Сильнее бронзового дракона
Шрифт:
Она побежала, резко остановилась и повернулась, длинные черные волосы раскачивались за спиной.
— Я… нашла их… — ее голос был хриплым шепотом. — Все мы… во тьме…
Она закричала и побежала из прохода.
— Стой! — Тай пронесся мимо меня, сияя в облике юэшеня.
Я побежала за ними, но не могла догнать. Я замедлилась до ходьбы и смотрела на ночь за широкой дверью гробницы. Женщина и Тай были уже так далеко, что я их не видела.
Вопросы гремели в голове. Те лигуи появились из автоматонов и были там все время? Но как? Если подумать, автоматоны
Но последняя… Она напоминала проклятую версию юэшеня, словно кто-то пытался связать ее тело с лигуи. Я хотела бы поговорить с ней.
Я не знала, сколько придется ждать Тая. Пот лился с моего лба, и ветерок, проникающий в двери гробницы, был приятным. Через минуту я заметила тень, летящую к гробнице. Я тут же подняла меч, но опустила, узнав Тая в теневом облике. Белый полумесяц сиял на его шее. Я сглотнула, словно могла прогнать ненависть, которую вызывал символ.
«Не он убил моего отца», — тени рассеялись, его ноги коснулись земли, и я расслабилась при виде лица Тая.
— Я не смог ее найти, — тихо сказал он. — Как только она покинула гробницу, она пропала со вспышкой серебряного света… как юэшень.
— Она была одной из них… из вас?
Он нахмурился.
— Она не была лигуи. Но… с ней что-то случилось, и она уже не совсем юэшень.
— Как? И что она делала в автоматоне Канга?
— Я не слышал о магии, которая может поймать юэшеня. Кроме… — Тай замолчал. Даже в тусклом свете я заметила, что он помрачнел.
Я охнула.
— Кроме твоей истории о родителях. Твой отец… поймал твою мать, когда они были младше.
— Это была игра, — Тай расправил плечи. — Продолжим, — он поспешил к коридору.
Я побежала следом.
— Твой отец занимался темной магией, какую никто не представлял. Мы оба видели, как те лигуи вышли из автоматонов. Думаю, они были автоматонами, они как-то захватывали их и управляли ими.
— Это невозможно, — Тай схватил фонарик. Я перешагивала разбитых автоматонов.
— Это его тайная комната, и ее сторожили его автоматоны.
— Да? Я забыл.
— Это не смешно!
Тай рассмеялся, но без веселья, и это ошеломило меня.
— Это явно не нарочно. Может, он экспериментировал с новой магией и не понимал, какими будут последствия.
— Это глупо, и ты понимаешь это.
— Ясное дело, глупо! Все это глупо! Мой отец, питающий машины с помощью лигуи? Я шпионил за ним всю жизнь, но я не видел, чтобы он использовал силы зла.
— Может, потому что он был осторожен с этим. Или ты видел только то, что хотел видеть, — я схватила его за плечо и заставила повернуться ко мне. — Но и без того ясно, что случилось!
Тай снова рассмеялся, но с такой силой, что прижался к стене. Он точно ударился головой, потому что я не видела ничего смешного.
— Что с тобой? — я шагнула к нему, заметила пятно крови, темнеющее на его правом рукаве. — Ты ранен!
— О, точно, — он взглянул на свою руку.
— Почему
ты не сказал? — я убрала меч за спину и впилась в край туники.— Я немного отвлекся.
Я оторвала полоску ткани, вспомнила, как он смеялся, пока боролся с тремя автоматонами, и когда я встретила его впервые и ударила по животу.
— Ты всегда смеешься, когда тебя ранят?
— Или смеяться от глупости, или кричать от боли. Я предпочитаю смеяться, — хоть он улыбался, взгляд был расстроенным.
— Ты ненормальный, — буркнула я. Он не возражал, пока я осматривала его порез. Он отклонил голову и смотрел на камень над нами, вздрогнул только, когда я ощупывала края раны. Она была глубже, чем я думала. Я прикусила губу и затянула ткань туже. — Тебе нужен врач.
— Мы не можем его позвать.
— Тебе нужно идти в Тонцючен. Я продолжу одна.
Он посмотрел на меня так, словно я произнесла самые смешные слова в мире.
— Я не умру от потери крови. И я прошел так далеко не для того, чтобы уйти без ответов.
Это я сказала бы на его месте. Я кивнула.
— Тогда поспешим, пока ты не потерял сознание. Я не хочу тащить тебя отсюда.
— Я бы не отказался, чтобы меня тащили. Нужно было попросить автоматона бить глубже, — после его слов о смехе и криках его улыбка вдруг показалась полной боли. Она уже не была беспечной, как я раньше думала. Сколько его улыбок и смеха скрывали боль?
Мы пошли по темному коридору. Только тени сопровождали нас, и фонарик был не таким ярким, чтобы озарять конец. Я все думала о той женщине-юэшене. Канг поймал ее, но как? И это он ее проклял, или она была такой? Может, темная магия, притягивающая лигуи, притянула и ее? И ее странные слова…
— Кого она имела в виду, сказав «Я нашла их»? — поинтересовалась я.
Тай поджал губы.
— Когда она улетала, она сказала: «Пропавшие были со мной». Может…
— Что?
Тай резко вдохнул.
— До того, как Мовань поймал их, юэшени пропадали без объяснений. Они покидали дом и… не возвращались. Это началось много лет назад — до смерти моей матери — но никто не смог понять, что с ними случилось. И их было не несколько. Десятки, которые стали сотнями.
Я поджала губы.
— Ибситуу рассказывала мне. Я думала, Мовань забирал их.
— И я. Я думал, что найду их с остальными в Аду. Но Мовань повержен, а их все еще нет.
— Думаешь, проклятая женщина была среди пропавших, и она была там, куда их забирали?
Он кивнул.
— Она появилась из автоматона… — она встала перед Таем. — А если они пропадали из-за Канга? А если он ловил их и проклинал, пытаясь использовать, как использует лигуи?
Тай улыбнулся странно и невесело.
— Ты не знаешь, о чем говоришь. Мой отец так не сделал бы. Он женился на юэшень, забыла? Они — семья для него. Мы даже не знаем наверняка, были ли лигуи частью магии, которую он использовал в автоматонах.
— Как можно быть таким глупым? — добрая часть меня предупреждала, что оскорбления все ухудшат, но я была раздражена. — Мы видели одно и то же!