Чтение онлайн

Будь у него возможность, мистер Рейснер – иногда Фима называла его официально из-за того, насколько старомодным тот был, – отправился бы до самого Линегрима на полуавтоматизированной технике. Как хорошо, что расстояние не позволяло им этого – в пути они бы точно состарились и умерли.

Спустя чуть больше, чем десять минут по местному времени все семейство Рейснеров выехало на магистраль, ведущую прямиком в транспортный центр. Они потратили шесть минут вместо обычных двух на то, чтобы миновать самый проблемный участок дороги, и свернули на развязку к центру. Примерно через двадцать, как Фима и рассчитывала, они были на месте, хотя

в её расчет входили также ожидания очередей и посадка, но это уже казалось запредельным. Стоило радоваться, что окончания посадки у них оставалось немного времени. Повезло и в том, что на очереди к порталам было не так много народа, как зачастую бывало в рабочие дни.

– Возможно, мы даже успеем, – пошутила она.

– Времени ещё полно, – ответил ей отец, пробираясь через людей первым.

Они как раз добрались до конца нужной очереди, чтобы занять место и просто замереть в ожидании. Фима принялась рассматривать окружающую их толпу, не видя особо большого отличия между ними всеми – простые люди, не имеющие никаких особенных магических способностей, построившие города силой научно-технического прогресса, основавшие первую и ныне самую главную научно-техническую Академию Ностен, имеющую филиалы во множестве мест, из которой в давние времена Эгиос набрал всех самых известных ученых для постройки станций и открытия своего исследовательского центра – вот они, жители Альдогоста. Смотря на них, Фиме постоянно хотелось хоть как-то отличаться от всей одинаковой толпы одинаковых людей, она была рождена здесь, в семье тех, кто некогда чтил традиции чистокровности, и никакие даже самые элементарные склонности к магии Фиме доступны не были. При этом, будучи не самой лучшей студенткой в классе, она ощущала свою никчемность каждый день.

Пока Фима рассматривала других и размышляла над собой, очередь подошла к порталу, который миновали довольно быстро, по крайней мере, времени хватило на то, чтобы успеть к началу посадки, а не к отстыковке космолета, как однажды уже случалось несколько лет назад, когда отец хотел взять Фиму с собой на научно-магическую выставку. Стоит ли сказать, что на выставку они сильно опоздали.

В этот раз им повезло чуть больше, и космолет влился в поток драконьей вены с ними на борту. Иронично, что путешествие до Линегрима заняло куда меньше времени, чем дорога до станции.

Их поселили в дополнительном жилом корпусе медцентра, как и всех остальных его работников. Регистратор с сомнением посмотрела на Фиму, окинула быстрым пренебрежительным взглядом и выдала родителям ключ от комнаты.

Никто не говорил, что работающим на Битве медикам, запрещено брать с собой собственных детей, но регистратор явно думала иначе.

– Странная женщина какая-то, – сказала Фима недовольно.

– Не обращай внимания, – успокоила её мама, – ещё много чего странного насмотришься.

И в самом деле Фима прибыла сюда только с целью насмотреться на странности и принять участие в соревновании. Если живешь там, где магия соревнуется с техникой, явно ей проигрывая, если рожден в семье, не обладающей никакими силами, что тебе остается, как не мечтать о том, что было бы, если? Фима и была тем самым “а что было бы” мечтателем, который в раннем возрасте узнал про существование Шестой Битвы и, узнав, буквально переполнилась грезами о том, как попадёт сюда однажды. Однажды наступило. Она здесь.

Комната, в которую их поселили, состояла из отдельной прихожей, большой общей комнаты и одной спальни. “Неплохо для обслуживающего персонала”, восхищенно подумала Фима. О медицинском оснащении организаторы беспокоились

больше всего, ведь, очевидно, им нужны были самые передовые достижения науки и магии для того, чтобы снизить количество жертв. Хотя комнаты не так сильно волновали Фиму, как всё остальное. Регистрация участников начиналась только через несколько дней, так что пока девушка могла лишь находиться в состоянии ожидания.

Она забралась в мягкое кресло в углу возле большого окна прямо с ногами, вытащила телефон из кармана, чтобы проверить, что успело случиться в мире за время их поездки.

– Погуляй хотя бы, пока есть возможность, – укорительно сказал ей отец, смотря “очень показательным взглядом” на телефон в руках Фимы.

Она вздохнула, уставшая настолько, что не была способна двигаться, хотя что такого они делали, кроме как стояли тут, сидели там, ждали здесь, ждали там? Не хотелось попросту ничего, но, когда было такое, чтобы её слова имели силу в этой семье?

Мама выкладывала документы – возможно, какие-то из них должны были понадобиться им – и никак не комментировала поведение дочери.

– Не хочу никуда сегодня. Я хочу пойти с вами завтра, – сказала Фима.

– Что ты там будешь делать? – удивленно спросила мать, не отрываясь от работы.

– Смотреть, запоминать, впитывать информацию, – Фима пожала плечами. – Хочу увидеть медцентр.

– Увидишь, раз собралась участвовать, – неожиданно резким голосом ответила женщина, отбросив часть бумажек, в которых она копалась. Её взгляд был направлен в поверхность стеклянного стола, а сама она словно бы пыталась успокоиться.

– Мам, – бессильно протянула Фима, – мы говорили об этом уже тысячу раз, и ты меня не переубедишь!

– Ну да, конечно, вам лишь бы веселье и приключения, а о безопасности думаете в последнюю очередь.

– Эстер, прекрати, – тем же утомленным голосом попытался успокоить жену отец Фимы.

– А тебя не беспокоит, что твоя дочь планирует умереть или потерять пару важных частей тела? Тебе так хочется пришить ей руки обратно? Самолично?

– Мам! Мы уже это обсудили!

– Не важно, что мы обсуждали. Я с этим решением не согласна. Это мои последние слова, – резко бросила мать, собрав какие-то листы, она стремительно покинула общую комнату и закрылась в спальне. Стало тихо. Фима прислушалась, но ничего не смогла разобрать: хлопнула дверца шкафа и что-то мелкое посыпалось, но нельзя было сказать по звуку, что именно.

Непонимания в этой семье случались постоянно. Фима привыкла соглашаться с матерью, чтобы не усугублять ситуацию и не провоцировать ссору, но в этом вопросе она не могла просто согласиться. Это был вопрос её успеха в жизни, её первого настоящего взаимодействия с магией, она не могла просто так отказаться от всего из-за вопроса безопасности.

Даже если Битва подразумевала большие проблемы.

И то, что мать не пыталась понять, насколько это важно, приводило Фиму к злости и, очень редко, агрессивным, импульсивным поступкам. В этот раз её немного потряхивало, хотя она держала себя в руках.

– Давай не будем слишком перегибать палку, хорошо? – мягко попытался успокоить отец.

– Это она перегибает, а не я. Ей это и говори.

– Я понимаю, что для тебя это важно. Но и ты её пойми – она беспокоится, чтобы с тобой ничего случилось, – он потрепал девушку по голове, Фима вырвалась из-под руки, не желая сдаваться, сложила руки на груди и отвернулась, чтобы показать, что разговаривать больше не собирается.