Роза и виолончель
Шрифт:
— Думаешь, они могут поднять бунт?
Анджело пожал плечами.
— Надеюсь, что до этого не дойдет. Хотя, иногда мне кажется, что мы стали слишком беспечными. Мы привыкли считать их никчемными варварами, полагаем, что крепко держим их в узде. Но оглянись — мы окружены ими со всех сторон. Батраки, прислуга, солдаты — сплошные хейды. Даже в Серебряной Страже их полно, а ведь это, на минуточку, элитная княжеская гвардия.
Тео никогда раньше не задумывался, почему все дворяне и богачи, с которыми общается его семья — ангалонцы, а челядь, крестьяне и городские стражники — хейды. Нация слуг и нация господ — так было всегда, и это казалось
— Надо попросить Вильфредо, чтоб он их всех повыгонял, — хмыкнул он, — а в первую очередь этого козла… как там его зовут?
— Зигурд Кернхард.
— Что за дурацкое имя! Ни в жизнь не запомню…
Назавтра всех поразила дикая новость о том, что тело капитана Вильфредо было найдено в одном из каналов Форталезы. По официальной версии он напился и утонул, но Тео этому не поверил. Он был твердо убежден, что к гибели капитана приложил руку этот проклятый Кернхард.
После того случая Тео время от времени сталкивался с Зигурдом во дворце, и каждый раз его пробирало морозом от взгляда странных, белесо-серых глаз — таких светлых, что радужка почти сливалась с белком. Хейдеронец больше не цеплялся к брату, но было в нем что-то зловещее, словно он замышлял какую-то пакость. Однако остальным, по всей видимости, Зигурд казался белым и пушистым, потому что вскоре его назначили капитаном стражи на место покойного Вильфредо.
Глава 18
В ту ночь во дворце давали грандиозный прием в честь помолвки принца Себастьяна и леди Доминики. Тео тогда уже стукнуло тринадцать. Он упросил брата взять его с собой, и сидел сейчас в укромном уголке за колонной, любуясь танцующими парами. Леди Доминика была особенно хороша — в нежном кремовом платье она казалось легкой и невесомой как взбитые сливки. И ни один мужчина в зале не мог отвести от юной красавицы восхищенных глаз.
Музыканты ублажали слух присутствующих пленительной мелодией, танцоры кружились в чарующем вальсе, искристое вино лилось рекой, и хотелось, чтобы дивная ночь никогда не кончалась.
Но вот отгремел великолепный салют, и все стали разъезжаться по домам. Когда за последним гостем закрылась дверь, и слуги начали гасить свечи, Анджело, уложив скрипку в футляр, направился к выходу. Тео запихнул в рот остатки пирожного, хлебнул вина и бросился следом.
Брат почему-то пошел совсем в другую сторону.
— Эй, ты куда? — поинтересовался Тео.
— Есть у меня еще одно дельце, — загадочно ухмыльнулся тот.
— Что еще за дельце?
— Смотри, — Анджело сунул ему в ладонь смятый клочок бумаги.
Тео пробежал глазами криво нацарапанные строчки:
«Дорогой маэстро, ваше соло на скрипке поразило меня до глубины души. Мечтаю о том, чтобы ваш смычок сыграл на моих струнах. Мои покои расположены в южном крыле, сразу за картинной галереей, первая дверь.
Леди в красном».
— Опять твои бабы, — хмуро пробурчал Тео. У него слипались глаза, и он жаждал поскорее прильнуть к подушке. — Мне что, теперь всю ночь тут торчать?
— Ничего, потерпишь, — хмыкнул брат. — Жди здесь.
Тео с досадой цокнул языком.
— Только чур не до утра. Я домой хочу.
— Посторожи скрипку. — Анджело всучил ему футляр и растворился во мраке.
Тео уселся на банкетку в алькове между колоннами. Вокруг не было ни души. Пара канделябров тускло освещала галерею, зыбкие блики отражались в натертом до блеска полу. Дико хотелось спать, Тео стал клевать носом и незаметно для себя задремал.
