебя обманули! Я этажом выше, в тесной пижаме».
Рома:
«Сними её». (Смайлик чертика)
А следом фото: кусочек его тела, покрытого мелкими каплями, где напряженный изгиб шеи сливается с ключицей и плечом.
Рома:
«Дотронься!»
И следом это же фото, с немного другим ракурсом, но капли уже размазаны по коже.
Его смелость сковала моё тело. Округлив глаза, пялюсь в экран, не дышу, боюсь пошевелиться. Узел затягивается.
Ромка отправляет голосовое.
Мне не нужна команда мозга, рука уже сама машинально ищет наушники рядом с телом.
Вставляю. Слушаю.
На заднем фоне шум воды, его голос – громкий шепот говорит на выдохе:
– Вспомни ощущение, когда ты первый раз меня коснулась. Что ты чувствовала?
Как там говорит Ленка? Тренировка сексуальности?
Так вот...
К чёрту эти тренировки!
Мне нечем дышать, пересохли губы, тугой эластичной лентой сдавливает таз. А сознание само рисует образы по голосу.
Моментами, вспышками!
Ещe голосовое:
– Верона, ты только дыши! – его вдох. Голос. Выдох. – Дыши чаще. Ещё! Дыши! Ещё чаще! Чувствуешь меня? Тепло? – улыбается сквозь выдох, слышу, чувствую. – Там. Внутри. Это я. Чувствуешь? Дыши! – Его вдох. Голос. Выдох. Чаще. Ещe. – Фак! Хочу тебя по–настоящему! Слышишь?
Сообщение Ромки внезапно обрывается. А я всe ещe дышу. Часто. Миллионы сердечек лопаются во мне, расщепляясь на молекулы, размазывают меня по стенам. Кусаю большой палец, чтобы хоть немного сбросить спазмы мышц.
– С отрывом. В десять очков. Побеждает... – шепчу сквозь идиотскую
улыбку, пытаюсь выровнять дыхание, – правый... угол.Последний громкий выдох. Прости, Фабио, но сегодня ты в пролёте! Поворачиваю голову, пытаюсь в лунном свете разглядеть лицо сестры. Крепко спит. Выдыхаю сквозь улыбку. Дрожу, но не пойму. Это не холод, а что-то другое. С улыбкой на лице закрываю глаза, облизываю губы. Душу. Почти ровно.
Санта Клеопатра!
Он… меня... сейчас что... голосом?!
Rome. Sex Voice.
Фак! Как?
***
Выспалась ли я этой ночью?
Ничего подобного!
Я вообще не спала. Открывала глаза каждые полчаса от ощущения, что кто-то стоит надо мной и смотрит, как я сплю.
Потом вставала несколько раз пить, оттого с утра рассеянная. Всe валится из рук, спотыкаюсь. Семья уже не удивляется и даже не задают вопросы.
Каринка только постоянно косится, выискивая во мне изъяны.
Моё счастливое лицо еe не устраивает.
***
Ромка курит у машины, пиная схватившуюся льдом грязь и бросает осторожные взгляды в мою сторону. Я ступаю к нему по тонкому льду своей нравственности, отчётливо слышу её треск, и нервно сжимаю лямку рюкзака. Стараюсь на Ромку не смотреть, но, подходя, всe же встречаемся взглядами.
Только скажи, что я плохо выгляжу!
– А в школу разве можно с оружием? – он улыбается и скользит по мне взглядом.
– Оружием?
О чем он? Из оружия у меня только ногти и те коротыши.
– Красота... Сражает... убивает, пау! – он глазами изображает головокружение.
Эм-м. Что за комплименты из бабушкиной шкатулки?
– У меня есть разрешение, – стараюсь быть невозмутимой и жду, когда откроет дверь.
Подробностей не дождёшься!
– Что? – набираюсь смелости и горделиво вскидываю подбородок. – Мы разве никуда не едем?
Ромка размазывает свою улыбку по лицу и кивает, делает рукой реверанс, открывает дверь.
Дон Кихот Романческий!
***
Натягиваю ремень и щелкаю замком. Ромка не торопится, испытывает взглядом.
Боже, да что тебе нужно от меня? Поехали.
– Ты же прослушала мои голосовые? – спрашивает вкрадчиво, осторожно. – Надеюсь, несколько раз за ночь?
Что за намёки? Если бы я слушала тебя несколько раз, то не сидела перед тобой, а корягой лежала на асфальте.
– Голосовые? – я делаю вид, что не понимаю, о чем он. – Ой, прости, ты так долго отвечал, что я уснула. Сейчас послушаю!
Я демонстративно достаю телефон и хочу открыть мессенджер.
– Не надо! Врушка, – он улыбается. – Не знаю, как ты, но я почти не спал.
Ромка переключает передачу, и машина медленно хрустит по дороге.
– И всe, что я хочу с утра...
– Кофе? – опережаю.
Потому что это всe, о чем сейчас мечтаю я, Рома! У меня впереди семь уроков.
– Да, кофе! – бросает короткий взгляд и следит за дорогой. – Крепкий… крепкий... проникновенный кофе!
Ромка улыбается, озирается.