Силмирал. Измерение
Шрифт:
– Молчать!!!
Правитель вскочил. Его брови практически сошлись на переносице, грива взъерошилась, а из-под верхней губы показались клыки. Н-да… это я зря. Не у одной меня выдалась нервная ночь, в конце концов…
– Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?! Дрянная девчонка! Ты слишком много себе позволяешь! Может, после полудюжины ударов в тебе проснётся уважение к старшим!
Он резко кивнул стоящим за мной воинам, и они цепко схватили меня под локти.
Я не сопротивлялась. В первую секунду мне вообще показалось, что я ослышалась.
Лорг, сжав кулаки, шагнул
– Рефьол! Не делай этого, она же совсем ещё девчонка!
Правитель гневно взглянул на него.
– Знай своё место, Лорг! Иначе отправишься вслед за ней. Зоррега не сможет тебя больше защитить!
Леопард скрипнул зубами, и, бросив на меня быстрый взгляд, неожиданно бросился прочь из зала. А мне вдруг представились его кровавые рубцы на месте ударов кнутом…
– Нет! – я рванулась столь неожиданно, что чуть не освободилась. Но тотчас тиски на моих руках стали болезненными. – Я… я больше не буду! Обещаю! – родители никогда меня не били, и я даже не желала себе этого представлять. Достаточно было того, что я видела пару фильмов в стиле средневекового фэнтези и на примере других поняла, что это не шутки.
– Нужно было думать раньше. – Уже практически спокойно ответил лев. – Сейчас же я ясно вижу, что это единственный способ привить тебе надлежащие манеры.
Меня поволокли к кворталу. Я пыталась выбраться, судорожно пыталась извиниться, молила своих конвоиров – всё напрасно. Не надо мне напоминать про гордость! Что бы вы запели на моём месте?! Напоминаю: плеть – не отцовский ремень, а в десять раз хуже.
Но одна я против двух здоровых лбов сделать ничего не могла, поэтому меня через квортал легко протащили в небольшую комнату с устрашающими украшениями на стенах. От одного взгляда на них мне поплохело: это была явно камера пыток…
Камера современных пыток. Назначения многих приборов я не понимала, но вот пара свёрнутых кнутов на стене и пара наручников, свешивающаяся с потолка, говорила о многом. Мама-а, я хочу домой!!!
Пума передал меня «на попечение» леопарду, а сам вышел буквально на минуту, вернувшись, собственно, с экзекутором в лице того, кого я меньше всего хотела видеть…
Ботаг оглядел меня, удивлённо присвистнул и усмехнулся.
– Так, так, так. Кого язык до Киева доводит, а кого и до каземата? Ну, и сколько же тебе отсчитать?
От страха у меня язык присох к гортани. За меня ответил леопард:
– Пять для начала. Для профилактики.
Неужели мои мольбы всё же тронули их? Или с чего бы им уменьшать моё наказание, пусть даже и только на один удар?
Бультерьер прищурился.
– Немного, немного… По твоей морде рыжей вижу: десяти мало будет. Ну ладно, пять так пять. Но с оттягом… А ну, разворачивайте её!
– Нет! – взвизгнула я.
Леопард быстро сорвал с меня жилет, так что выше пояса я стала совершенно нагая, и они с пумой растянули меня за руки, спиной к уже взявшемуся за кнут булю. Взвизгнула взвившаяся плеть…
– Ботаг, стой!
Плеть обвисла со звуком сдувшегося шарика, не коснувшись меня. Сгорая от любопытства, я вывернула голову чуть ли не на сто восемьдесят градусов. И замерла…
Господи, как же я не узнала его
рычащего голоса!В дверном проёме, наклонив голову, чтобы не удариться о низкий косяк, стоял Ворлок.
Палач заскрипел зубами, но ослушаться не посмел. Лишь со злорадством процедил.
– Ты вовремя, Лок… Погляди: твоя ученица сейчас получит так, что о-очень долго не сможет даже шевелиться. Так приказал Рефьол.
– Оставь её, Ботаг. – Отрывисто бросил волк.
Буль напрягся.
– Так приказал Рефьол… - негромко, но значительно повторил он.
– Оставь её. Я приму её наказание.
Бультерьер замер. Я тоже. Че… чего?!
Серый вошёл в камеру и захлопнул дверь.
– Какое ей назначили наказание?
– Десять ударов. – Процедил подлый пёс.
– Неправда, в два раза меньше! – искренне возмутилась я.
Буль резко развернулся и лапой замахнулся на меня.
– Заткнись! Тебе же хуже будет! – рыкнул он.
Я инстинктивно зажмурилась, но удара не последовало.
– Ботаг!
Я осторожно приоткрыла один глаз. Бультерьер и волк мерялись взглядами, серый сжимал в громадной лапе занесённое на меня запястье Ботага. Последний прижал уши и бросил:
– Ладно, оставьте девчонку.
Мой мастер медленно ослабил хватку. В то же время сжимающие меня руки так внезапно разжались, что я, потеряв опору, шлёпнулась на хвост. Быстро отползла, подобрала жилет и торопливо закуталась в него. Потом поднялась и вопрошающе взглянула на Ворлока.
– Иди. – Мягко сказал он. – Только никому не говори об этом.
– Лок! – раздражённо рявкнул потерявший терпение палач. – Хватит болтовни! Оголяй спину!
Волк исподлобья глянул на него и, молча отстегнув нагрудник, бросил его на пол. Тот упал с коротким, но оглушительным звоном.
Я отступила к кворталу, но шагнуть в него так и не решилась. Просто стояла и смотрела, как пума и леопард неуверенно взяли учителя за запястья. Он бросил на них короткий взгляд, но промолчал.
Со свистом взвилась плеть. Волк не вздрогнул, только прикрыл глаза, а от ключицы к плечу протянулся красный след от конца хлыста.
Ботаг не жалел сил, и с каждым ударом на его лице вырисовывались такая ненависть и злорадство, что я задумалась: чем же ему так не угодил Ворлок?
На пятом ударе у мастера дрогнула щека. На седьмом его лицо исказил оскал и он глухо зарычал. На девятом рванулся в сторону, так что конвоиры едва удержали его.
Когда они наконец разжали руки, волк припал на одно колено. Всего на несколько секунд, но…
Когда он встал, слегка пошатываясь, и перевёл взгляд в мою сторону, на меня – окаменевшую, с округлившимися глазами -, он… улыбнулся.
– Всё нормально, не беспокойся… - глухо проговорил он.
Этот уставший голос, полный испытываемой боли взгляд…
Я не выдержала. Развернувшись, я дунула через портал в свою комнату. По пути чуть не сшибла Ленту, в последний миг прижавшуюся к стене. Дрожащей рукой попыталась набрать код, но раза четыре мне это не удавалось – кроме всего прочего я почти не видела цифр за едва сдерживаемой пеленой влаги на глазах.
Мне на плечо неуверенно легла рука.
– Уйди, Натар… - хрипло бросила я.