Чтение онлайн

Полагаю, это будет интересным приключением. Я готовился к нему около года. Некоторые же ждали его с самого закрытия бункера. И вот, этот момент настал. Отсчёт времени открытия бункера подошёл к концу. Но это только начало отсчёта нашей новой жизни!

Ослепительно яркий свет. Я и забыл, что Солнце всегда было ярче любой лампы, которую мог изготовить человек. Мне пришлось жмуриться ещё некоторое время, прежде чем различил хоть какие-то силуэты.

Удивление некоторых из группы вылилось в ругательства,

что не понравилось нашему лидеру.

— Будьте начеку, — он повернулся спиной к источнику света — я знаю, что это непросто, но постарайтесь внимательно осматривать местность.

Общее недовольство озвучил женский голос:

— Я даже на Вас посмотреть не могу, о чём Вы?

Лена надвинула козырёк до самих бровей и подняла голову.

— А кто говорил, что будет легко? — Саша глядел на неё через очки, зажмурив один глаз.

— Ты у нас теперь трёхглазый, да?

— Так проще привыкнуть к яркому свету.

— Нашёлся умник.

— Лен, а ведь он дело говорит, — перебил её Дмитрий, с усмешкой надевая тёмные очки — поучись у него.

— Легко тебе говорить, да? Ещё и с такой рожей довольной.

Добрый смешок вызвал ещё большее недовольство, однако, кроме злой гримасы противопоставить ей было нечего.

— Закончили? — по тону Михаила сразу стало понятно, что время пустой болтовни закончилось — двигаемся группой. Пойдём через парковку. Смотрите, есть ли работающие машины. Если повезёт, то уже завтра мы вернёмся.

— Да не будет здесь рабочего железа, — в который раз повторял Дмитрий — за столько времени уже даже бронемашина сгнила бы полностью. Добавим непредсказуемость погоды и получим бесполезные куски металла.

— Нельзя исключать вероятность на успех, — продолжал надеяться лидер группы.

— Ну посмотрим, командир.

Мы сделали первые шаги от нашего вынужденного прибежища к неизвестности. Та площадка, что помню из детства, приняла совсем иной вид. Ровный асфальт, стриженый газон, натянутая рабица кругом и густой лес за ней канули в небытие. Встречал же нас пугающий вид растресканных бугров, бесчисленные стволы мёртвых деревьев вокруг и беспорядочная растительность, что повалила ржавую сетку.

Воздух был относительно прохладным, но тёплый ветер приятно обдувал лицо.

На посту охраны шлагбаум держался за поваленный столбик и упирался в землю. Стоило Ольге о него споткнуться, как потрескавшаяся краска зашуршала, и шлагбаум со ржавым скрипом упал около ног Шурика. Тот испуганно взвизгнул:

— Аккуратнее!

— Да тут до чего не дотронься, всё сломается, — начал было оправдываться наш медик — прости.

— Как я и говорил, — будто с ехидством ликовал Дмитрий, завидев парковку — здесь мы ничего хорошего не найдём.

Михаил понимал, что его надежды оказались пустыми, но не подал виду своему разочарованию.

— Хорошо, ты прав. Надо было сразу это признать.

Я посмотрел на машину, к которой стоял ближе всего. Многолетний слой листвы, что лежал на ней, уже успел превратиться в компост. Поковыряв его палкой, что лежала на земле, я не смог содрать этот перегной до корпуса.

— А почему

на них столько листьев, если вокруг только мёртвые стволы? — как бы в пустоту спросил я, искренне не понимая причины.

Ко мне подошёл Шурик. Осознав свою роль ходячей энциклопедии, он сразу же начал объяснять, будто это единственный человек, что знает верное решение.

— Лет через пять после закрытия бункера климат изменился. Луна сменила траекторию и на наше полушарие стало попадать меньше влаги.

— Ну так не Земля же сменила траекторию — я отказывался принимать его теорию.

— Вот это, кстати, не факт — вмешался Михаил — траекторию она, может, и не сменила, но повернуть ось вращения могла.

Я посмотрел по сторонам, оценивая ландшафт.

— Это потому тут как в пустыне?

— Наверное, — Саша решил побороться за титул самого умного — тут уже не нам судить.

— А кому?

С настроением Михаила случилась неожиданная перемена.

— Климатологам со станций, чёрт бы их побрал.

Я понял, что больше не стоит расспрашивать. Видимо, эти разговоры задевали его больше, чем кого-либо из нас.

— А что там за гора? — Ольга показала на возвышенность, которая на сотню метров отходила от нашего маршрута. Следом интерес проявил Дмитрий:

— Да, Миш, я тоже её не помню, когда мы заезжали. Давай сходим?

— Почему бы и нет, — согласился тот, — у нас ведь разведывательная операция.

Возвышенность, к которой мы шли, походила на грунтовую насыпь. Она поднималась над уровнем дороги не меньше, чем на пять метров и походила, скорее, на изогнутый горный хребет. Не будь на нём поросших мелких растений, мы не смогли бы так легко на него взбираться. Корни сорняков выглядывали из засохшей земли и не давали нашей обуви скользить.

Первые из нашей группы, что поднялись на гребень, по очереди останавливались, не издавая ни звука. Это добавляло интереса шагать быстрее. Но встав с ними на одной линии, мне стало дурно. Всего в полуметре от гребня, где мы стояли, начинался крутой спуск. У нас не было такого оборудования, чтобы спускаться в глубокую яму, да и желанием никто бы и не загорелся. Возвышенность, на которой мы стояли, уходила в обе стороны на десятки метров. Понемногу сгибаясь, на другом конце она замыкалась в кольцо, заключая внутри глубокий кратер. Было сложно оценить расстояние до дна, но там было не менее семи человеческих ростов. При взгляде вниз у меня начала кружиться голова и я невольно сделал пару шагов назад, чуть не повалившись кубарем вниз.

— Что это?.. — Ольга озвучила общее недоумение и села на землю, подняв козырёк себе на волосы.

Дмитрий посмотрел на Михаила и задал неуверенный вопрос:

— Думаешь, осколок?

— А что ещё?

Этого диалога им хватило для того, чтобы он тут же закончился.

— Какой осколок?! — возмутилась Лена, — да тут целая бомба должна была взорваться.

— Ты не поняла, — Шурик поправил свои очки, глядя на ровное дно кратера — это был осколок Луны.

Я вновь забрался на гребень кратера, но кроме как, в полуприседе не мог там находиться.