Соляные копи попаданки
Шрифт:
– Согласна, - кивнула я.
Мужик молча отсчитал монеты, наблюдая, как я прячу их в карман, а потом заговорил снова.
– Так что, большое ли у бабушки наследство?
– А вам зачем?
– Сдаётся мне, ты самую малось сюда принесла. Ладно, не тушуйся, сам бы так сделал. Смекалка в тебе, вижу, есть. Да и сюда одна прийти не побоялась.
– Так вы вроде не такой уж страшный. Как зовут-то хоть вас? А то разговариваем, а как обратиться – не знаю.
– Саньком кличут.
– А отчество? По батюшке как?
– А тебе зачем?
– Так вы вроде уважаемый человек, авторитет,
– Михалыч я.
– Так вот, Александр Михайлович, наследство мне бабушка оставила достойное, правда, продавать я его пока не собираюсь. Так, он ненужного избавилась. Но есть у меня на продажу ещё кое что. Вот только не знаю – возьмёте ли.
Я видела, как по мере нашего разговора, глаза Санька загорались всё большим любопытством.
– Что там у тебя ещё? – подался он чуть вперёд, не сводя глаз с похудевшего свёртка.
Я достала один из мешочков с солью и протянула ему.
Он нетерпеливо развязал тесёмку, заглянул внутрь, облизнул палец, подцепил несколько белых кристалликов и отправил их в рот.
– Соль!
– Да, соль. Чистейшая!
Он покатал соляные крупинку в пальцах. Нахмурился.
– Соль больше из-за гор привозят, но она совсем другая. Такую как у тебя я первый раз вижу. Где взяла?
– А если я скажу, что сама добыла, там ещё много такой и будет ещё больше.
Я достала ещё один мешочек, потом ещё один, выкладывая их перед Саньком.
– Дам тебе хорошую цену, только чтобы весь товар через меня шёл!
– Вот это другой разговор! – я потёрла ладони.
Какое-то время мы отчаянно торговались, пока не сошлись на цене, которая устроила и его и меня. Условие - я сбываю соль только ему.
Я настояла, что договор заключается только на один год. К тому времени я рассчитывала увеличить добычу во много раз, с таким количеством соли Санёк просто не справится.
На клочке бумаги записали соглашение, скрепили его подписями, после чего Санёк разорвал его пополам, одну половину договора сунул к себе в стол, а вторую передал мне. Необычно. И не подделаешь!
Получив свои деньги, я уже собиралась уходить, но мой взгляд вернулся к картинам.
– Красивые, - кивнула я.
– Да вот, принесли. Сказали – сырости боятся, особые условия хранения нужны, пришлось тут поставить.
– Так чтобы место не занимали, можно и на стену повесить. Да и глаз радует, - посоветовала я.
Санёк посмотрел на картины, на меня и вдруг улыбнулся.
– Может тебе что надо? У меня всё есть!
Я задумалась. В доме почти не осталось свечей, это вызывало некоторые неудобства. Сначала я планировала пополнить запасы свечей на рынке, но проходя по ангару, заметила в одной из куч масляный фонарь.
– Мне нужна масляная лампа, а лучше две!
– Пойдём, поищу, - Санёк поднялся из-за стола, и только тут я заметила, что он довольно сильно прихрамывает.
Сам он был среднего возраста, крепкого телосложения, чем-то похож на бугая-охранника, но как-то интеллигентнее, что ли. Вместе мы прошли на склад и он принялся рыться в разных кучах, доставая то одно, то другое.
– Что же у вас тут такой беспорядок-то?
Я подошла к одной из куч, доставая масляный фонарь. Покрутила его в руках. Сломан.
–
Если всё разобрать, да рассортировать, будет намного удобнее. Можно даже мелком помечать, что где находиться. Мелок, если надо, всегда быстро стереть можно.– Это как же?
Я пошла по складу, рассказывая, как бы всё тут обустроила. Посуду в одно место, инструмент – в другое. Ящики можно подписать и друг на дружку поставить. Гвоздей в стену забить, что-то повесить. А для самого ценного полки нужны. Тогда вещи не испортятся, не сломаются и не потеряются.
– Вот вы знаете, сколько у вас на складе например, топоров?
Санёк отрицательно покачал головой.
– Нет, не знаете? А если бы они все в одном месте лежали, а рядом на дощечке пометить, сколько штук. Удобно же. К тому же если этих топоров у вас очень много, а принесли ещё, а у вас ещё прежние не проданы – зачем лишнее брать? Это ещё когда за всё деньги вернёшь. Конечно, от качественного товара отказываться не стоит, а если сломанный принесли? Кстати, у вас инструмент есть? Хороший фонарь, я могу починить.
Санёк стоял и смотрел на меня как баран на новые ворота. Я не сразу поняла, что его так удивило – мои познания кладовщика или то, что я попросила у него отвёртку или что у них тут вместо неё.
– Что, прямо починишь?
– Если инструмент нормальный есть, то починю.
– Сейчас найдём!
И он с ещё большим рвением принялся копаться в своём барахле.*
Инструменты нашлись. Разнокалиберные молотки, кусачки, стамески и куча ещё всего. Похоже, на складе Санька действительно можно было отыскать что угодно.
Мы вернулись назад в его кабинет. Пришлось расчистить часть стола и табурет. Сев так, чтобы было достаточно света, я принялась за любимую работу. Ремонт фонаря занял совсем немного времени, вместо него Санёк подсунул мне музыкальную шкатулку, с которой я провозилась немного дольше, но всё же смогла поставить упрямую пружину на место.
Затем Санёк положил на стол часы.
– Вот, не работают.
– Нет, - я отодвинула часы от себя, - тут особый инструмент нужен, не молотком же мне их чинить.
– Ловко это у тебя выходит! Кто научил?
– Дедушка, - вспомнила я дедулин старый запорожец, который мы с ним вместе чинили. – А так я механизмы с детства люблю.
Мы бы ещё поболтали, да только с улицы послышался какой-то шум.
– Да что там случилось?
Санёк, прихрамывая, направился к выходу со склада, а я за ним. Тут дверь распахнулась, за ней я увидела бугая-охранника, а рядом с ним дядьку Тараса и его свояка. Они громко кричали и пытались пробиться внутрь ангара.
– Что тут происходит? – громко спросил Санёк.
Все тут же притихли, но потом староста набрался смелости и вышел вперёд.
– К тебе тут деваха зашла и пропала. Верни девку, наша это!
– Да я вроде никого силой не держу, - Санёк даже почесал затылок.
– Так час назад уже зашла и пропала!
– Так это Александр Михайлович, они меня потеряли!
Поняв в чём дело, я вышла из-за широкой спины хозяина ангара.
– Госпожа Софи! Слава Богам, вы живы!
– Да что с ей сделается? – Санёк явно недоумевал, сам же похоже выстроил своё дело так, чтобы все боялись, а теперь удивляется.