Сияющая темнота
Шрифт:
— А этот Культ… — сказал он, повернувшись к Буни, когда Мама начала раскапывать кучу, — у них, должно быть, были неплохие связи.
— У них были последователи по всей галактике, — сказал Буни, увернувшись от холодильника, упавшего к их ногам с вершины кучи. — А что?
— Ну, один сегмент в галерее искусств, один в лесу на… как там… Чао? Один под землёй на пустынной планете, один тут. Это, должно быть, недёшево — летать туда-сюда по галактике, припрятывая барахлишко. А ещё, наверное, нужно платить кому-то, чтобы приглядывали за ним. Или убеждать кого-то в своей божественности.
Внезапно посетившая его мысль заставила его обернуться на наблюдательную
— Вообще-то, если подумать, то следовало бы… — он замолчал на полуслове, начав что-то делать со своей звуковой отвёрткой.
Через несколько секунд отвёртка загудела.
— Вот так! — сказал он. — Помеховое поле.
— Помеховое поле?
— Помешает Культу телепортировать их сокровище отсюда. А если я не ошибаюсь в 77141, о нашем присутствии здесь Культ узнает очень скоро. Они всё равно смогут телепортироваться куда-нибудь неподалёку и прийти сюда своим ходом, но это даст нам немного времени.
С кучи, едва не задев их, посыпалась очередная порция мусора. Мама посмотрела вниз, словно извиняясь, и продолжила свои раскопки.
— А на что конкретно вам нужно время?
— О, не переживайте, я не собираюсь помешать им заполучить его. Просто хочу осмотреть его, попытаться понять его предназначение. Как только я закончу, они смогут его забрать.
Помолчав, он спросил:
— Вы уверены, что знаете, что делаете, Буни? Как только Культ заполучит все части, они что-то с этим сделают: что-то построят, что-то найдут. Уничтожат что-нибудь. Вы уверены, что вы хотите этим рискнуть?
— Вы предлагаете выкрасть эту часть?
— Это бы их остановило. А разве не в этом ваша цель?
— Это бы остановило их временно. Но, готов поспорить, им хватит средств на изготовление копии, даже если мы выкрадем это.
На мгновение он задумался, а затем покачал головой:
— Нет. Они знают, что мы их преследуем. Если они залягут на дно, мы их никогда больше не найдём. Всё должно быть именно так. Они должны продолжать верить в то, что они немного умнее нас.
Доктор пожал плечами:
— Для протокола: я считаю, что вы сумасшедший. И если бы вы не были на этом так помешаны, не были так решительно настроены проследить до самого конца, то вы бы поняли это сами. Но это ваша игра. Играйте, как считаете нужным.
Он посмотрел туда, где из кучи торчали стальные поршни гидравлических ног Мамы.
— Ну как успехи? — крикнул он.
— Не нравится мне это, — сказал Гараман.
— Может быть, это помеха от какого-то выброшенного на планету прибора? — предположил Мезант. — Именно из-за наличия выброшенной техники Хлам был выбран для…
— Гараман! — позвал Огмуни из рубки связи. — Сообщение от управляющего планеты.
— Соединяй.
Несколько секунд спустя из динамиков донёсся дрожащий голос 77141.
— Сколько бы вы мне не платили, — ворчал он, — это не может скомпенсировать то, через что я только что прошёл. Вы меня слушаете?
— Очень внимательно, — нарочито усталым голосом сказал Гараман. — Что случилось?
— Ко мне пришли.
— Кто пришёл?
— Робот размером с дом и человек. Они пришли за вашим драгоценным устройством, я уверен. Сейчас они в секторе J. Они что-то сделали с камерами наблюдения, и я не могу посмотреть, чем они…
— Что они сказали? Ты говорил с ними? — перебил его Гараман. — Конечно, я говорил с ними. И вы должны мне за новое окно. И, — добавил 77141, — за новое кресло.
— За что?.. — Гараман покачал головой. —
Мы сейчас прибудем. Какие-то помехи не дают нам забрать устройство дистанционно.— Это его электронная ручка какая-то, — проворчал 77141.
— Чья электронная ручка?
— Он назвал себя «Доктор».
У Гарамана расширились глаза.
— Пять минут, — сказал он. — И позови какое-нибудь подкрепление. Большое подкрепление. Возможно, будет стычка.
Не будь они оба довольно ловкими, и Буни, и Доктор уже были бы расплющены по нескольку раз беспечно разбрасываемыми Мамой предметами из кучи мусора. Пока Буни скрипя зубами старался просто держаться подальше, Доктор с удовольствием изучал все предметы, которые Мама им швыряла, будь то (по словам Доктора) «трансфлюксионный выпрямитель», ионный двигатель, или ситечко для кофе.
Буни ещё не определился, можно ли доверять Доктору, но всё, что он на данный момент о нём узнал, не давало причин не доверять. Но для Буни этого было мало. Он два года выслеживал деятельность Культа, пытаясь найти средства и единомышленников с целью не сводить с Культа глаз. Он посещал планеты, правительства, и альянсы по всей галактике Андромеда, пытаясь убедить их в том, что смерть Хну эм Ллодис и исчезновение её последователей не означают, что Культ больше ничего не планирует.
Буни говорил с несколькими бывшими членами Культа и отдавал себе отчёт в том, насколько далеко идущими и долгосрочными могут быть их планы. Снова и снова он натыкался на слухе о плане, вернее, «Плане», как мысленно называл его Буни. Это было что-то невероятное, что-то настолько грандиозное, что никто (быть может, за исключением самой Хну) не был посвящён во все детали. Но всегда находились те, кто за соответствующее вознаграждение были готовы делиться сведениями. И, пользуясь теми скудными средствами, которые ему удалось собрать, ему удалось добиться того, что-то один или два человека выболтали часть того, что сами знали, а может быть даже всё. Этого хватило на то, чтобы убедить его в том, что если официальные органы галактики ничего с Культом не собираются делать, то этим должен заняться он.
Ему постоянно встречались два имени: Гараман Хавати — один из главных учёных Хну на момент её смерти — и Мезант, лотапарянин, также один из учёных в команде Хну. Они пропали одновременно, при одинаково загадочных обстоятельствах. Не было никаких свидетельств об их смерти или поимке властями. Но галактика была достаточно велика, чтобы в ней было где спрятаться… или умереть. И лишь когда до Буни и его маленькой шайки охотников на Культ дошёл слух о том, что лотапарянина, соответствующего описанию Мезанта, заметили проявляющим интерес к собранию неопубликованных работ Хну, можно было браться за реальное дело.
Последовали долгие месяцы слежки, в течение которых Буни собирал всё больше и больше свидетельств того, что это действительно был Мезант, и что он работает с остальными над тем, чтобы возобновить проект Хну. Всё было настолько неопределённо, что много раз Буни был близок к тому, чтобы опустить руки. Ему давало силы лишь убеждение в собственной правоте: Культ по-прежнему действует и по-прежнему что-то замышляет — что-то связанное с несогласием Хну признать машины равными организмам.
И наконец — наконец! — когда один из шпионов Буни сообщил, что Мезант и компания собрали команду и купили космический корабль, он решил, что пора действовать. Буни, Мама, и остальные следовали на отдалении за кораблём Культа, который вышел на орбиту вокруг планеты Чао.