Сладость греха
Шрифт:
Бен предоставил ей полную свободу действий.
Следуя его примеру, Флорин запустила руку под джинсовую ткань, и Бен глухо застонал, откинувшись назад.
Тогда Флорин потянулась к его поясу. Ощутив прикосновение теплых пальцев, Бен вдохнул поглубже, создавая зазор между тканью и телом. Мускулы его живота наводили на мысль о мраморной скульптуре. Флорин расстегнула тяжелую металлическую пуговицу, взялась за молнию — и медленно потянула замочек вниз.
Бен вздрогнул всем телом, когда она дотронулась до его напрягшегося естества — очень осторожно, почти застенчиво, одними подушечками пальцев.
— Флорин, Флорин, я так долго
А ведь она всегда считала, что подобные слова обычно произносят женщины! Но Бен не похож на других мужчин. Он не стыдится слабости, не смущается высказывать вслух самые сокровенные мысли. Это нравилось Флорин и поощряло ее к более смелым ласкам.
— О, Бенедикт, ты совершенен! Я всегда это знала. Я ночами не смыкала глаз, представляя, как ты меня коснешься… О!..
Она задохнулась, запрокинула голову, потому что язык его скользнул ей в рот, подстраиваясь под заданный ритм.
Бен медленно поднялся, заставляя встать и ее. Одним движением стянул с нее шорты и трусики. А в следующее мгновение его джинсы упали на пол. Глухо звякнула мелочь в одном из карманов. Бен перешагнул через них, и губы влюбленных встретились, языки снова затеяли упоительную игру, а руки ласкали, гладили, изучали и постигали…
— Тише, любимая, — шепнул он ей в губы. — Я уже на грани.
— И я тоже.
Бен приподнял голову и улыбнулся.
— Так быстро?
— Слишком быстро, да? — смутилась она.
— Ммм… — Бен подарил ей восхищенный взгляд. — Ничуть. Иди сюда…
Флорин шагнула к кровати и легла навзничь. Бен опустился на колени, развел ей бедра грудью, обхватил руками ее тело, покрыл поцелуями нежную впадинку у талии. И вот — о блаженный миг! — расцеловал ее груди по очереди, сначала левую, затем правую. Флорин погрузила пальцы в его волосы, не позволяя отстраниться, силой направила губы к дерзко приподнятому соску, что словно тянулся навстречу его языку. Бен затеребил соски губами — так музыкант, играющий на кларнете, проверяет и настраивает инструмент, прежде чем извлечь из него изумительной чистоты звук.
С губ Флорин срывались бессвязные стоны, восторженные возгласы — эхо чувственного экстаза. Она призывно изогнулась, приподняла бедра. Однако Бен не спешил воспользоваться ее уступчивостью. Он выжидал, лаская ее груди, пока жажда новых восторгов не отозвалась в теле Флорин мучительной болью.
Но вот Бен отстранился. Теперь он смотрел на Флорин сосредоточенно и чуть грустно, от улыбки не осталось и следа.
— Если ты принадлежишь мне только на одну ночь, я намерен получить все, без остатка. Не хочу оглядываться назад и жалеть о том, чего не сделал!
Флорин приподнялась на локтях, настороженные синие глаза встретились с серыми. Сердце ее неистово забилось: сумеет ли она угодить любимому? Однако при одном взгляде на Бена все опасения развеялись в дым. Оба до самозабвения обожают жизнь с ее безудержными радостями. Неудивительно, что и в любви Бен так же смел и предприимчив, как на корте. Она заправила ему за ухо непокорную прядь волос. Бен куснул ее за мизинец и, удерживая палец в зубах, произнес:
— Запах мыла и свежести… А я хочу ощутить благоухание того вечера. Так что порадуй меня, моя красавица.
