Чтение онлайн

– Угу.
– Судя по кислому виду Горберга, "хорошая новость" его не особо порадовала.
– А плохое что?

– Я утром был в канцелярии, и меня просили вам передать... В общем, квалификация расследуемого нами дела как коронного преступления признана ошибочной. Вот, тут письменное подтверждение от Коллегии.
– Омар достал из внутреннего кармана куртки запечатанный конверт и положил его на стол.
– Так что никаких больше особых процедур допроса, дополнительных средств и тому подобного.

– Вот дьявол...
– Протянул Фредерик, слегка удивив Омара. Он определённо был расстроен, но... ни капли не удивлён. Словно давно ждал такого известия.
– И это после побега Аркенау...

– Если честно, то даже странно, что запрос

на присвоение преступлению статуса коронного прошёл так легко.
– Продолжал Пер-Шаври, внимательно глядя на коллегу.
– Теперь дело классифицируется как убийство одного лица и покушение на убийство группы лиц, находящихся на государственной службе. Радуйтесь, что с такой формулировкой его вообще не передали городской сыскной полиции. Я не буду вас спрашивать, Фредерик, зачем вы подавали запрос... Но может вы сами скажете?

– Да чего тут такого...
– Пожал плечами хокландец.
– Как обычно - ускорить хотелось. Дело-то ясное, а военные палки в колёса ставить начали.

– Вот насчёт ясности дела...
– Старый следователь наклонился вперёд, уперев трость в пол и обхватив её набалдашник обеими ладонями.
– В канцелярии мне также неофициально намекнули, чтобы мы с вами не упирались так в одну версию. К слову, вы в курсе, что глава семейства фок Аркенау покинул свою фамильную резиденцию и со дня на день будет в столице?

– В курсе.
– Скривился Фредерик.
– Но у меня достаточная доказательная база. Если вы ознакомитесь...

– Давайте.
– Кивнул Пер-Шаври.
– Я бы хотел изучить личные дела фигурантов, а также протоколы допросов и обысков. Пока только их. Они ведь у вас на руках?

– Да, в архив не сдаю.
– Цур Горберг выдвинул один из ящиков стола.
– Полностью в вашем распоряжении.

– Один момент.
– Омар предупредительно воздел палец.
– Меня не было больше года. Не думаю, что мой кабинет меня дождался. Можно мне устроить тихое местечко, чтобы почитать спокойно? Выносить документы из здания неохота, пока все бумаги оформишь...

– А здесь и почитайте.
– Хозяин кабинета переставил на пол несколько бумажных стопок со столешницы, и положил на их место нужные папки.
– Я как раз собирался пообедать где-нибудь... С утра тут сижу. Кабинет на пару часов весь ваш.

– Очень любезно с вашей стороны.
– Омар поднялся, чтобы пересесть в хозяйское кресло.
– А где вы обедаете?

– "У печёного уткоклюва".
– Ответил Горберг, застёгивая сюртук и снимая с вешалки шляпу.

– Хорошее место, знаю. Приятного аппетита.

– Спасибо.

Дверь за хокландцем захлопнулась. Омар посидел немного, буравя створку задумчивым взглядом, и взялся за документы.

Для начала - личные дела. Папки тоненькие, лишь с самой общей информацией, зато их целая стопка. Штук двадцать, наверное. Всех сегодня не просмотреть, потому начнём с действующих лиц последнего акта сей трагедии... Итак, четверо. Лейтенант Императорского Флота Реймонд фок Аркенау, лейтенант ЕИВ Корпуса морской пехоты Отто Громбрау, адмирал Сорок Девятого вспомогательного флота Эльда Каррисо и её кухарка, Нарция Винс... Вирс... Тьфу, чёрт. Почему заголовки личных дел написаны от руки? Ладно, кухарку мы в любом случае будем рассматривать в особом порядке. Удивительно мало внимания ей уделили люди Горберга... Так, дальше... Лейтенант Громбрау в данный момент недоступен - в столице был проездом, после побега фок Аркенау дал показания и отправился дальше. Сейчас, скорее всего, на полпути к фронту. Его тоже во вторую очередь.

Остаются у нас двое... Реймонд фок Аркенау тоже наверняка где-то далеко, но он у нас фигура центральная, с него и начнём.

