Шепот звезд. Пилот
Шрифт:
– Эльфы наступают слишком стремительно, мы не можем их больше сдерживать! – выкрикнул со своего места один из генералов, седовласый, но еще не старый мужчина в белой форме пилотского корпуса. Генерал Кейарш, вспомнил его имя Ратмир. Тот самый идиот, что бросил в бой десять крыльев даргов и два крыла Драконов на три левиафана, шедших на прорыв у А-7, планеты, в недрах которой добывали одно из составляющих топлива для звездолетов. Тот самый, что погубил отличных ребят этим самоубийственным приказом, и смывшийся в первые же минуты боя, когда его пилоты, теряя свои жизни, оттягивали внимание врага на себя, пока этот трус ускользал в гипер. И тот, кто сегодня будет казнен за это предательство.
Ратмир сцепил руки под столом, стараясь не выказывать вышедшие из-под контроля эмоции. После провала Кейарша, командиры крыльев перехватили руководство пилотами, отстранив никчемного генерала и планируя дальше свои действия самостоятельно. Рэйст возглавил Драконов, взяв на себя и обязанности Кейарша при одобрении остальных пилотов и негласному попустительству
Но сейчас ситуация изменилась, Его Высочество имел право карать и миловать по своему усмотрению в нынешних условиях. И Рат себе не мог отказать в этом удовольствии в отношении этого шакала.
– За две недели они подмяли под себя почти весь сектор А несмотря на все наши усилия! – продолжал разоряться Кейарш, вызвав еле заметную издевательскую ухмылку у по-охотничьи подобравшегося принца. – Если так продолжится дальше, они уничтожат Империю! Они ее уже уничтожили!
– Что же Вы предлагаете, тер Кейарш? – едва тот замолк, холодно поинтересовался у него Ратмир, намеренно обращаясь к вонючему шарру как к простому гражданскому. Окружающие разом смолкли, погрузив конференц-зал в блаженную тишину. Слышно было только как тихо гудят системы станции да напряженное, с присвистами, дыхание опального генерала, неожиданно оказавшегося в центре внимания.
– Я-а? – растерянно протянул тот, с испугом в поросячьих глазках глядя на принца, с брезгливым интересом взирающего на него. – М-может переговоры? Чего они вообще хотят? Е-если территорий, то может уступить им сектор А, а потом…через несколько лет набраться сил и…и отвоевать назад?
По залу пронесся возмущенный ропот – бредовых и бесполезных предложений было много, но никто ни разу не заговаривал о сдаче врагу и столе переговоров. Это казалось немыслимым, имперцы готовы были драться до последней капли крови, но не собирались безропотно идти на заклание противнику. Никогда, ни в единой жизни! И эта непримиримость горела в глазах всех присутствующих на военном совете. Видя такую реакцию Кейарш непроизвольно поежился, чем заработал еще больше презрительных взглядов.
– Вы видели их левиафаны?! – защищаясь вскричал идиот в бесполезной попытке как-то оправдать свои слова. – Ни один наш фрегат не может пробить их защиту, а Ваши хваленые Драконы бесполезны против таких махин! Мои лучшие дарги погибли, пытаясь сдержать их натиск и дать немного времени А-7 для эвакуации, но их разметало в космическую пыль парой плазменных ударов пушек эльфийских монстров! Как нам с ними сражаться?! Не лучше ли пойти сейчас на мировую и собрать больше данных, при этом сохранив имеющиеся территории? Что нужно остроухим кто-нибудь задумывался?
Принц нахмурился – Кейарш был прав, проблема левиафанов была все еще животрепещущей и требовала скорейшего решения, а возможный ключ к ней сидел под замком за контрабанду и подозрения в шпионаже. Однако это не повод опускать руки и покорно выбрасывать белую тряпку на штандарте!
– Единственное, чего хотят эльфы, - это окончательного краха Империи и полное ее исчезновение из обитаемого космоса, - ледяным тоном произнес Ратмир, незаметно отстукивая в переговорник на запястье своим телохранителям за дверями конференц-зала команду сейчас же задержать предателя. – И никакие переговоры их не остановят, они лелеяли эту мечту с самого своего падения две тысячи лет назад. Думаете, зайцы удовольствуются нашей подачкой в виде сектора А? – принц саркастически хмыкнул. – Не тогда, когда у них есть все шансы уничтожить Солигию до самого основания и последнего человека из рода Проклятых. У нас нет иного выхода, как сопротивляться их натиску и думать, как изменить ход этой войны в нашу сторону. А подобные речи, тер Кейарш, я расцениваю как прямое оскорбление Короны, представителем которой все еще являюсь! Вы понимаете, что это значит, тер? – голос Его Высочества стал обманчиво мягок, но в глазах Ратмира заполыхали зеленые искры сдерживаемого гнева. – Проводить тера Кейарша наружу, - сладко улыбаясь почти пропел принц, сверкая полностью приобретшими зеленый цвет глазами, отдавая приказ вошедшим по его первому зову телохранителям. – Не желаю его больше видеть на территории станции.
– Есть, - бесстрастные бойцы охраны монаршей особы аккуратно обступили бывшего генерала с боков и под руки провели побелевшего и онемевшего от страха человека к выходу. Потерянный взгляд приговоренного выражал обреченность и полное смирение выпавшей несчастливой доле, почти сразу сменившихся мрачной решимостью. Каким бы ни был трусом бывший командир пилотского корпуса, он прежде всего являлся солигийским офицером и сокрушительный удар судьбы Кейарш встретил спокойно и без истерик, уходя из зала с прямой спиной и высоко поднятой головой. Он знал, что оскорбление Короны смывается кровью и был готов понести свое наказание без порочащих мундир истерик и мольб о помиловании. Принца даже кольнула совесть
при виде удаляющегося под гробовое молчание смертника, старавшегося хладнокровно шагать навстречу своей незавидной участи.«Нет, - видя такое отношение Кейарша к казни произнес про себя Ратмир, внезапно передумав. – Убить его я могу с гораздо большей пользой, чем просто отправить подышать в открытый космос».
