«Самый полный STOP!!!»
Шрифт:
Судьба снова свела меня с Гренадёром. Александр Евграфович тоже долго мыкался после ухода с МБ-195 и, наконец, сел капитаном на учебное судно, стоявшее у причала военной гавани знаменитого революционного острова. Учебное судно «Луговина» только числилось учебным в бригаде учебных судов и ремонтируемых кораблей. На самом деле, давно там никого не обучали. Несколько лет назад был пожар на борту, а на ремонт денег не было. И теперь судно готовили к списанию по сроку. А это означало списание всего судового имущества и сдачу его на склады. Писанины было много. Вот Гренадёр и взял меня к себе старпомом. На этот момент ничего лучшего не предлагалось и я согласился поработать со старым другом. Работа мне сначала даже понравилась. Днём списывали и сдавали имущество, а вечером сдавали «цветняк». К мизерной зарплате в полтора миллиона рублей, это был существенный довесок.
Верхняя палуба с каютами командиров, баней и бассейном осталась не тронутой пожаром. Ниже располагалась выгоревшая полностью главная палуба. Ниже её осталась цела нижняя палуба с каютами курсантов, где жили теперь рядовые члены экипажа. Так что классовость команды ощущалась значительно. Господа офицеры гулеванили в комфорте, а рядовые бухали в подвале без иллюминаторов. А им и этого было достаточно. Сброд, который там прятался, не брали уже никуда. Там были даже люди, которых выгнали из «Холодфлота». А «холодок» среди моряков назывался: «Последний путь моряка». Оттуда уже брали только к нам. Были у нас ещё опустившиеся «синяки», калеки и немощные пенсионеры. А вот, господа офицеры собрались, как ни странно, довольно молодые и энергичные. Зачищали сгоревшие помещения от цветного металла и гусарили потом в ночи. Плескались в бассейне девчонки, плескалось вино в бокалах, орал магнитофон, а стол щетинился ёжиком. Командиры пили и закусывали, а гонцы, бывало, засылались по нескольку раз за ночь. «Синяк» Отарко и пьяница-инвалид Дрепетуля, старались за стакан бормотухи. Гренадёр опять перепивал всех, но выходил из похмелья значительно тяжелее. Он заметно потолстел, обрюзг, и в глазах его присутствовала вечная усталость. Случались недельные запои. Из которых его, буквально на собственных плечах, вытаскивала жена. Соня приезжала на пароход и забирала одуревшего, похмельного мужа. Пьянки, в нашем случае, не мешали работе и всех это устраивало. Кроме меня. Нет, конечно, я с удовольствием вливался в шумные тусовки, и слыл не последним потребителем горячительных напитков. Но оставаться здесь долго не собирался. Можно запросто спиться, а потом и переселиться на нижнюю палубу. Удочки, закинутые в различные морские конторы, всё-таки, принесли улов. На одну из них клюнула удача и я, не оглядываясь, сбежал с развесёлой «Луговины».
Кругосветка
Мой дружок Колян, работал третьим помощником капитана в пароходстве, на стареньком сухогрузе «Кирьяновск». И случилась с ним неприятность. Залетел мужик на аморалке. Списали в наказание на портовый буксир. Но он уговорил капитана взять меня на его место, с тем, что бы после отбытия срока наказания, вернуться на старое место. Я тоже согласился на его предложение, ведь работать в пароходстве, считалось удачей. А что будет потом - увидим. Давно уже пора смыть береговую плесень свежей океанской волной. Вдохнуть полной грудью бескрайние просторы и показать миру себя во всей красе.
Рейс предстоял долгий. Жена немного поворчала, но, понимая, что это лучше чем за копейки спиваться на «Луговине», со слезами отпустила меня.
«Кирьяновск» не был в числе блатных пароходов и мотался по белу свету, редко приходя в родной порт. Вот и этот рейс обещал быть кругосветным.
Оформился, принял дела и обмыл с Коляном новую должность в ближайшем кабаке.
Встретили в экипаже нового штурмана равнодушно. Старпом провёл все инструктажи, а капитан «втирал» про дисциплину и ответственность. Второй помощник равнодушно пожал руку при знакомстве. Четвёртый помощник, молодой ещё пацан, только что после Макаровки (Ленинградское высшее инженерное мореходное училище, ныне Санкт-Петербургская морская академия имени адмирала Макарова), узнав, что у меня ещё нет высшего образования, ухмыльнулся с чувством превосходства. Надо сказать, что Макаровцы всегда считали себя элитой торгового флота и смотрели свысока на остальные мореходки. Ну да ладно. Море покажет кто есть WHO!
