Рыба в воде [СИ]
Шрифт:
Поигрывая ножом, один начал приближаться. Второй же, напротив, сделал шаг назад, и я невольно глянул на орудия угрозы.
Ножи, сами понимаете, бывают разные. От совсем маленьких, так называемых «перочинных» и кухонных, которыми очень удобно чистить картошку до гигантских размеров мачете для рубки сахарного тростника, которым можно развалить человека пополам. (Воспоминание о мачете заставило улыбнуться, напомнив о накануне приобретённых колюще-режущих. Вот будет умора, «сходи» я сейчас к реке, и появись с остро заточенной оглоблей в руке!) Ну а, где-то посередине существует столько разнообразных модификаций, что просто голова кругом идёт. С длинными и короткими лезвиями, с прямыми, кривыми, волнообразными и пилообразными. С заточкой с одной стороны и обоюдоострые. С рукоятками сделанными из всевозможных материалов,
А ещё существуют очень старые ножи, бронзовые, например. Их владельцы давным-давно умерли, а они всё ещё живут, лёжа под стёклами музеев или частных коллекций.
У одного из этих было некое подобие нашего десантного. И судорожно сжатые на рукоятке пальцы с головой выдавали в нём новичка. Нож же, который держал в руке второй мой противник, был метательным, и это было очень плохо, так как означало, что попал к нему в руки он не случайно и передо мной стоял профессионал.
Новичёк бросился на меня и с ходу схлопотал между глаз. Ножичек его я отбил как-то походя и любитель улёгся к моим ногам подобно кулю с тряпьём. Но вот второй… Неуловимым движением он метнул свой смертоносный инструмент, и только реакция спасла меня от существенной раны. Успев выставить руку, я взвыл от боли, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не «перейти». Непродуктивно это, «уходить» в Дромос сейчас, оставляя «снаружи» противника. К тому же, насколько я понимаю, никто и никогда не ограничивается одним метательным ножом, так что в «прямом» режиме мне ничего не светит. Разве что и впрямь, в модуле «вернуться»? Но… неспортивно как-то. Да и не боялся я его, снайпера этого уродливого. Второй нож попал в стул, с лязгом отскочив от сиденья ну, а третий он только и успел, что достать…
Хороший был стул. С трубчатыми металлическими ножками и сиденьем, чем-то напоминающим наш гетинакс. Крепкий такой, надёжный… Откуда я знаю что табурет был крепкий? Так всё ж в этом мире относительно… Во всяком случае, голова соперника ни шла ни в какое сравнение…
— С почином, Юрий Андреевич! — Поздравил я себя и схватив обоих за шиворот, «переправил» в коридор. «Вернувшись», «забрал» тех, что остался за дверью. И, выйдя на стоянку перед отелем, сел в скутер, дабы слетать за город и выбросить где нибудь эту падаль. Причём даже и мысли не возникло о том, чтобы предать тела земле. Уроды блин! Такой шоблой припёрлись грабить ребёнка! Четверых «уделал» я, да и Кени «забрала» с собой как минимум одного. Кстати, как «там» она? Надеюсь, что всё в порядке. Да, и как иначе может быть. Ведь малышка одна из нас…
Относительно скоро я наткнулся на небольшой перелесок. Шириной шагов в двадцать, он хорошо был заметен с летящего скутера. С кривоватыми деревцами, росшими довольно густо. Их какие-то уродливые стволы с маленькими ветками, усеянными продолговатыми листьями невольно навевали мрачные мысли. Еле уловимый, но стойкий незнакомый запах назвать приятным тоже можно было лишь с натяжкой. Приземлившись, я выбрался из скутера и потопал вглубь зарослей. Цепкий кустарник тут же ухватился за одёжку, норовя оцарапать, но я продвигался всё дальше. Да и трава, что росла здесь, не способствовала передвижению, норовя стреножить и повалить на землю. Я поневоле поёжился и, решив, что место достаточно укромное, «вошёл» в Дромос. Зеленомордые лежали, как и положено всем «нормальным» покойникам и я, преодолевая брезгливость, «выволок» их наружу. Острота момента требовала каких-то слов и я, не удержавшись, промолвил:
— Собаке — собачья смерть.
Ну не «Упокойтесь с миром» же мне было произносить, вытирая при этом скупую мужскую слезу.
