Чтение онлайн

Саня взял молоток и с размаху ударил по пруту, выпрямляя его. Во все стороны брызнули красные искры.

– О-о-о-о ы-ы-ы-ы-ы о-о-о-о-о-е-е-е-е-ш-ь?
– Рома попятился назад, уткнувшись спиной в дверь.

Виталик рассмеялся. Он, пожалуй, единственный в этой комнате находил ситуацию комичной.

– Мы с тобой будем учиться доверять друг другу.

Спайрекс оторопел и перестал протирать спиной дыру в двери. Фил насторожился и повернулся на четверть корпуса.

– Слишком долго я пытался сделать из тебя послушного зверя. Но это не имеет смысла, ведь стоит снять с тебя намордник, и ты тотчас разгрызёшь мне глотку. Разве не так? По глазам вижу, что ты бы так и сделал. Теперь мы попробуем другой

метод.

Виталик сбросил с себя майку и сел на кушетку, проигнорировав вопросительный взгляд Сани. Всё внимание Мангуста было приковано к Спайрексу.

– Видишь самодельный чёрный браслет на моей руке? Да, с теми интересными вкусными скрепками, - парень потряс рукой перед пауком.
– Окружающие видят в нём лишь нелепую безделушку. Чудачество. Знаешь, как он у меня появился? Его подарил мне Брюс. Он сначала сделал себе такой же, проходил с ним около года, выдержал ряд насмешек и потом, перед одним своим отъездом в Минск, сделал похожий для меня. По его мнению, этот браслет концентрирует в себе человеческое зло. Не удивляйся, мне тоже это сначала казалось странным.

Рома внимательно слушал, не меняясь в лице. Разумеется, он понимал все слова и знал того, кого касались слова, но недоверие к Виталику всё же было крепче эмоций. Наш герой даже слегка разочаровался.

– Конечно, поймёшь по тебе, удивился ты или нет. Все необдуманные поступки, совершаемые человеком, происходят с участием рук. Неправильное подписание договора, созданная хакером вирусная программа, выбитая челюсть, убийство... Этими конечностями, - парень сжал кулаки, - вершатся судьбы, в том числе, наши собственные. Назначение этого браслета в том, чтобы быть громоотводом дурных мыслей. Стоит тебе подумать о чём-то плохом, например, о том, чтобы нагрубить другу, как эта мысль дошла до браслета и осталась в нём. А ведь сначала Саня использовал его для писательских нужд... Поразительно, правда! Только скрепки нужно регулярно менять. А то, знаешь ли, и громоотводы имеют свойство снашиваться.

Виталик взял свой шест за концы и немного сжал их. Цезарь - не удивляйтесь, иногда хозяева дают имена своему оружию - разделился на двенадцать ровных частей, повисших в воздухе, и начал сжиматься. Металлическое содержимое каждой трубки аккуратно пряталось во внутренние стенки, после чего каждый цилиндр сжимался, что позволяло одной части беспрепятственно входить в другую. Последовательность вложенности элементов шеста определялась благодаря специальному коду, считываемому с микрочипов, расположенных на корпусах цилиндров. Когда количество трубок сократилось до единицы, Цезарь совершил последнюю трансформацию - сжался до размера ручки - и лёг в ладонь владельцу.

Фил видел подобный трюк уже не раз, потому просто с восхищением хмыкнул. Спайрекс же наблюдал за процессом завороженно, как смотрит кобра на заклинателя, широко разинув рот. Виталик, как ни в чём ни бывало, положил ручку в карман, после чего лёг на кушетку и театрально положил руки за голову. Пижонство он считал неотъемлемой частью своей личности.

– К чему я веду? Ничто так не сближает, как общее страдание. А мой друг страдал, ведь это зло накапливалось, и порой вызывало жуткое жжение в запястье. Ужасные головные боли, доводившие до белого каления. В попытках избавиться от этого чувства он даже начал курить. Неважно... Единение в общем приливе боли. Достижение вершины агонии, вот что нужно, - смакуя аллегорию, произнёс наш герой.

Спайрекс смотрел в глаза Мангуста и видел там решимость, абсолютную веру в собственные слова. Такой же огонь пылает и в глазах безумцев. Пауку стало немного не по себе: от Виталика порой можно было ожидать что угодно.

