Расскажи, чтобы победить
Шрифт:
Рассказывая эту историю Тине, я ни на минуту не забывал о своей цели: убедить ее продать мне права на съемку фильма о ее отце. Моя история должна была продемонстрировать, что я действительно способен должным образом поведать миру о неоднозначной личности Синатры. Из моего рассказа становилось понятно: я понимаю всю сложность его характера, принимаю его со всеми изъянами и недостатками, ценю и темные, и светлые стороны его музыкальной и актерской деятельности.
Тина, сама многократно сталкивавшаяся со сложной натурой отца, переживая подобные сцены, сразу почувствовала, что я понимаю все правильно. Кстати, она сообщила мне, что ее отец никогда не явился бы к Дину Мартину, когда тот работает в студии, если б Дин не отправил своему лучшему другу сигнал SOS.
–
А потом я услышал то, ради чего пришел и ради чего рассказал свою историю:
– Когда кто-нибудь приходит ко мне с деловым предложением, я не только предприниматель, но в первую очередь дочь. Я несу ответственность перед другими наследниками, людьми, с которыми у нас уже есть контракт, и самим наследием отца. Я принимаю решение, основываясь на интуиции. От отца я научилась чуять людей, которые несут бред, за пять сотен ярдов. Вот почему он передал мне права на наследие еще за 25 лет до смерти. Поэтому прежде всего я оцениваю характер и искренность человека, пытающегося рассказывать мне что-то или продавать. Я слушаю и ушами, и сердцем. Это выходит само собой, одно неотделимо от другого. Сегодня мы бережно храним все, что сделал или не сделал отец. Я – продолжение его истории. Думаю, вы это понимаете. Так вперед!
И с благословения Тины Синатра мы привлекли к приобретению прав и финансированию проекта компанию Universal Studios.
Каждый из нас постоянно сталкивается с жизненными вызовами и борется с трудностями. Иначе говоря, мы все ежедневно проживаем новые истории. Если вы будете внимательны и запоминать не только то, что произошло, но и что это значило для вас, вы накопите материал для наполнения будущих историй. Однако личный опыт – не единственный источник. Целенаправленные истории можно извлекать и из наблюдений за другими людьми или из произошедших на ваших глазах событий, даже если вы и не принимаете в них участия.
Опыт, увиденный со стороны
На заре своей карьеры комика Джордж Лопес пережил сильный удар по самолюбию, способствовавший, однако, избавлению от иллюзий. После одного шоу в классическом жанре стэнд-ап, в котором он использовал приемы, заимствованные у некоторых популярных артистов вроде Ричарда Прайора и Джорджа Карлина, Лопес получил замечание от критика:
– Пытаетесь зацепить аудиторию чужими мыслями. У вас нет ни одного слова от себя, сплошная абстракция.
Лопесу пришлось посмотреть слово «абстракция» в словаре. Увидев определение, он почувствовал, будто кто-то стукнул его по голове: «Понятие, за которым нет ничего реального».
Этот удар, однако, высек искру, из которой разгорелся благодатный огонь.
– Почти все знакомые говорили: да пошел он! Но я к нему прислушался. Я учился слушать.
Умение слушать послужило основой для создания его историй, тех самых, что проложили ему путь в плеяду самых знаменитых комиков Америки и позволили ему учредить свои благотворительные программы.
Мои дети ходили в ту же школу, что и дети Джорджа, поэтому, начав свои разыскания в области искусства рассказа, я счел логичным обратиться к нему. В 2005 году журнал Time назвал Джорджа Лопеса одним из 25 наиболее влиятельных испанцев в стране. Он не только выступал в жанре стэнд-ап перед толпами людей, раскупавших все билеты на шоу, но и исполнял главную роль в собственном комедийном сериале, вел свое телевизионное ток-шоу и был одной из главных фигур в благотворительных кругах. Мне хотелось узнать, как он находит «сырье» для своих историй и как понимает, что именно этот материал вызовет отклик у аудитории.
