Чтение онлайн

Уже начало темнеть, когда в конюшню зашел Борода, и пнул меня, радостно ухмыляясь.

– Вставай, щенок, быстро грузи поклажу на лошадей, - приказал он мне, и развязал мне руки. Когда я спустился с сеновала, он сапогом придал такое ускорение в сторону выхода, что я даже чуть не сломал дверь конюшни. Выкатившись на улицу, за спиной услышал радостный смех, видимо, ему понравилось развлечение - использовать меня вместо мячика. Он уже хотел повторить, но тут из дверей постоялого двора вышел атаман. Внимательно посмотрел на шутника, и тот сразу потерял радостный вид. Я поднялся и пошел помогать прислуге постоялого двора, грузить поклажу на взятые тут же телеги. Когда все закончилось, мы двинулись из ворот в ночь. Почти всех своих людей Атаман оставил на постоялом дворе. Сейчас вереницей ехало три телеги с

поклажей, сопровождали их несколько разбойников на лошадках. Я, связанный, ехал в телеге и думал, что отсюда надо выбираться. В качестве пленника мне здесь ничего хорошего не светило. Я начал обдумывать различные варианты побега. Под монотонный цокот лошадок думалось очень плохо, и я погрузился в дрему.

Уже светало, когда я проснулся, и, оглянувшись вокруг, увидел, что мы подъезжаем к небольшому городку, обнесенному каменной стеной метра три высотой. Городок располагался на берегу небольшой реки, с пригорка было видно, что возле пирсов были причалены несколько барков. Дорога упиралась в ворота, возле которых, прислонившись к невысокому дереву, стоял стражник с небольшим мечом на поясе. Атаман выехал на рогатом коньке вперед. Подъехав к стражнику, начал о чем-то говорить. Тут открылась дверка в караулке рядом с воротами, оттуда вышел другой стражник. Хмуро оглядев нашу небольшую вереницу повозок и лошадей, сказал что-то атаману. Тот, не став спорить, достал что-то из кармана и передал стражнику, который, повернувшись в сторону своего подчиненного, приказал пропустить нас. Когда моя телега проезжала мимо ворот, я услышал, как главный стражник предупредил, чтобы не устраивали дебош в городе. Мы въехали в городок. Я вовсю крутил головой, для меня впервой было попасть в средневековый городок. Улочки узкие и очень грязные, по сторонам стояли дома из камня. Несмотря на раннее утро, уже сновал народ. Женщины были одеты в просторные длинные платья, на головах накинуты платки, прикрывавшие часть лица. Мужчины, в основном, были в разноцветных халатах, с чалмами на головах. Мы медленно двигались в сторону порта, в окрестностях которого находился рынок. Остановились на краю площади, на которой стояли прилавки, заваленные разными товарами. В южной части рынка были расположено несколько больших загонов. В нескольких загонах были лошади, рогатые - отдельно. Как я понял, в этом мире лошадь - основная тяговая скотина. Атаман распорядился, и двое моих уже ставшими "любимыми" конвоиров повели меня в сторону небольшой кучи народа, стоящей около помоста, на котором тренировался в ораторском искусстве маленький пухленький человек.

Мы остановились напротив помоста, а Смигли куда-то убежал. Вернулся он минут через десять и за ним шел тот самый пухленький оратор. Он при помощи разбойников бесцеремонно осмотрел меня.

– Да много за него не дадут, - вынес он вердикт.
– Максимум пару серебряных монет.

Я находился почти в трансе, только сейчас начали доходить до меня все реалии текущего положения. Раньше я воспринимал все как сон или глюк. Меня поставили полуголого на помост, я был настолько поражен осознанием того факта, что я в другом мире, а не дома в своей квартире, и это происходит со мной, потому не запомнил, как проходили торги сами торги.

– Продано, - раздался голос работника аукциона живого товара у самого моего уха. От неожиданности я даже вздрогнул.

Ко мне подошел один из помощников, и грубо толкнул в сторону спуска с помоста, так как уже заводили другого мужчину.

– Раб, давай быстрее шевели ногами, ты здесь не один, - сказал он мне. На поясе у него висел свернутый кольцами хлыст. Я замешкался, и он дал мне пинок, заставивший кубарем скатился с помоста и растянулся в пыли. Работник сошел следом и снял с пояса хлыст, стал им лениво помахивать. Я не стал искушать судьбу, быстро поднялся на ноги. Пока мы ждали, подвели еще двух мужчин и одну заплаканную полураздетую девушку.

– Вот ваша покупка, господин, - сказал с поклоном тот важному господину в цветастом халате, который подошел к нам. Его сопровождало четверо дюжих телохранителей.

