Сбитый ритм
Шрифт:
Клоун замолчал, глядя на мой сорванный рукав, весь в запёкшейся крови. Я подтянула ткань вверх, но слишком поздно.
— Что это?!
Он схватил мою руку выше локтя и уставился на плечо, туда, где сквозь кровь проступал герб.
У высоких родов Сетера принято ставить наследнику метку в виде герба. Крылатый ящер с копьём в лапах достался мне от отца. Однако по материнской линии я тоже оказалась единственной наследницей, поэтому боевую рептилию объял солнечный круг. Когда мы пустились в бега после переворота, от метки пришлось избавиться. Но клеймо, поставленное Пламенем, можно свести только вырезав кусок мяса, так
— У-у-у, деточка, да ты у нас гвардейский дезертир, — нервно засмеялся Трен, — надо с тебя подороже брать-то, а?
— Да пошёл ты! — огрызнулась я.
Вывернулась, подтянула рукав.
— Будешь трепаться — прирежу, понял?
— Ну, ну, детка, полегче, — подмигнул клоун, а потом расплылся в кривой улыбке, — не надо меня убивать, может, я тебе ещё пригожусь.
— Боюсь себе даже представить, зачем, — за моим правым плечом появился Халнер, — Кети, ты не ранена? Трен?
— Да нормально всё, — ответили мы в один голос.
— Тогда пойдёмте отсюда, — Халнер нагнулся и сорвал пучок травы, чтобы вытереть меч, — Дарн хотел посчитать погибших, да и в лазарете нужно помочь.
Тут же из-за ближней повозки вынырнул директор.
— Ну что, все целы? Кет, отличная работа, надо было тебя в гладиаторы отдать! Шучу, шучу. Ладно. Трен, идите-ка оба в лазарет, там помощь нужна. Хал, надо бы узнать от недобитков что-то об их банде…
— Это вряд ли. Тут все либо трупы, либо почти трупы, не допросишь. Разве что…
— На, держи, — Дарн протянул брату кинжал, — попытка не пытка.
Кинжал! Мой кинжал! Мой!!
— Хорошо, попробую.
Халнер развернулся и пошёл обратно к лесу, внимательно глядя под ноги. Трен и Дарн тем временем начали обсуждать, кого из артистов убили, как их хоронить, и как строить представление с учетом потерь.
— Я… я в лазарет, — выпалила я и, не дожидаясь ответа, нырнула между повозок.
Однако пошла я вовсе не туда, а к Халнеру. Он как раз нашёл «рассказчика». Положив кинжал тому на лоб, пытался «выжать» остатки чужого сознания. В глубине навершия светилась голубоватая искра… но и только.
— Не, не подойдёт, — сказала я, — видишь, голова разбита? Любое повреждение мозга — и хрен что разберёшь в его памяти. К тому же ты неправильно делаешь.
— Мда? А как правильно? — Халнер поднялся на ноги и с любопытством посмотрел на меня, — ты знаешь?
— Давай сюда кинжал — покажу, — фыркнула я.
— Хм… Ладно. Только сначала найдём подходящего.
Это оказалось непросто: от банды остались лишь мертвецы и двое с размозженными черепами. Наконец, нашли полуживого нападавшего. Он корчился на боку с пробитым желудком. Я перевернула человека на спину, взяла за подбородок, заставила посмотреть на себя. Затем пронзила Нарной его сердце, и в короткий миг перехода жизни в смерть считала всё, что он знал. Жаль отец не видит, как я навострилась!
— Ого! Быстро, просто, кардинально, — усмехнулся Халнер.
— Да. Только муторно потом. У людей столько хлама в головах, порой диву даёшься! Ладно, теперь…
— За что?! Его же можно было спасти!
Не вовремя подошедшая Эвелин стояла, судорожно сжимая в руках медикаменты. Её губы тряслись, в широко распахнутых
синих глазах искрились отвращение и гнев.— Они пошли на разбой от отчаяния! Они же просто хотели есть…
— Пф! Конечно хотели, — фыркнула я, поднимаясь, — и не только есть. Ты была бы смачной приправой. Точнее, деликатесом, да на всех сразу. Думаешь, тебя бы пожалели?
— Что, отморозками их считаешь? Пусть так. Но ты ничем не лучше них! Убийца! Он же раненый! Беззащитный!
— Эвелин, перестань, — строго сказал Халнер, — займись лучше нашими ранеными, им твоя помощь нужнее.
— Нужнее? Ха! Опять заступаешься за свою подстилку, папочка? Два сапога пара! Да чтоб вы оба сдохли!
Эвелин резко развернулась и убежала.
Я посмотрела на Халнера. Тот поморщился, со вздохом опустил голову.
— Девчонка… до сих пор девчонка… — он развернулся и бросил через плечо, — пойдём, Кети. Расскажешь, что узнала.
— Да там не много, мы почти всех перебили… А что, Эвелин твоя дочь?!
Халнер на ходу кивнул и ускорил шаг. Стараясь не отставать, я перешагнула через очередной труп.
В голове защёлкало. Мигом вспомнились рассказы Эвелин про родителей, про то, как строгий отец убил её любимого-полуперерожденца, а на неё саму надел Орры. Имени Эв не называла, а я считала, что это стиль Дарна, и Эвелин его дочь, с такими же роскошными тёмными кудрями… Дура, давно ведь поняла, что в Мерран нельзя ориентироваться на внешний вид! И тут такое проглядела!
— Хал! Хал, а ну стой! Почему ты не сказал? Мы же с ней дружили, мы же… мы такое обсуждали… а ты ни раз за это долбанное время не ска…
— Ты мне тоже многое не рассказываешь, Странница, — огрызнулся он.
— Т… ты о чём?
— Да как тебе сказать, — он остановился и развернулся ко мне, — например, про рабочий Переход в монастыре Тмирран и твой побег из другого мира, в котором твою семью свергли с престола.
— Что?!
Горло сдавило. Как? О боги, как?! Халнер усмехнулся и аккуратно, почти нежно, приподнял мне челюсть обратно.
— Ладно, Кети. Потом поговорим, — он шагнул назад и повернулся спиной, — не отставай.
— Угу, — выдавила я и нащупала метательный нож.
Через несколько шагов Халнер остановился. Прекрасная мишень. Трудно не попасть. Невозможно просто.
Выждав вздохов семь, сказал, не оборачиваясь:
— Ну? Ты идёшь или нет?
Сжав лезвие так, что по ладони потекла струйка крови, я двинулась вперёд.
Интерлюдия IV. Архив Инквизиции. Лесной
Адресату по табелю «413»
Срочно/вне очереди
Лично
Регистрированный канал связи «4516»
Получено «…»… от воссияния Апри
Всесолнечный мастер,
вынужден просить разъяснений по последним полученным указаниям. Степень ереси во вверенном заведении превысила допустимую норму на порядок, ячейка стала значимым звеном в организации. Активизировались их защитные меры, более того, усилилось внимание к объекту «С». И это при том, что получено подтвержение легенды объекта «С» в полной мере. Я не могу понять причину запрета активных действий. Если решение данного вопроса затягивается, прошу разрешения на привлечение «С» к работе.