Чтение онлайн

– Расскажи мне, куда ты отправлялась?

Но она была слишком занята остатками масла. И тут мальчик вспомнил, каким образом она обычно давала ему ответ на этот его вопрос. Ну конечно! Она набирала его на клавиатуре компьютера! Так, где там был упакован его компьютер? Тофер осторожно, чтобы не потревожить Ка, вылез из кровати и взялся за поиски. Куда эти «профессионалы» его дели? Только бы поскорей его найти и подключить – тогда можно будет узнать ответ на главный на данный момент вопрос.

Но

свой компьютер Тофер так и не нашёл. А папа с Молли не могли найти свои. Молли позвонила в фирму по переезду, которая называлась «Упакун», чтобы пожаловаться, но единственное, чего можно было добиться в воскресенье, – это оставить гневное сообщение на автоответчике. Ка целое утро ходила по дому, нюхала всё подряд и тёрлась мордочкой о вещи. Так выражался её инстинкт метить предметы как свои, а ей важно было убедиться, что в каждой комнате ей хоть что-нибудь принадлежит. Когда они переехали в маленький домик Молли, Ка проделала ту же процедуру. Теперь ей предстояло обойти куда больше комнат. Баггинс, по всей видимости, так и не осознал, что они переехали. Он только и делал, что спал в своей коробке. По старой традиции, Молли поставила её рядом с огромным бойлером, стоявшим в специально отведённой под него и стиральную машину каморке рядом с кухней. Когда они въезжали, Молли также помазала лапы Баггинса маслом. По её словам, это было никакое не суеверие, а вполне себе научный метод: кошки любят масло, а значит, полюбят и новый дом. Она и Ка тоже лапы помазала, а заодно помахала у неё перед носом веточками кошачьей мяты, саженец которой привезла с их участка в Кембридже. Летом Ка просто с ума сходила от запаха кошачьей мяты, но сейчас она только слегка принюхалась – возможно, потому, что на веточках оставалось лишь несколько крошечных пахучих листочков. В конце концов она забралась на сам бойлер, и оттуда сверху уставилась на Баггинса.

Тофер провёл день, распаковывая вещи и расставляя всё по местам. Идти завтра в новую школу у него не было ни малейшего желания. Время от времени он спрашивал Ка, где она была, но той, похоже, не хотелось разговаривать. Когда вечером он отправился к себе спать и кошка последовала за ним, он снова задал ей этот вопрос. Она не ответила и стала крутиться вокруг себя посреди кровати. Натягивая пижаму, Тофер сказал:

– Не уходи от меня, Ка. Всё такое непривычное… Ты мне сейчас очень нужна.

Но она только продолжила вытаптывать одеяло, показывая непокорной перине, кто тут главный. Когда она наконец улеглась, подоткнув под себя все четыре лапки, Тофер опустился на колени рядом с кроватью и сравнялся с ней взглядом.

– Так где же ты была, Ка? Расскажи мне, пожалуйста.

Она открыла глаза и замурчала. Р-р-р-р. Р-р-р-р-р.

– Рим? Ты это хочешь сказать?

Возможно. А может, и нет.

– Если ты снова покинешь меня, дай мне вначале подсказку, как раньше. В любом случае, не уходи, пока не найдётся мой компьютер, ладно?

Она свернулась калачиком и прикрыла глаза хвостом. Осторожно, чтобы не потревожить её, Тофер забрался в кровать. В окно забарабанил дождь. Мальчику попалась на глаза новая школьная форма, которую он повесил, чтобы она расправилась и выглядела хоть чуть-чуть менее новой. С дверной ручки свисал синий галстук с золотым гербовым орлом. Меньше всего на свете ему хотелось опять оказаться в шкуре новичка.

Когда наутро он отправился в школу, дождь всё ещё лил. Тофер только дошёл до перекрёстка их улицы с большой дорогой, как подкатил школьный автобус, и толпа мальчишек и девчонок в другой зелёного цвета форме стали рассаживаться по сиденьям. Одна девочка обратила на него внимание и крикнула что-то остальным – кажется, что-то вроде «выскочка»; однако вскоре Тофер всё равно пожалел, что его не забрал тот автобус. Его первый день в Новиомагусе прошёл не слишком удачно, в основном потому, что один мальчик в классе невзлюбил его с первого взгляда.