Флорин снова легла, настороженно наблюдая за Беном. Он встал, подошел к туалетному столику. Извлек из ящика круглую коробочку с ароматизированной пудрой. Открыл крышку, понюхал, вернулся к кровати. Флорин по-прежнему
не сводила с него Глаз. Вот он присел на край кровати, поставил пудру рядом, обмакнул пуховку в розовый порошок.— А ну, выше голову! — Флорин послушалась. Едва аромат «Диориссимо» защекотал ноздри, глаза закрылись сами собой. Бен припудрил ей грудь, обмахнул бока. — Подними-ка руки!
Во власти сладострастной истомы, навеянной дурманящим запахом, Флорин лениво вскинула руки. Бен припудрил ей подмышки, затем плечи и локти, неспешно провел пуховкой по левой ноге, не забыл и о стопе. Потом настал черед правой. Закончив, он согнул стройную ногу Флорин в колене, поцеловал и выпустил.
— Перевернись-ка!
Не опуская рук, Флорин повиновалась. Пуховка прошлась по ее спине, легонько пощекотала ложбинку между ягодицами. Зарывшись лицом в смятую подушку, девушка заворожено ждала продолжения. Бен махнул пуховкой под коленом, в ответ Флорин хихикнула и дернула ногой.
— Щекотно?
— Ммм, — пробурчала она в подушку.
— Ммм, интересно, — поддразнил Бен, легонько проводя пуховкой по тому же месту.
Флорин попыталась оттолкнуть его руку. Бен захохотал, матрас сдвинулся, коробочка упала на пол — и воцарилась тишина.
Прохладные, чуть шершавые ладони обхватили левую ногу Флорин, согнули в колене. Бен осыпал влажными поцелуями изящную ступню — от большого пальца к пятке, затем лодыжку, на мгновение задержал губы на сгибе под коленом, а потом двинулся выше, к округлому бедру. Легонько прихватил зубами кожу на ягодице, потом плавно прошелся вверх по спине до шеи. Обхватил коленями ее бедра, уперся ладонями по обе стороны от головы Флорин.
— Флорин, моя прекрасная Флорин! Если тебе что-то не понравится, останови меня!
Но, как можно отказаться от неизъяснимого блаженства? Бен знал женское тело в совершенстве, предвосхищал каждый отклик Флорин точно так же, как знал заранее, в какую сторону полетит мяч. Должно быть, искусство это — результат долгой практики. От этой мысли у девушки невольно сжалось сердце.
Бен погладил ее плечи, опустился ниже, к спине, дразняще повел бедрами, просунул руки под ее груди, пощекотал соски. А тем временем язык его ласкал и поглаживал шею, мочку уха, плечи, талию Флорин, совершая обратный путь. Ласково, но властно он заставил ее перевернуться на спину. Покрыл поцелуями бедра, пробуждая к жизни ответное пламя, уводя Флорин в неведомый мир чувственных восторгов, где значение имели только ласки Бена и его любовь. Он подался вперед. Обжигающее прикосновение застало Флорин врасплох, и бедра ее конвульсивно дрогнули — один только раз. Пальцы судорожно вцепились в покрывало. Удивительный, неповторимый миг таил в себе не только неизведанные радости плоти, но и великий символический смысл. На краткое, ослепительно яркое мгновение Флорин вручала себя любимому — безоговорочно, целиком и полностью. Единение тел и душ. Безоглядное самопожертвование.
Она жадно приподнялась навстречу любимому, внимая исступленному любовному шепоту. Вся во власти неизъяснимого блаженства, она не то смеялась, не то всхлипывала, с губ срывались бессвязные восклицания.
— О! — простонала она в экстазе и рухнула на постель.
На лбу выступила испарина, в горле першило. Флорин расслабилась, обмякла. Но сильные руки подхватили ее и удержали. Прямо над нею возникло лицо Бена.
— Флорин Дигби, я люблю тебя. — Дрожа всем телом, он припал к ее губам в долгом, неистовом поцелуе.