Его
разбудил гулкий отзвук выстрела. Тео вздрогнул и прислушался — откуда-то издалека доносились крики, топот, лязг оружия. Что за переполох? Где Анджело? Тео поднялся со скамьи, но тут в начале галереи послышался стук сапог, и он инстинктивно вжался в стену. По коридору торопливо прошел стражник. Он явно нервничал, с опаской озирался по сторонам, фонарь в его руке заметно подрагивал. Отблеск света упал на его лицо, и Тео увидел на переносице грубый шрам. Проклятье, да это же чертов Зигурд! Какого дьявола он тут делает?Зигурд скрылся в полумраке, а Тео в растерянности опустился на сиденье. Шум не смолкал, отзываясь в груди холодной липкой тревогой. Почему они все кричат? Что случилось? Нужно поскорей найти Анджело и сваливать отсюда.
Тео встал и подхватил футляр. Ноги подкашивались, сердце суматошно трепыхалось в груди. Темный коридор тянулся в бесконечность. Страшно. Очень страшно. Женские крики, звон клинков, выстрелы, удары — там, без сомнения, происходит что-то ужасное. Хорошо только, что весь этот гвалт доносится с другой стороны. Надо поторопиться!
После пары минут быстрой ходьбы — до чего же огромный этот дворец! — галерея сделала крутой поворот. Тео завернул за угол и услышал сдавленный хрип. От неожиданности он подпрыгнул как ошпаренный. Хрип повторился — сиплый, натужный, отчаянный. Он доносился откуда-то спереди, из темной арки между колоннами.
Черт! Бежать отсюда?.. Нет, нужно идти дальше. Не обращать внимания, просто найти Анджело и уходить! Тео сделал еще несколько шагов. В нос ударил специфический тошнотворный запах. Когда в их имении забивали скот, от потрохов несло чем-то подобным…
К нише, откуда раздавалось жуткое сипение, по полу тянулись темные разводы крови. Дрожа от страха, Тео хотел было прошмыгнуть мимо, как вдруг услышал:
— Тео…
Он замер как вкопанный, волосы встали дыбом. Нет! Только не это! Пожалуйста, нет!
Это был Анджело.
— Брат! — крик острым лезвием процарапал горло.
Тео подбежал к нему и рухнул на колени. Анджело сидел, привалившись к стене. В темноте толком не разглядеть, но половина его лица была черной, словно на нее падала тень. Господи, пусть это окажется тень!
Брат прижимал руки к животу, а из-под них бугрилась какая-то бесформенная масса. И этот запах! Тео машинально протянул ладонь, и пальцы наткнулись на что-то горячее, скользкое, пульсирующее… Твою мать! Он резко отдернул руку. Желудок скрутило спазмом, во рту стало кисло. Неужели это… Его вырвало прямо на пол.
— Что с тобой? Кто это сделал? — в ужасе спросил он, когда судороги отпустили.
— Стражник, — простонал брат.
— Блядь, что же делать? — Тео принялся в панике озираться по сторонам, руки тряслись, спина взмокла от пота. Он вскочил на ноги, порываясь бежать, снова упал на колени. Нужно позвать на помощь! Найти лекаря! Анджело не может вот так умереть! Просто не может!
— Уходи, Тео, — просипел тот. — Мне уже ничем не помочь.
— Нет! Брат, держись! Не умирай! Я приведу кого-нибудь! — Тео снова вскочил.
— Тот стражник… Он где-то рядом… Беги отсюда. Передай маме, что я ее люблю… — Анджело осекся и надрывно закашлялся. Изо рта потекла кровь.
— Я не брошу тебя! — в слезах выкрикнул Тео.
— Уходи. Отомсти за меня, — еле слышно простонал тот. — Черт… Как же болит… Скрипку отдай маме…
— Пожалуйста! Не умирай! — Тео уже не мог сдержать рыданий.