И полетели денёчки, вахта за вахтой. Капитан по обязанности контролировал меня несколько вахт, а потом убедившись, что я уверенно чувствую себя на мостике сказал: «Звони если что». И поднимался на мою вахту только иногда: выкурить трубочку или потравить байку в хорошем настроении. Солидный мужчина предпенсионного возраста. Повидал дай бог каждому. Макаровская спесь
с него уже давно сошла и оценивал людей он по делам их а не по дипломам. Знал почти всё. На любой вопрос отвечал с ленцой, но точно. Если же бывали затруднительные ситуации, он заглядывал в маленькую, размером с ладонь, синюю записную книжку. На её страницах моментально находил ответ и принимал нужное решение. Носил он её всегда в нагрудном кармане и никому не показывал. Интриговала эта книжечка многих. Кладезь морской мудрости, заглянуть в который хотелось бы хоть одним глазком. Короче, старый морской волк, почему-то не попавший на белый лайнер, досиживал до пенсии на старом сухогрузе и не роптал на судьбу.Старпомом оказался бывший помполит. После отмены на судах штата первого помощника, его поставили старшим. Судоводительский диплом у него конечно же имелся, но судоводительскую науку он основательно позабыл, благо стояли на вахте они вместе с четвёртым. Ну а тот пока ещё не забыл чему учили в Академии.
Второй помощник обычный молодой карьерист, тоже с макаровским образованием. Исправно нёс службу и особой дружбы ни с кем не водил. Отлично владел английским языком и частенько выручал старпома в щекотливых ситуациях.
Разные люди были в экипаже и описывать всех нет надобности. Постепенно многие стали моими друзьями. Особо сошлись мы с третьим механиком. Петя был местный «Орфей». Красивым голосом он исполнял собственные песни, подыгрывая себе на гитаре. Хорошие песни, надо сказать, не сопливые. И на каждой посиделки все ждали нового шедевра.
Мелькали страны и города. Куда только не заносило наш сухогруз и чего только не грузили в его трюма. Описывать будни плавания не буду, до меня это уже делали другие, да и не интересно, а припомню-ка я несколько курьёзных происшествий.
В Дакаре, после выгрузки, отвели нас на дальний причал, ожидать погрузку. Дакар - город хлебный. В этом порту можно продать что угодно. От старых заношенных тапочек до пароходного двигателя. Советские пароходы были частыми гостями в Дакаре, особенно рыбаки. К заходу в Дакар готовились заранее, запасались товаром на продажу. Всё, что удалось загрузить дома, предназначалось для продажи здесь. В пароходстве считалось нормальным делать деньги на чём-нибудь, а тут сам бог велел. Торговля у борта велась и днём и ночью. Естественно продавали не только своё припасённое, но и судовое. Капитан закрывал на это глаза, лишь бы много не воровали с парохода. Заставил только выставить дополнительную вахту на баке и корме. Старпом же, по старой помполитовской привычке смотрел на этот базар очень отрицательно.
Собрал нас старпом в столовой и начал втирать про честь и достоинство гражданина великой державы.
– Вы же русские моряки! Как вам не стыдно торговать как на барахолке? Никакой гордости у вас за великую державу!
– А чё, все торгуют - выкрикнул кто-то.
– Нет не все! Находятся люди, которые не опустились до мелкого торгашества. Вот посмотрите, у нас по носу стоит рыбак под российским флагом. Так у его борта нет такого бедлама. Там не торгуют. А вы!?
Тут в дверь столовой заглянул мужичок в робе и спросил: «Мне бы старпома, переговорить».
– Я старший помощник, а вы кто такой?
– строго спросил наш старпом.
– Да я сосед ваш. С траулера, у вас по носу стоим. Мне бы с вами потолковать.
– Говори здесь, у меня секретов от своих нет - великодушно изрёк старпом.
– Да хотел попросить помощи, по-соседски. Прилетели на траулер сменным экипажем, а там полный голяк. Даже швартовых нет. Шкентеля на причал завели! Всё продали, суки и улетели. Может, есть у вас ненужные концы и парочку пожарных шлангов. Наша контора расплатится по безналу.
И тут грянул взрыв. Взрыв хохота. Вот кого ставил в пример старпом. Мужик с рыбака растерянно смотрел на ржущую толпу и наверняка обижался, думая, что смеются над ним. Он ведь не слышал, о чем шла речь до него. Старпом не был полным идиотом и понял, что облажался. Он фыркнул и ушёл, забрав с собой рыбака.
А рыбаков мы конечно выручили.
Среди штурманской братии, во всяком случае, там, где я работал, считалось плохим тоном вызывать капитана на мостик по всяким пустякам. А если ты второй помощник, несущий самостоятельную вахту, звать на помощь капитана, совсем уж не прилично. Конечно, может возникнуть сложная или даже опасная ситуация, в которой вызов капитана становится обязательным. Но в открытом море, в спокойной обстановке необходимо выруливать самому. Ибо каждый пустяковый вызов может негативно повлиять на твой имидж опытного судоводителя.