Чтение онлайн

С площадки одной из башен нам машут белым флагом. Появившийся на верху башни человек наклоняет длинный шест, указывая нам направление движения. Впрочем, это понятно и без него. Дорога здесь одна, и уйти с нее просто некуда.

Разумеется, со стороны башен по нам никто не стрелял. Длинная змея войска уже спрятала свою голову за поворотом, а хвост еще не показался из-за предыдущего. Эх, такие бы толпы, да на благое дело! Ну, на крайняк, можно было бы герцогу хавальник начистить… Мечты-мечты… Сплевываю на землю и пришпориваю коня. Хватит наслаждаться красотами природы, пора идти вперед.

Разумеется,

в этот день мы всей дороги не прошли. И хотя сторожевые башни были расположены так, что могли обмениваться сигналами, это совершенно не значило того, что путь между ними был коротким. Собственно, и пути-то почти не было. Некогда относительно широкая дорога здесь сузилась всего до нескольких метров. Так что скорость нашего передвижения существенно замедлилась.

Вот, наконец, и последняя группа башен. Три каменные громады расположились уступом, а узкая тропа проходит у их подножья. Рассмотрев дорогу повнимательнее, вижу на склонах гор вбитые колья и натянутые веревки. Надо полагать, там ждут своего часа рукотворные каменные осыпи. А вся тропа на протяжении почти километра легко перекрывается обстрелом из соседних башен. Эх, на каждую бы башню да по пулемету! Тут бы этот поход и закончился.

Стоящие на тропе ворота сейчас открыты, и колонна беспрепятственно проходит между их тяжелыми створками. Каким образом из башен ухитряются управлять этими сооружениями – ума не приложу. Судя по основательности построек, на возведение этих укреплений ушел далеко не один год.

– Как видишь, – говорю я Решающему, – я свое слово держу. Гарнизоны молчат и не проявляют никакой враждебности.

– Ничего удивительного, – пожимает он плечами, – мы же уходим, а не возвращаемся. Какой резон им стрелять по нам сейчас? Вот на обратной дороге…

– Ну, не надо быть таким пессимистом.

– Кем?

– Не надо видеть во всем только нехорошее.

– А ты ухитрился здесь что-то хорошее разглядеть? – удивленно хмыкает мой собеседник. – Ну-ну, продолжай в том же духе…

На этот раз мы заночевали уже на земле горцев. А перед сном я увидел, как вперед ушли небольшие отряды наемников. Копыта своих лошадей они обернули тряпками, так что со стороны их передвижение было практически неслышным. Понятно, разведка ушла. Ну, что ж, не завидую я тем, кого они встретят на своем пути. Скролльцам было совершенно по барабану, кому отрезать башку на этот раз. Горцы, горожане, монахи – они не видели никакой разницы.

Интересная получается ситуация. Горцы в упор не видят никого, кроме самих себя. Всех прочих почитают недочеловеками. Абсолютно аналогичное мировоззрение у наемников. Вот и посмотрим, что получится.

Получилось неплохо. Во всяком случае, для войска Молчащих. Первую деревню наемники вырезали под ноль без единого крика. Никто даже не успел схватиться за оружие. Нескольких уцелевших скролльцы приволокли в лагерь.

Оповестивший об этом адепт ордена, специально приставленный к нам для связи, пригласил меня на допрос. Упускать такую возможность не следовало, поэтому я быстро собираюсь и топаю за ним следом.

Пленных трое. Надо полагать, особым красноречием никто из них не страдает, и поэтому два окровавленных тела, лежащих чуть в стороне, по-видимому, должны служить наглядной иллюстрацией к

той участи, которая ожидает других неразговорчивых.

Спрыгиваю с коня и подхожу к кучке руководителей.

– Молчат? – спрашиваю, кивнув в сторону пленных.

– Пока… – односложно отвечает один из адептов. – Сейчас мы развяжем им языки.

– Но этим двоим, как я понимаю, развязать язык не удалось?

– Хочешь попробовать? – смотрит на меня собеседник. – Твое право. Эй, подведите сюда кого-нибудь из этих!

По его знаку наемники подтаскивают к нам коренастого бородача лет около тридцати.

– Ты меня знаешь? – поднимаю я рукой его голову. – Чего ты под ноги уставился? Там есть что-то интересное?

– Не знаю я тебя. И говорить не хочу. Хочешь убить? Так не тяни. Все мы готовы к смерти. По крайней мере, никто из вас тоже надолго не задержится в этих местах. Вход в наши земли один, но один отсюда и выход. Не хвались тем, что вошел незаметно. Попробуй еще уйти также и унести с собой свою добычу!

– Не беспокойся. Надо будет – уйдем. Надо будет – вернемся. Ты не ответил на мой вопрос: знаешь ли ты, кто я такой?

– Не знаю. И знать не хочу. Не из наших, и этого мне достаточно.

– Я – Серый! – проникновенным голосом сообщаю я оппоненту. Тебе ли знать о том, какая судьба ждет каждого, кто вызовет мое неудовольствие!

Судя по всему, оппоненту про это известно. Дыхание его учащается, и он затравленно оглядывается по сторонам.

– Да… Я знаю про то, какая судьба ждет каждого, кто попадается в твои руки.

– Хочешь ли себе такой судьбы?

– Не хочу. Но… Даже Серый не убивает просто так.

– А кто сказал, что я собираюсь убить тебя просто так? Кто вообще сказал, что я пришел сюда для того, чтобы убить именно тебя?

– Зачем же вы здесь? Да еще в таком количестве?

– Мне нужен ваш вождь. Одноглазый. Я хочу знать, где он.

Притягиваю к себе пленника.

– И еще я хочу знать, где он выращивает красные цветы, – это я говорю тихо, так что со стороны меня почти не слышат.

– У тебя с ним вражда?

– И с ним тоже. Я пришел сюда не только для того, чтобы убить Одноглазого. За каждый найденный мною красный цветок умрет один человек. Тот, кто окажется к нему ближе.

– А если этих цветков будет несколько, а в деревне ты найдешь только одного человека?

– Ничего, есть и другие деревни.

– Но люди, живущие там, могут и не иметь отношения к найденным тобою цветам.

– Мне все равно. Таков мой закон. Согласен ты с ним или нет – это ничего не меняет. Где Одноглазый?

– Ты врешь! Даже Серый не может быть настолько жесток.

– Подержите-ка его, – пихаю пленного конвоирам.

Подхожу к двоим оставшимся. Так, этот, похоже, уже не жилец. Уж и не знаю, чем таким его звезданули по спине, но, судя по кровавым пузырям на губах, обломки ребер пробили как минимум одно легкое. Его смерть – дело времени. Причем очень недолгого.

– Ну-ка, поднимите его!

Хрипящего пленника подтаскивают к кучке адептов. Те стоят молча, не вмешиваясь в наш разговор. Но при этом внимательно наблюдают за всем происходящим. Разворачиваю первого пленника лицом к его товарищу.