– Стоять, - негромкий голос Его Высочества громом прозвучал в мертвой тишине зала. Уже бывшие на пороге стражи со своим подопечным резко затормозили, недоуменно воззрившись на принца. Глаза Кейарша зажглись искоркой слабой надежды – на тот свет ему все-таки не хотелось.
– Я желаю уточнить, - продолжил Рат, пристально вглядываясь в замершего ледяной статуей бывшего генерала и краем глаза отслеживая реакции остальных присутствующих, все также хранивших безмолвие. – Я не хочу видеть данного субъекта на станции и отправляю его на планету рядовым во взвод Дельта. Субъект лишается всех званий и наград, если таковые имелись, всех прав имперского гражданина, собственного имени и даже голоса. С этого момента данное физическое тело принадлежит армии и будет использоваться как обычный солдат со всеми его обязанностями и без права что-либо опротестовать в его отношении. Любое слово, произнесенное субъектом, будет караться пятьюдесятью ударами плетьми, любое действие против приказа вышестоящего по званию – сотней ударов, любая жалоба, поданная любым способом – сто пятьюдесятью ударами. Субъект лишается права на любую помощь со стороны сослуживцев, только если она не оказана добровольно, но имеет возможность это заслужить при хорошей службе. Субъект будет иметь право снова называться человеком, если совершит деяние, способное перекрыть его проступок, но не раньше. Я закончил, можете идти, - принц царственно кивнул головой, разрешая бойцам доставить новое армейское имущество на С-4 на новое место службы, и вновь вернулся к обсуждаемому вопросу. – Господа, что мы можем противопоставить нашему врагу?
***
С-4, как и все колонизированные планеты обитаемого космоса, была очень похожа на Тарн, нынешнюю колыбель человечества. Почти та же гравитация, состав воздуха, схожий состав почвы, позволяющий выращивать на планете тарнийские растения и разводить скот, приятный климат на трех континентах, расположенных в умеренных широтах, и громадное количество полезных ископаемых, что позволило людям быстро обжить новый мир.
Лисару С-4 не нравилась. Он бывал на ней пару раз, залетая туда по делам службы, но проникнуться особой любовью к планете так и не смог. Никакая земля, будь она хоть раем, никогда не сравнится с тем местом, где родился. Лис же скучал по осеннему небу Тарна, серому с редким проблеском пронзительной синевы среди тяжелых туч, скучал по лесам Озерного края, куда так и не смог затащить своих единственных друзей, скучал по строгому, но ставшему родным, Дризору с Академией. Однако скучал Лис и по другим небесам, морозно-голубым с золотисто-серыми облаками на восходе, поразительно-прозрачным в хорошие дни и грозным снежным в плохую погоду. Джатт и подумать не мог, что будет так страдать по жуткому холоду Д-13, по ее кинжально-жалящим ледяным ветрам и их реву за окном. Что будет так тосковать по золотисто-серым глазам Ариссы, особенно красивых в минуты гнева…
Лис печально вздохнул, бросив долгий взгляд в иллюминатор, в котором виднелась голубая сфера С-4 с фиолетовыми отблесками на полюсах. Его Арисса где-то там, на поверхности планеты, в целях безопасности запертая в одном из военных городков под надлежащей охраной вместе со своими сокурсниками, которым также не повезло оказаться не дома в период военных действий. Благодаря сведениям почтовой службы, полученных за неделю до нынешних неприятностей с Манулом, Джатт уже знал, что девушка успела покинуть Тарн буквально за несколько дней до нападения, вместе со своей группой из техколледжа отправившись на практику в сектор С. Помнится, тогда его это известие несказанно обрадовало и сняло с сердца огромный камень тревоги за жизнь девушки. Сейчас же, после недавнего выступления принца, транслированного по всем осколкам Империи, все еще отчаянно сопротивляющимся, Лисар боялся, что неугомонная девчонка поспешит записаться добровольцем в армию. И что хуже всего – ее вполне могли туда взять хоть техником, хоть поварихой – стране нужны были все ее ресурсы, в том числе и людские. А зная характер степной красавицы, Джатт не сомневался, что Арисса именно так и поступит. И что тогда делать ему? Он ведь даже защитить ее не сможет, пока находится в этой клетке. Парень бессильно стукнул по стеклу, гадая как долго его еще тут продержат. То время, что он выгадал для Почтового департамента, давно уже вышло, а его судьба до сих пор была в подвешенном состоянии. Неужели проныры в фиолетовых мундирах его кинули?!
Самобичевания молодого человека прервал еле слышный звук открывающейся двери его камеры, заставивший квартерона резко обернуться.
– Ваше Высочество! – при виде своего посетителя Джатт на мгновение опешил, но быстро пришел в себя и вежливо, по всем правилам этикета, согнулся в легком приветственном поклоне. А выпрямившись вопрошающе уставился на вошедшего в комнату принца, спасенного двумя днями ранее, и главную причину всех неприятностей Лиса.
– Лисар Джатт, - посетитель благосклонно принял поклон в ответ еле заметно кивнув, затем проследовал вглубь комнаты и сел на единственный стул напротив жесткой кушетки, вперив холодный изучающий взгляд в узника, замершего напротив. – Не стойте, присядьте, - любезно предложил принц, жестом указав на кушетку. – Нам предстоит долгий разговор.