Пер-Шаври открыл выбранную папку на первом листе. Первый лист - это самое основное, выжимка. Имя... Год рождения... Ага, текущий возраст - двадцать один год. Место рождения - фамильная вилла... Единственный ребёнок в семье. Семейное положение - женат, детей нет. Биометрические данные, медицинские

данные... Фотографии.

Фотографий лейтенанта оказалось две - чёрно-белая, очень хорошего качества (видимо, из семейного архива), и её цветная копия, раскрашенная умелым художником. Судя по снимкам, фок Аркенау был типичным молодым гроссландцем - довольно высокий, хорошо сложенный, с немного вытянутым овалом лица, острыми скулами. Короткие, курчавые волосы тёмно-русого цвета и серые глаза - если художник не наврал с красками. Обычный юноша... Да и биография... Следователь перевернул страницу и принялся читать, подперев ладонью подбородок.

В общем-то, ничего интересного в биографии Реймонда не обнаружилось. Прожил он пока немного, и событий в его жизни было не густо. Если не считать последние месяцы, разумеется. Родился в имении своей семьи, там же и рос, там же и получил домашнее образование - родители наняли учителей, обычная для дворян практика. Нельзя сказать, что парень вырос в изоляции - всё детство провёл среди весьма многочисленной компании сверстников. В том числе детей слуг, рабочих и батраков - нравы в семействе Аркенау довольно простые. За ребёнком, понятное дело, приглядывали в оба глаза, но без того чопорного фанатизма, который характерен для придворной знати. По свидетельствам наёмных учителей (которые, конечно же, состояли на жаловании в СБП), мальчик был смышленый, но ленивый. Нет, не бездельник - если ему давали какое-то поручение, то он его выполнял в меру сил. А вот чтобы сделать чуть больше, чем поручено... Какой-то интерес испытывал лишь к чтению и фехтованию, воспринимая эти предметы скорее как развлечение.

В восемнадцать лет, по достижении совершеннолетия, женился на Натали фок Бибергоф - дочери друга семьи, Якова фок Бибергофа, с которой был обручён с рождения. Отношения с женой поддерживал несколько отстранённые, но дружественные. Видимо потому, что практически с ней не виделся - в тот же месяц Реймонд был отправлен на обучение в академию флота, и следующие два года домой наезжал раз в два месяца, не более чем на неделю. В офицерском училище опять же проявил уже известные качества. Согласно выпускной характеристике, юноша обладает неплохими командными способностями, проницателен, рассудителен, в то же время избытком инициативы не страдает. Рекомендован к вспомогательным командным должностям - заместителя, помощника, начальника штаба при опытном командующем...

По окончании обучения назначен старшим помощником на реакторный бриг орбитальной охраны "Гремящий". Уже через месяц переведён по протекции отца в адъютанты капитана флагманского линкора "Лунная дорожка". Опять же, стандартная практика - в качестве адъютанта молодой офицер может почти ничего не делать, только смотреть на действия более опытных космонавтов, тем самым набираясь опыта. Вот так и набирался, до самого Траунгольского сражения. Дальше - история известная, хотя есть интересный момент. О действиях лейтенанта во время сражения известно исключительно со слов адмирала Каррисо - других живых свидетелей не нашлось. Не то, чтобы слова адмирала имело смысл ставить под сомнение, но следует учесть...

Собственно, вот и вся биография - на двух листочках. Остальное - справки, прилагающиеся документы, данные по жене и родителям... Это всё попозже.

Омар, не закрывая, отложил папку в сторону, и взял другую. Хмуро уставился на первый лист. Фотография адмирала в деле была одна, сделанная, очевидно, специально для документов - а значит, чёрно-белая и ужасного качества. Со снимка, запечатлевшего Каррисо от макушки до плеч, на следователя смотрело нечто глазастое и ушастое. Вроде, вполне человекоподобное... Сказать больше было сложно. На тёмном фоне с трудом угадывался овал лица - широкие скулы, острый подбородок, такую форму ещё называют "сердечком". Вроде бы стройная шея, узкие плечи и короткие волосы... Да ну к дьяволу! Проще найти старую газету со статьёй про Траунголь, там наверняка будет снимок получше... Вздохнув, следователь погрузился в чтение.