– Ты не сможешь признать во мне равного, пока мы оба не пройдём через одинаковые муки. Страдания, которые я причинял тебе за всё это время. Считаешь, что я заслуживаю

всего того, что сделал с тобой? Да, заслуживаю. Сегодня роль зрителя и судьи принадлежит тебе. Просто наблюдай. Фил, начинай!

– Мангуст, ты уверен? Ещё не поздно..., - Саня нехотя подошёл к столу с садистскими принадлежностями.

– Меньше слов, больше дела. Давай!

Удары плетью посыпались на спину Виталику. Мощные, хлёсткие, как раскаты грома. Места, куда попадали удары, тотчас покрывались багряным рубцом. Сквозь боль мутант продолжал говорить.

– Главная моя ошибка состояла в том, уф-ф-ф-ф, что я всё это время играл на твоей животной сущности. Приручал тебя, если можно так сказать. И что получил? Обозлённое, ар-р-рргх, существо, того самого монстра, каким я не хотел, чтобы ты стал. Вместо того, чтобы помочь тебе справиться со своей второй личиной, я, м-м-м-м, наоборот угнетал ту, что мне дорога, - голос Мангуста дрогнул.

Спина парня была раскалена настолько, что на ней можно было бы жарить барбекю. К повторяющимся ударам плети уши привыкли очень быстро. Тянуло на брань. Виталик преодолел секундную слабость.

– Со всеми этими экспериментами я совсем забыл, м-м-м-м, что под шкурой монстра скрывается мой хороший друг. Человек! Именно к его сознанию нужно было взывать изначально. Прости меня, Рома. Обещаю, я найду способ вернуть тебя назад! А-а-а-а-г-х!

Где-то в мозгу Ромы обрушилась стена. Виски Спайрекса едва не лопнули от нахлынувшей боли. Истошно заревев, он начал кататься по полу, размазывая зеленоватую слизь. Внутри две сущности в очередной раз схлестнулись в боевом танце. Сознание против инстинктов. Нейроны взбесились и едва выдерживали поток мышечных сокращений. Впервые за полгода, после долгой борьбы пульт управления достался человеку. Прорвавшиеся сквозь пелену небытия, воспоминания начали стремительно наполнять голову. В глазах оформились чёрные угли.

Изменения в Спайрексе не укрылись от Мангуста. Отступать было нельзя.

– Фил! Калёное железо!
– скомандовал Виталик.

– Мангуст, прекращай!
– крикнул Саня.

– Я сказал: калёное железо!
– почти прорычал наш герой.

Фил послушно вытащил из плавильной печи раскалённый прут и с опаской подошёл к своему лидеру.

– Я не могу...

– Мне что, самому лечь на этот проклятый прут?! Бей!!!

– Е-е-е-е-е-т!

Удар прутом пришёлся по руке Спайрекса. Мутант зашипел и отполз в сторону, нянча место ожога. В красных глазах, смотрящих на Мангуста, лучился зародыш разума. Фил поднял прут. Рома яростно зашевелил жвалами.

– Тише, Спай. Мы ещё не закончили. Возьми меня за руку. Блин, жаль ты свои... лапы не моешь, - через силу улыбнулся парень.
– А теперь смотри мне в глаза. Только не отводи их, прошу. Мы равны. Я и ты. Бей!!!

Раскалённый прут обрушился на спину Мангуста...

21 сентября 2015 года...

Едва Артём занёс кулак для новой атаки, как сильный удар тупым предметом обжёг ему спину. Следующую книгу парень встретил уже носом.

– Завязывай, Сид! Мы пришли поговорить!
– выставил вперёд руки Лёша.

– Нам не о чем разговаривать, - выдохнул Артём.
– Прочь с дороги!

Быстрым рывком преодолев расстояние до Гамбита, Сид попытался подсечь мутанта, но тот резво отскочил в сторону.

– Около тридцати метров в секунду. Неплохо, но мне казалось, что ты мог разогнаться и до пятидесяти. Ты не поел, друг?

Сид рванул в сторону противоположную от мутанта сторону, на бегу подпрыгнул, оттолкнулся от стены и стрелой помчался на Гамбита. Все эти действия заняли около трёх секунд, так что стороны могло показаться, что Артём просто взял и почему-то врезался плечом в шкаф. Своей реверсивной атакой Сид лишь мазнул Лёшу по груди.