Снова в школу
Шрифт:
– Такой вот расклад сил, - чуть не подпрыгнула от радости эта... эта.
– Как видишь, ты - один из фигурантов. Вообще-то у каждой страны этих самых фигурантов не больше трех штук, а в идеале - один. Но ты же у нас совсем неучтенный! В ближайшее время всем этим ребяткам, - она указала на ряд голов, - будет указанно на твое существование. Правда, для них ты будешь отображаться вот так, - она указала на третьего.
– И они усиленно будут тебя искать, чтобы, хм... Твое лицо бесценно! Но ты предупрежден первым. Можешь не благодарить.
Адским усилием воли я удержал желание задушить эту даму прямо сейчас.
– А это кто?
– я указал на третьего.
– О, это такой смешной
"Ну зашибись" я договаривал, уже проснувшись. Подумав, плюнул и не стал депрессовать. Будем позитивничать.
* * *
Присмотрелся и к Золотой троице. Итог моего наблюдения несколько расходился с изначальными выводами и ожиданиями.
После разговора с Гарри я подумал, что он дружит с Роном и Гермионой только для проформы. Честно говоря, это мне очень импонировало, - несмотря на то, что это был другой мир и другие люди, внутри меня был подленький шепот: "Им доверяют, а они предадут...".
А на самом деле ребята действовали как единый механизм. Даже общались по большему счету взглядами. Вслух они говорили скорее для других; даже не так - на публику.
Чего-то тут не так. Или я тупой, или мир сошел с ума... Даже не знаю, что предпочтительней.
Был еще случай в начале января. Однажды за завтраком мне пришло письмо с лаконичной надписью: "Нашли. Мы благодарны", написанной мелким и плохоразборчивым почерком, с витиеватой короткой росписью директора банка и печатью гоблинского патриарха. Узнал я эту печать только потому, что после того самого памятного процесса я показывал документик с этой печатью, чтобы мне отдали мой сейф.
На день рождения отчиму подарил свое хорошее поведение. Ну и книгу Локонса. Потом заржал, смазав весь эффект шутки, и все же отдал красиво упакованный дневник Карла Гамильтона, зельевара восемнадцатого века, отличавшего страстью к экспериментам, - как и Снейп. Этот подарок мы с мамой искали вместе. Официально я отдал все свои карманные деньги, неофициально договорился с продавцом и предварительно отдал семь восьмых цены. Деньги взял из дедовского сейфа.
Как-то так получилось, что с Флер мы пересеклись всего три раза. Первый раз в коридоре, остальные - на прогулках в Хогсмиде. После этих прогулок Забини доставлял меня в состоянии желейки в спальню. Но при Делакур я держался молодцом. Ну, я так думаю. Хм, я так надеюсь...
Но! Как я уже сказал, время до второго испытания прошло быстро, и вот уже чемпионов выгоняют на февральскую холодину в бикини... То есть Флер в бикини Шармбатонских цветов, Гарри в красных шортах с желтым начесом и гербом Хогвартса на левой шортине, Крама в веселых и позитивных черных купальных шортах и меня в мрачных и серьезных кислотно-оранжевых. Я облазил пол-Лондона в последние выходные. Невозмутимые англичане смотрели на меня как на очень адекватного человека, когда я с нездоровым энтузиазмом требовал именно кислотно-оранжевые. Ну а что? Не родись красивым, а будь ярким!
На руке у каждого был чехол с волшебной палочкой.
Было тепло, как в июле... Эх, если бы! Все чемпионы, как один, складывали в улыбку синие губы и старательно унимали стучащие зубы и дрожь в коленях, и я - не исключение.
Любопытно, кто же окажется другом, которому
суждено выплыть из озера на моем горбу? К слову о птичках, как в том, так и в этом мире с осанкой у меня были некоторые проблемы. Но ничего настолько катастрофичного, что нельзя было бы исправить, чем я и занимался. Не безуспешно.
Мы замерли на помосте, а Дамблдор начал толкать длинную речь. Уже к середине лично мне хотелось затолкать эту самую речь ему в... кабинет. Нет, я люблю приятную прохладу, но не до такой же степени!
Наконец, нам разрешили нырять. Я по-быстрому проглотил свою жаборослю и прыгнул в воду, не смотря на остальных. Ну их на фиг, мне холодно!
Оказавшись в воде, быстро поплыл прямиком к подземному городу. Сколько там того озера? По диаметру пятнадцать минут туда и обратно. Под водой, конечно, некоторые проблемы с ориентированием, но все равно, плыть прямо вполне возможно. А с моим новоявленным подводным зрением тем более!
По пути в город поломал пальцы особо борзому гриндилоу. Больше происшествий не было.
А потом я увидел город. Это - вау!
В том мире я быстро-быстро плыл к столбикам и обратно, а в перерыве глубокомысленно рассматривал водоросли, которыми были связаны дорогие мне тогда люди в количестве трех штук. А теперь...
Город был темным и каким-то... спокойным. Небольшие домики покрывали всю поверхность до невидимой границы, образуя ровный круг. Чувствовался невероятный простор и свобода, я знал, что могу двигаться в любом направлении. Да, это было по большему счету иллюзорно, но все равно. Я понял две вещи - во-первых, я хочу себе здесь дачу, во-вторых, я обязательно стрельну у отчима еще жаборослей.
В центре поселения выделялись четыре столба с привязанными к ним людьми. Я подплыл поближе. Грейнджер для Крама, Рон Уизли для Поттера, Габриэль для Флер и... Забини для меня! Н-да, а я и не заметил его отсутствия...
Несмотря на то, что я заранее все знал, меня заполнила аномальная радость - я первый! От избытка чувств я даже отвесил щелбана Рону. Подплывший ко мне тритон неодобрительно за мной наблюдал.
Первым делом я с помощью режущего заклятья освободил Забини (палочку в перепончатых пальцах держать было неудобно, но я перетерпел). Собрался было плыть обратно, однако вспомнил, что у Флер вроде какой-то аврал случился и Габриэль в прошлый раз я тащил на себе. Только я подплыл к младшей Делакур и занес палочку над веревками, меня резко толкнул в плечо этот самый тритон. Контролер недоделанный!
О, эти несанкционированные вторжения в личное пространство, производимые незнакомыми мне субъектами! Они приводят меня просто в неописуемое бешенство, буквально будят во мне зверя. Какие хомячки, о чем вы? Я - боевая выхухоль; как выхухолю по выху, холь отвалится!
Очевидно, тритон в полной мере осознал мое недовольство, потому что, в немыслимом пируэте увернувшись от последней тройки заклятий, отошел в сторонку. Я спокойно дорезал Габриэль... ой, то есть ее веревки, и, ухватив Блейза и младшую Делакур за руки, поплыл обратно. На том месте, где я обломал пальцы гриндилоу, теперь вертелась Флер, пытаясь отбиться от этих самых гриндилоу. Мученически вздохнув и посредством невероятных манипуляций перекинув обоих освобожданцев в левую руку, я снова взял в руки волшебную палочку и с помощью Ступефаев навел окончательный хаос. Но даже не смотря на мои усилия гриндилоу в конце концов расплылись и Флер с воздушным пузырем на голове удивленно созерцала миниатюру "спасатель-трудоголик". Я приветливо улыбнулся, сгрузил ей на спину Габриэль и поплыл к берегу. Набрал в грудь кислорода, вынырнул на мели, скинул на берег Забини и занырнул обратно. Я уже знал, что жабры вне воды дышат плохо. Вынырнув через пару минут, заметил на таблоиде возле ложи жюри надпись "Мэтью Снейп: 34:28". О как!