Знаю, знаю. Вот сейчас кто-то скажет: сволочь, мол, прожжённая этот Юрий свет Андреевич. Синяя Борода. Но, если хотите знать то, по моему мнению, это всё-таки не так. И все эти «не убий» не более, чем неуклюжие попытки тех, кто стоит сверху держать в некоем подобии узды других, которые внизу. Более хитрые всегда правили теми, кто поскромнее и слабже. Ведь, если уж «не убий» то, я считаю, для всех без исключений. Жизнь человека священна, и Баста. Только вот фокус в том, что никогда этого не было и, боюсь, не будет. И пусть
сколько угодно пишут о «превышении мер самообороны», я всё же останусь при своём — пусть и отличном от официального — мнении.Человек должен уметь постоять за себя и своих близких. Ведь, в большинстве своём, люди не кровожадные монстры. И не бегают по улицам с топорами вовсе не потому, что «закон суров», а вследствие того, что это не в их привычках. Ну а, будя вот такой вот случай, вроде непрошеных гостей, так туда им, гостям незванным, и дорога.
В общем, совесть моя была кристально чиста, чего нельзя сказать об одежде, которую я здорово извазюкал, продираясь сквозь этот «репей».
Дождавшись Кени и, удостоверившись, что с малышкой всё в порядке я кое-как смог заснуть. Утром же, разлепив веки, обнаружил девочку, сидящую в кресле и, приглушив звук смотревшую визор. Хоть и довольно поздно, но мы позавтракали и вышли на улицу.
Полуденное солнце на безоблачном небе обещало славный денёк. Тёплое дуновение ветра ласкало кожу и мы, усевшись в свои машины взлетели, держа курс на один из больших городов, расположенный километрах в двухстах от нашего поселения.
По мере приближения, мегаполис наступал на нас, словно вырастая из земли. И было видно, что это не «наследие» ушедшей цивилизации, а именно новый город. Да и то. Кому охота было бы жить в месте, ставшем кладбищем для миллионов разумных существ. Входить в дома, чьи стены были свидетелями агонии, смотреть в окна, два десятилетия безмолвно взиравшими на постепенное разложение прежних обитателей и наступающее запустение. Несмотря на свою жестокость, падальщиками Агны не были и, выполнив печальную работу могильщиков-санитаров и экспроприировав материальные ценности, они навсегда покидали умершие города, строя взамен них новые.
Должен вам сказать, что строить они умели. И это были не наши стоэтажки. Громадины зданий возвышались, казалось под самый небосклон. Ну, ещё бы. Им, овладевшим силами гравитации такие сооружения — раз плюнуть.
Едва мы влетели в город, как сразу поразились обилие транспорта. Тут и там в пространстве между домами вспыхивали голограммы рекламирующие всякую дребедень. Засмотревшись на яркие кртинки, Кени ухитрилась в кого-то врезаться, и я поспешил к месту события. Не дав ей высунуться из кабины, протянул хозяину повреждённого скутера пару карточек и тот, буркнув что-то, что даже мой обруч не смог перевести, отправился по своим делам.
— Поосторожней, пожалуйста. — Предостерёг я Кени. — Полиции местной нам только не хватает.
— Да ну их. — Взбрыкнула она. И, в оправдание прощебетала. — Интересно ведь.
Что да — то да. Действительно, было весьма любопытно. Тем более, что оказалось, что образы, витающие в воздухе, ещё и «говорящие». То есть, стоило посмотреть на них более пяти секунд, и что-то замыкалось в умном головном украшении. И оно тут же начинало транслировать слоганы, оболванивая проезжающих мимо. И, сообразив, что с таким прессингом на мозговую часть много не поуправляешь я, проконсультировавшись с обручем, включил автопилот, задав ему цель путешествия и мысленно представив кучу всевозможных «переводчиков».
Подлетев к одному из супермаркетов и припарковавшись, мы вошли внутрь. Ведомые «поводырём» поднялись в гравитационной шахте метров на сто вверх и оказались в царстве церебральных новинок. Круглые, овальные, жёсткие, гибкие. Имеющие форму шлема, а так же замаскированные под парики. Всюду, куда ни посмотри, висели столь необходимые нам вещи.
Но, как оказалось, на ту сумму, которой в данный момент мы располагали, не сильно-то и разбежишься, так как покупка скутеров подточила наши запасы. Да ещё железяки остренькие в копеечку встали. И, взяв в руки каталог, я снова спустился вниз и, зайдя в переулок, из за сдавливающих его высотных зданий показавшийся не шире щели, «ушёл» в коридор.
Рюкзак с материальными ценностями по-прежнему лежал на берегу и, отсыпав примерно треть на чёрный день, я «выволок» оставшееся наружу.
Банк, во всяком случае, его местный аналог, располагался неподалёку и, где-то через полчаса, мы с Кени стали обладателями около четырёх сотен ментаграторов. Причём, в основном брали стилизованные под кепочки и волосики разных расцветок. (Чёрт, говорят же, с кем поведёшься… Общаясь с малышкой я поневоле начал всё больше напирать на уменьшительно-ласкательные суффиксы-окончания).