Лопес рассказал, что после той критики он осознал: чтобы зацепить
аудиторию, в качестве наживки нужно использовать что-то, что хорошо известно именно ему – собственный опыт жизни в мексикано-американском сообществе.В чем бы ни заключался призыв к действию, обращаемый им к аудитории – смеяться, спорить, нанять его на работу, купить его продукцию или внести пожертвование, – теперь он был твердо намерен рассказывать правду о своем мире, таком, каким он его видит.
– Вначале мне было сложно отыскать свою идентичность, – сказал Лопес, – потому что в детстве у меня ее не было.
Он имел в виду, что всегда старался убежать от реальности, не думать о том, кто он и где живет. Отца он никогда не знал, мать бросила его еще в детстве. Ему не хватало денег на пальто. Он старался не смотреть по сторонам, не видеть, что происходит вокруг.
– Поэтому, когда я только начал рассказывать истории, у них не было основы. Я их просто выдумывал.
Но слова критика высекли искру понимания: Лопес решил, что должен отыскать стержень своей жизни.
– А моим стержнем была бабушка, которая меня вырастила. Бабушка меня никогда не бросала, даже в сложные времена. Она оставила мужа, оставила детей, но не меня.
Однако он знал и то, что бабушка вовсе не была ангелом.
– Когда недалеко от нас в 1971 году случилось землетрясение в Сан-Фернандо, наш дом почти не пострадал, и все-таки бабушка каждый день ходила в церковь за бесплатной едой. Я родом из семьи, где всегда только брали и никогда не давали. Я считал, это неправильно.
Что еще хуже, когда Джордж задал бабушке вопрос, почему она берет еду, в которой больше нуждаются другие люди, она рассердилась:
– Какая разница? Никто же не видит.
Даже тогда Джордж подумал:
– Я вижу. Я – никто?
Однако он никогда не развивал эту мысль, пока не задумался о своих корнях, что на самом деле значит иметь жизненный стержень. Внезапно он понял: иметь стержень – значит обладать достаточной твердостью, чтобы рассказывать правду о том, что видел, и одновременно достаточным самоуважением, чтобы постараться самому поступать правильно. Его репутация, возможно, строится на том, что видят в нем другие. Но характер – на поступках, которые он совершает, когда нет других свидетелей, кроме него самого. Это осознание заставило Джорджа дать себе клятву совершать хоть один «произвольный добрый поступок» каждый день, наблюдает за этим кто-нибудь или нет. Это стремление стало центральной концепцией его благотворительной деятельности и опорным пунктом его решимости работать на то, чтобы изменить те самые условия жизни, которым будут посвящены его юморески.
Понимая, что комизм проистекает из парадоксов реальной жизни, Лопес решил рассказать историю о своей бабушке, вначале в стэнд-ап-шоу, затем в телепрограммах и в конце концов через благотворительные акции. Он рассказывал и другие истории, которые наблюдал, когда рос.
– Мы бьем своих женщин, а потом покупаем им солнечные очки, – говорил он. – Мы напиваемся и командуем детьми, а на следующий день не помним, как вечером с ними себя вели.
Джордж ничего не сочинял. Он брал материал из жизни своего сообщества и рассказывал эти хорошие, плохие и уродливые истории, чтобы это сообщество изменить. Он как будто направил на свою культуру зеркало повествования.
Затем Джордж заметил, что его истории затрагивают чувствительные струны в сердцах людей далеко за пределами его круга. Оказалось, они были свидетелями такого же противоречивого поведения и в своих культурах.
– Это нечто экономическое. И это есть во всем мире, – заметил Джордж. – Люди в Индии ведут себя так же, как в Германии, и в Польше, и в России.
Он цеплял эту новую аудиторию на ту же наживку, которую так хорошо знал сам.
– Когда я впервые распродал все билеты в Радио-Сити Мьюзик-холл, публика там собралась самая разная. И на всех подействовало.