Чтение онлайн

— Это мы и собираемся выяснить, — говорит Дамиан всё тем же холодным и опасным тоном, словно лезвие ножа. — Я думаю, кто-то их впустил. Кто-то, кто об этом пожалеет.

От его слов у меня по спине бегут мурашки, но в то же время я чувствую себя в большей безопасности. Я начинаю понимать, что не стоит бояться склонности Дамиана к насилию, когда ты на его стороне. Он защищает нас. Как бы страшно это ни было, я уверена, что с ним всё будет в порядке. Что никто не сможет добраться до нас, пока он стоит рядом.

Адам затих в моих объятиях, и когда я

Валентина бросает на меня взгляд с лёгкой улыбкой на губах.

— Ты хорошая мать. Я вижу это.

Комплимент застаёт меня врасплох, и я чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза, поток событий этой ночи быстро захлёстывает меня.

— Я стараюсь быть такой. Это не совсем та жизнь, которую я хотела для него.

— Ни у кого из нас не получается жить так, как мы планировали, — говорит Валентина с лёгкой улыбкой. — Но иногда то, что мы получаем, оказывается лучше того, чего мы хотели.

Я смотрю на Дамиана, который по-прежнему стоит на страже у двери, и думаю, что, возможно, это правда. Неделю назад я и представить себе не могла, что окажусь здесь, в такой ситуации, с этим человеком. Но, несмотря на весь ужас происходящего, я чувствую себя в большей безопасности, чем когда-либо за последние годы. Я защищена так, как никогда раньше.

Дамиан оглядывается на меня, и в его взгляде, когда он встречается со мной глазами, мелькает что-то такое, чего я не могу понять. Он переводит взгляд на Адама, и в его взгляде появляется что-то похожее на боль, хотя я не понимаю, что это значит.

— Мне нужно пойти к Константину, — грубо говорит он. — Оставайся здесь с Валентиной. Слушай её. Я уверен, что она вооружена, — добавляет он с едва заметной долей юмора в своём обычно холодном тоне. — Я вернусь, когда проблема будет решена.

Он смотрит на меня долю секунды, и на его лице мелькает какое-то чувство, которое я не могу определить или назвать. А затем, прежде чем я успеваю догадаться, о чём он думает, он выходит за дверь, закрывая за собой тяжёлую стальную створку.

Я слышу щелчок замка, который запирает нас внутри. И я впервые задаюсь вопросом, увижу ли я когда-нибудь своего мужа снова?

ДАМИАН

Я ввожу код и выхожу, закрыв их за собой. На верхнем этаже, когда я поднимаюсь на главный этаж, царит хаос: мебель перевёрнута, по мраморному полу разбросаны осколки стекла, в стенах дыры от пуль. В воздухе витает едкий запах пороха, смешанный с чем-то ещё. С кровью.

Для меня в этом нет ничего нового. Меня это нисколько не волнует. Сиена и Адам в безопасности, за стальными стенами и потайной дверью, с одним из немногих людей, которым я безоговорочно доверяю. Я отбрасываю мысли о них, сосредотачиваясь на предстоящем сражении, на том, что настолько укоренилось во мне,

Я быстро иду по коридорам, используя маршруты, которые запомнил за годы жизни здесь. Судя по всему, основные бои идут в восточном крыле: я слышу, как Константин выкрикивает приказы, и слышу резкий треск полуавтоматического оружия.

В конце коридора мелькает тень. Это не один из наших. Я поднимаю оружие и выпускаю две пули ему в грудь, прежде чем он успевает понять, что я здесь. Он падает без звука, его винтовка с грохотом катится по полу. Я переступаю через его тело и продолжаю двигаться.

Нападающие хороши. Эти люди действуют с военной точностью, используя скоординированную тактику. Они могут быть людьми Руссо или нанятыми наёмниками. Мы не узнаем, пока всё не закончится и мы не выясним, кто несёт ответственность за то, что это произошло. Но мы так или иначе получим ответы.

Я собираюсь убедиться в этом.

В моей крови закипает гнев, незнакомое мне чувство, как будто это внезапно стало личным. Как будто эти люди пришли за чем-то, что принадлежит мне, угрожали чему-то, что принадлежит мне. Я чувствую нечто большее, чем обычное, заученное насилие, которое сопровождает подобные драки.

Я чувствую, что хочу их смерти.

Я заворачиваю за угол и вижу, как Константин, прислонившись к стене возле библиотеки, перезаряжает оружие. С ним трое его людей, все они ранены, но продолжают сражаться. Ловкий бизнесмен, дипломат, - всё это исчезло, уступив место хладнокровному убийце, которым его воспитал отец. Человек, которого я иногда жалею за то, что он так редко давал волю чувствам.

— Чертовски вовремя, — рычит он, увидев меня. — Они вошли через три точки - спереди, сзади и с восточной террасы. Профессиональная команда. По меньшей мере пятнадцать человек.

— Я как раз отводил Сиену и Адама в убежище. Сколько их осталось?

— Шесть, может, семь. Забаррикадировались в кабинете. — Он стискивает зубы. — Они казнили Михаила, когда тот попытался сдаться. Я вышел из-за угла и увидел это.

Михаил был молод, лет двадцати двух. Самый молодой новобранец Константина, жаждущий проявить себя. Холодная ярость, которая охватывает меня, приятна. Она заставляет забыть обо всём, кроме необходимости покончить с этим.

— Они хотят заявить о себе, — рычу я, проверяя боезапас. — Показать, что они могут достать нас где угодно.

— Тогда мы ответим тем же. — Взгляд Константина холоден как лёд. — Выживших не будет.

— Хорошо. — Сегодня не до цивилизованности, не до дипломатии и переговоров. Некоторые послания можно передать только кровью.

— Какой план?

— Они забаррикадировались за столом и книжной полкой. — Константин продвигается вперёд, жестом приказывая трём своим людям прикрывать его. — Двое у окон, остальные прикрывают дверь.

Я касаюсь спускового крючка.

— Если все входы перекрыты, то мы обойдём их с фланга. Застанем их врасплох. Устроим такой переполох, что они не смогут быстро прийти в себя.