– Хорошо, мне нужны услуги вашего мага, - с пренебрежением сказал тот.

– Дагерт, есть работа, иди сюда, - громко он крикнул, недалеко стоявшему карлику и с кем-то разговаривающим.

– Что желаете, уважаемый господин?
– обратился

Дагерт к нашему покупателю, когда подошел.

– Мне нужно чтоб ты наложил путы от побега, - сказал купивший нас.

– От побега, обычного заклинания для них будет достаточно, - кивнул он в сторону нас.
– А вот для неё есть специальный ошейник украшенный серебром, и сделает он вашу рабыню покладистой и готовой ради хозяина на все, - сказал он, копаясь в карманчиках украшающих его хламиду.

– Не нужно, она куплена не для утех, - равнодушно сказал купивший нас.

– Хорошо, оплата вперед, - сказал карлик.

Один из телохранителей господина, достал небольшой мешочек и отсчитал несколько мелких монет. Карлик мгновенно их сгреб.

– Так, пусть по одному проходят ко мне, - указал он на стоящую, недалеко палатку.

Первым в палатку втолкнули меня, следом вошел один из охранников. В ней было полутемно, и стоял довольно неприятный запах. Сам карлик некоторое время покопался в темном углу, наконец удовлетворенно хмыкнул, найдя то что искал.

– Держи его, только крепко, - приказал карлик охраннику.

Меня за плечи обхватили могучие руки телохранителя, а карлик в это время, достал небольшой черного цвета мешочек и приложил его ко лбу, что-то тихо при этом бормоча. Я почувствовал как нечто липкое и омерзительное потекло из мешочка в мою голову. Но это быстро прекратилось, оставив только сухость во рту, головокружение и впечатление, как будто меня сунули в выгребную яму.

– Так, давайте следующего, - приказал он охраннику.

Когда последнего заклеймили таким своеобразным образом, из палатки вышел довольно улыбающийся карлик.

– Все готово, господин, теперь если они подумают совершить побег, то это сильно скажется на их здоровье, - с противным смешком сказал карлик нашему покупателю.

– Господин, эти рабы полностью ваши, мы очень рады будем видеть вас в следующий раз, - сказал работник рынка, вешая обратно на пояс свернутый кольцом хлыст.

Так началась моя жизнь в качестве раба.

Впереди нас восемь рабов несли паланкин хозяина. За нами шли несколько охранников, одетых в кольчуги; на поясах с одной стороны пристегнуты ятаганы, с другой - свернутые арканы. Впереди паланкина шли рынды - накачанные, как Шварценеггер, мужики. Мешающих движению паланкина они расшвыривали в разные стороны как котят. Обычные дома вскоре закончились и начались виллы, огороженные заборами, за которыми зеленели деревья. Одни ворота приветливо распахнулись. Привратник согнулся в поклоне, когда туда заносили паланкин. За воротами раскинулся красивый ухоженный парк. Вдоль дорожек, посыпанных мелким белым гравием, росли красивые цветы, сразу видно, что за ними ухаживали с особой любовью. Нас в ворота не повели, а заставили идти вдоль забора к маленькой калитке, которую один из охранников распахнул пинком. За ней, согнувшись в поклоне, стоял слуга. Нас привели к хозяйственным постройкам, отделенным от самого поместья забором. К нам подошел местный смотритель и распорядитель работ. Сначала он оглядел самый крупный экземпляр "хомо-сапиенс", приведенный с рынка, пощупал его руки, приказал ему повернуться.

– Ты - будешь носильщиком паланкина.

Второго из купленных рабов тоже сначала осмотрел, покачал головой и бросил хмуро сопровождающему:

– И куда я теперь этого задохлика дену, на носильщики не годен, слабоват.

– С лошадьми умеешь обращаться?
– на секунду задумавшись, спросил он у раба.

– Умею.

– Тогда будешь помощником конюха.

Распорядитель повернулся ко мне, внимательно оглядел, особенно мою одежду. Я уже заметил, что здесь до входа в моду джинсов и кроссовок пройдет много столетий.

– Откуда ты, где взял такую одежду?
– спросил он меня.

– С севера, у нас так все одеваются, - ответил я.

– Будешь работать на кухне, - решил он, и повернулся к следующей покупке.

При этом его глазки масляно заблестели и начали её медленно, со вкусом, раздевать. Девушка, покраснев, уставилась в землю.

Она была довольно красивой, милое лицо, красивые глаза цвета неба, длинные ресницы, на щеках румянец, маленький ротик. На вид ей было около двадцати лет, фигура у неё была красиво пропорциональна, чего не мог скрыть мешковатый серый сарафан.