Когда Тофер вошёл в кабинет, где сидел шестой класс, – просторное помещение с высоко расположенными окнами и коричневой плиткой на стенах – учитель, мистер Джентри, как раз отмечал присутствующих. Это был бледный мужчина в тонких очках без оправы, а все дети смирно сидели перед ним, рассаженные строгими ровными рядами. Сперва Тофер не выделил ни одного лица, а увидел только безликую массу; но затем учитель велел ему сесть на свободное место – «рядом

с Санджитом», и Тофер нашёл глазами место впереди в ряду у окна. Санджит, темноволосый мальчуган, глупо улыбался во весь рот. Он познакомил Тофера с парнем, сидевшим за ним, и ещё с одним в соседнем ряду. У первого, его звали Мэтт, лицо было в веснушках, а второй, Олли, носил очки. Вот и всё, что Тофер успел запомнить. Настроены они были мирно, что не могло не радовать. После утренней переклички ученики поплелись на уроки, и Тофер везде таскался за этими ребятами. А на физкультуре он узнал, кто такой Бретт Дурно – правда, имя его он услышал позже, когда этот негодник огрел его во время игры в регби.

Поначалу Тофер решил, что это вышло случайно или что так и положено в регби. Раньше он в регби никогда не играл, во всех его предыдущих школах на физкультуре мальчишки гоняли в футбол. Он знал только, что играть надо жёстко. В самом начале урока он признался в этом учителю, мистеру Уелкинсу – дородному толстяку с грубоватыми манерами, но тот отмахнулся от него со словами: «Ну ты же по телику видел? Тут то же самое». Добавив, что Тофер «по ходу разберётся», Уелкинс определил его в одну из команд и назначил нападающим второй линии. Во время первой же кучи-малы вокруг мяча Тофер почувствовал удар под рёбра, причём от кого-то из своих – или так ему показалось, – что, конечно, его весьма удивило. Он даже подумал было, что ошибся. Но под конец игры, когда ударов насчитывалось уже три, он твёрдо знал, кто его мутузит и что делается это не случайно.

Обидчик был среднего телосложения, с короткими русыми волосами и серо-голубыми глазами – это всё Тофер приметил чуть позже. Ничто не намекало на его жестокий нрав, разве что суровая мина на лице. Когда он прошёл мимо Тофера в сторону душевых, тот хотел остановить его и разобраться, но не стал, так и не придумав, что сказать. Грудь была вся красная и болела, однако рядом какой-то парень прямо-таки хвастался своей шишкой от пинка по голени. Вообще многие мальчишки выставляли другим напоказ лиловые синяки от ушибов, полученных в предыдущих играх. За обедом Тофер разузнал у Санджита имя того мальчишки, который его бил. Бретт Дурно. Санджит настаивал, что Бретт – «нормальный парень». Но на следующем же уроке этот «нормальный парень» поранил Тофера – причём совершенно намеренно. Хотя с виду всё происшествие выглядело как чистая случайность.

Это была биология, и учитель дал задание разрезать лук, чтобы пронаблюдать клеточную структуру растения. Проходя мимо Тофера в другой конец лаборатории, Бретт подпихнул его под руку. Никто не видел хорошенько, что случилось, только Санджит вдруг услышал, как Тофер резко с шипением втянул сквозь зубы воздух, и увидел кровь на его руке. Тут учитель, мистер Скит, обратил на это внимание и подлетел к ним.

– Идиот! – за обедом Санджит успел предупредить Тофера, что учитель биологии любит поорать. – Я тебе что, не говорил, что надо резать осторожно? – заверещал мистер Скит, схватил Тофера за руку и повёл мальчика под кран с холодной водой. К счастью, порез, который пришёлся на средний палец левой руки, был совсем не глубоким. Лезвие только тронуло кожу, но могло быть гораздо хуже. Мистер Скит наложил пластырь на рану, и кровь довольно быстро остановилась. Только после этого он спросил:

– Итак, как же такое вышло?

Он объяснил, что обо всех подобных случаях обязан делать запись в специальный журнал. Когда Тофер рассказал ему в точности, что произошло, учитель подозвал Бретта Дурно и попросил его рассказать свою версию событий.

Бретт не помедлил с ответом:

– Я шёл на своё место. А потом вдруг слышу – этот новичок кричит.

– А ты толкал его? Я имею в виду, случайно, может быть?

– Нет, сэр.

Мистер Скит отпустил Бретта, а затем наклонился к Тоферу и сказал ему тихо:

– Я думаю, ты ошибся. Дурно – не из задиристых. Иди на своё место и возвращайся к заданию, только на этот раз будь осторожнее.

И Санджит, и Олли подтвердили, что раньше Бретт никого особенно не травил и намеренно ни над кем не издевался. Его считали тихоней – лишних слов он не любил. Тофер осведомился, где он живёт – ещё не хватало, чтобы им оказалось по пути. Перспектива возвращаться с ним домой Тофера отнюдь не воодушевляла. Но никто не мог ему сказать – в Новиомагус ученики съезжались со всей округи. Санджит и Олли не сказали прямо, что не верят Тоферу, но когда он выложил им, как всё было, они будто насторожились и стали чуть менее приветливыми – так, по крайней мере, ему показалось.