Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

– Да-ар? – я вопросительно повернулась к Раудкогу.

– Да не знаю я, что это такое! – отмахнулся он. – Сам удивлён не меньше твоего…

– Ну ладно, ты пока думай, - досадливо фыркнула я, - а я пока окунусь.

«Даже если это священное озеро Шелескенов – по барабану! Неделю без душа с такой густой шерстью… ужас!» - подумала я, разбегаясь и «бомбочкой» прыгая в озерцо.

Вот дура, ду-ра… Надо было хоть попробовать воду ногой!

Как только моя спина коснулась поверхности озера, в неё словно впилось тысяча микроскопических иголок. Ледяная!

– Й-а-а-у!!! –

дико взвыла я, ракетой вылетая на берег.

– Ней!? – Дарвэл бросился ко мне.

– Х-хо-о-лод-д-но… - стуча зубами, выдавила я. Обхватив плечи руками и трясясь как осиновый лист, я впервые вполне ясно представила, каково приходится так называемым «моржам». Только в отличие от них я не получала ни капли удовольствия.

Сокол коснулся мокрой шерсти и тотчас же отдёрнул руку.

– Да ты просто ледяная статуя, только что облитая водой! – ахнул он. – А ну, давай раздевайся!

– Т-ты ч-что, с-с ума с-сошёл-л? – возмущённо проклацала зубами я, пытаясь покрутить пальцем у виска. Но руки, как и язык, слушались плохо, поэтому мой жест можно был истолковывать по-разному.

Мрадраз страдальчески вздохнул.

– Тебе греться нужно скорее, глупенькая! Я буду разводить костёр, а ты пока закутайся в этот плащ.

– Л-ладно… Т-тольк-ко т-ты уж п-потороп-пись… - морзянкой выдала я ему в спину.

После чего – делать нечего – поймала брошенный мне плащ и посеменила в ближайшие кустики. Там я сбросила с себя всю мокрую одежду и закуталась в одеяние Мрадразза. Интересно, а зачем он ему? Крылья от дождя прятать?

К тому времени, как я вышла из своего убежища, он уже успел развести огонь.

– Ну что, ты идёшь? – окликнул он меня.

Я кивнула, задержавшись у коварного пруда, чтобы немного отжать одежду. Несмотря на то, что я долго проносила её и на себе, и, по идее, она должна была уже согреться, этого не случилось. И в первые же секунды у меня жутко озябли руки, отчего я здорово замешкалась.

– Нейра!

Я пробурчала что-то себе под нос. Не терплю, когда меня подгоняют.

А ещё не терплю, когда подкрадываются! У меня на это уже рефлексы от моих учителей из Дорганака.

Уловив чутким ухом хруст ветки прямо за спиной, я резко обернулась и опрокинула его в воду… Его – это Дарвэла. Вот только поняла я это, лишь заслышав забористый русский мат, из которого узнала много нового о своей персоне.

Однако ругань почти сразу стихла. Сокол стоял по грудь в воде с таким удивлённым выражением на лице, что я прыснула в кулак. Но следующая его фраза пояснила мне его недоумение.

– Слушай, а водичка-то не такая и холодная! То, что надо!..

Я удивлённо подняла брови и усы. Пугливо полезла лапкой проверять правдивость его слов. Действительно, тёпленькая…

Что за ерунда?! Не могла же я одна своим телом согреть её!

Раудког, оглядывающийся вокруг, вдруг ещё более удивлённо вскрикнул и исчез под водой. Сперва я даже не поняла, что случилось. Был Мрадразз – и нету. Только круги на воде.

– Дар?.. – через пару минут недоверчиво пискнула я. Подождала, послушала… - Дар!!!

Ничего и никого. Только круги по воде…

Я заметалась по берегу.

– Дарвэл, так тебя растак!!! Не надо

мне говорить, что ты утонул! А ну, выныривай сейчас же, баклан несчастный!

Когда и на этот призыв никто не ответил, я испугалась по-настоящему. Сама бы я уже минуту назад пузыри стала бы пускать. Ну, выплывай же!

Отчаявшись, я было скинула плащ и напряглась для прыжка, как по воде побежали пузыри и эта сволочь с сияющим лицом вынырнула, держа что-то в лапах.

Я резко затормозила, чтобы не полететь прямо ему в объятья, и, взвизгнув, как могла, прикрылась руками, как Венера с картины Боттичелли.

– Нейра, я… эй, а что это ты собралась делать?

Я зарычала. Обратив, наконец, внимание, на то, что застал меня в не слишком удачном положении, он смутился и тактично отвернулся. Я с горящими ушами быстро подобрала плащ и стала оглядываться в поисках предмета потяжелее. Не знаю, каким местом этот пернатый почувствовал моё настроение, но он чуть повернул голову и неуверенно спросил:

– Ней? Ты всё? я могу выходить? А то не мешало бы высохнуть…

– Я сейчас тебя высушу… - свирепо зарычала я, взвешивая в горсти камешек… один из нескольких. – Я тебя сейчас так высушу! Мало не покажется!!!

Тут уж он обернулся! Обернулся и еле успел увернуться от меткого броска. Ещё и возмутился:

– Нейра! Я не самая подходящая мишень! Прекрати!

– А я так не считаю! Ты что же, гад, предупредить не мог?!

От второго и третьего снарядов, пущенных друг за другом, он еле увернулся.

– А ты что, подумала, я утонул? Ай! – четвёртый камешек скользнул вдоль виска. Сокол зашипел. Я не стала выдавать подобных звериных звуков, только процедила пару нелестных эпитетов и замахнулась снова.

Тут до него дошло, что я серьёзно рассердилась и просто так не отстану, и он, смешно подпрыгивая, попытался прорваться к противоположному берегу. Я запустила напоследок ещё один снаряд ему между лопаток и, победно фыркнув, направилась к костру. Где, наконец, с удовольствием уселась около тёплых язычков пламени. Обычных, алых, совсем не таких, что в замке Мрадразз…

– Нейра? Я сдаюсь… не знаю, почему ты опять разозлилась, но я извиняюсь! – высунулся из противоположных кустов клюв Дара. – Можно мне погреться?

– Ах, ты не знаешь… - я стала приподниматься, и клюв исчез. Но я уже оттаяла. Во всех смыслах. – Ладно, я сегодня добрая. Садись, грейся…

Клюв появился опять, потом настороженные глаза, а потом и весь Раудког. Он опустился около костра, не сводя с меня настороженного взгляда и продолжая держать что-то двумя руками. Я подняла на него глаза.

– Ну?

– Что? – не понял он.

– Р-р! – оскалилась я.

– Ладно, ладно! – он поднял руки, сперва положив около себя загадочную штуку, которую он успел где-то подобрать. – Только всё-таки может скажешь мне, необразованному, в чём я провинился на сей раз?

– Подло подкрался, не предупредив – раз! Изобразил утопающего и напугал меня до… бешенства, - хотела сказать «до смерти», но для него это слишком щедро, - два! Убегал от справедливого возмездия – три!

– Ну ты ко мне и придираешься! – он аж растерялся от моей непроходимой наглости.

Поделиться с друзьями: