Чтение онлайн

"И все-таки человек животное! Никакой он не разумный. Его разум лишь в том, что он сам осознает, что он животное! Животное - с инстинктами и слабостями обычного зверя. Вот, например чревоугодие... вот оно, вот оно что делает со мной! Я готов набивать брюхо, я готов наслаждать свои кишки этой жирной пищей, безудержно! Как мало мне надо! Как мало!" - невпопад вдруг подумал он, в очередной раз, впившись зубами в кусок мяса.

Она ждала.

Она, молча, смотрела за его трапезой.

Она была довольна, так, по крайней мере, ему казалось. Кирилл, вдруг захотел, что бы ей тоже стало приятно.

– Слушайте, вы же можете когда вы хотите, или как там, вернее, тут у вас?
– Кирилл с аппетитом жевал большой кусок мяса и довольный даже слегка похрюкивал от острой и жгучей пиши.

Он, то и дело макал хлеб в пиалу с густым темно-красным соусом и тоже толкал эти куски в рот. Когда ему удавалось переживать дозу, он с упоением и жадностью хватал большой бокал с темным пивом и глотал эту пахучую, пахнувшую, почему-то кедровыми орехами, жидкость.

Женщина похожая на гречанку, с удовлетворением и какой-то завистью, смотрела на то, как пациент поедает огромный запас продуктов.

Тут были и овощи и зелень. Среди тарелок и чашек из фарфора стояла и бутылка. В ней была бесцветная жидкость. На бутылке отсутствовала этикетка.

Кирилл, в очередной раз глотнув пива, громко икнул и, вытерев жирные губы верхней стороной кисти, воскликнул:

– Как я подозреваю это водка?
– кивнул он на бутылку.

– Нет, это чача. Настоящая грузинская, первой выгонки...

– Чача?! Хм, это надо попробовать!
– Кирилл налил себе в большой стакан содержимого бутылки.

Он поднес посудину ко рту, и хотел было выпить, но ухмыльнулся и, покосившись на женщину, приказным тоном сказал:

– Светлана! Вы, тоже со мной выпейте!

Женщина смутилась.

Она пожала плечами и робко возразила:

– Вообще-то я не пью... Мне нельзя.

Кирилл подозрительно посмотрел на "гречанку".

– Не... так не пойдет! Я настаиваю! Пейте!

– Нет... я на работе...
– отмахнулась Светлана.

– Пейте! А-то скандал тут закачу и пожалуюсь на вас! И вообще не буду с вами сотрудничать! Пейте!

– Зачем вам? Это очень крепко для меня! Я не пью чачу!
– капризно, но вяло протестовала Турнова.

Она оценивающе посмотрела на Лучинского. Тот кивнул головой и покосился на бутылку.

Он встал с кровати и угрожающе нагнулся над столом:

– Вы что, меня за лоха держите?
– прикрикнул Кирилл.

– За кого?

– Ну, не важно...
– осекся Лучинский.
– Это вы считаете, что я такой вот простачок?! Нет! Пейте! Вы покажете, что это пойло не отравленное! Пейте! Может вы подмешали чего!
– Кирилл толкнул воздух стаканом в сторону Светланы.

Турнова зло покосилась на Кирилла.

– Пейте!
– настаивал тот.
– Я буду уверен, что вы тут не намешали мне ничего! А-то знаю я вас!

Турнова неуверенным движением взяла стакан, и тяжело вздохнув, припала к нему губами. Она пила спокойно и медленно, как будто это была обычная вода. Когда стакан был пуст, женщина достала из кармана своего халата носовой платок и, промокнув, алые от помады губы, невинно улыбнулась.

– Вот! Вот теперь верю! Верю!
– Кирилл довольный уселся вновь на кровать и подмигнул женщине.

Та ухмыльнулась.

Лучинский махнул

– Вот так бы давно! А теперь ешьте! Ешьте!

– Нет!
– категорично отрезала Турнова.
– Это уже не смешно! Есть, я точно не буду! Тем более мясо! Нет!
– женщина встала со стула и, одернув халат, сурово покосилась на Кирилла.

Тот понял, что на этот раз ему не убедить красотку, пожал плечами:

– Ну и как хотите! Хотя я сам в принципе наелся!
– Лучинский потянулся за бокалом с пивом.
– Вот так обед! Семьдесят лет или сколько там я не жрал нормальной пищи!
– Кирилл хлопнул себя по животу.
– Теперь можно и поспать.

– Нет, прежде чем спать, вы померите одежду, что я вам принесла!
– приказным тоном сказала Турнова.

В ее голосе прозвучал металл.

Кирилл ухмыльнулся и развел руками:

– Одежда? Хм? Зачем? Я вон, привык к вашей пижаме...
– пробурчал Лучинский.

– Вот, оденьте это!
– Светлана кинула на колени Кирилла большой полиэтиленовый пакет с одеждой.
– Мы же договаривались! Вы делаете то, что я вас попрошу! Вам предстоит скоро дорога очень важная поездка...
– загадочно промурлыкала Светлана.

Кирилл, встал и, покосившись на Турнову, зло бросил:

– Может, вы выйдете, а то, я не хочу переодеваться при вас...

– Хм, вы забыли, что я вас видела голым уже не один месяц...
– хохотнула Турнова.

– То, спящим, спящим не так стыдно, - настоял Кирилл.

– Хорошо я отвернусь...
– вздохнула Турнова и улыбнулась.

Кирилл покосился на пакет. Развернув его, достал оттуда белую футболку, темно-синюю, похожую на милицейскую форменную рубашку. Правда, вместо погон тут были пришиты какие-то тонкие оранжевые полоски. Такие же нашивки были и на нагрудных карманах. В комплект этой необычной "формы" входили, как оказалось и брюки с кителем похожим на спортивную олимпийку на молнии. Китель и брюки были голубого цвета. На правой груди у кителя была тоже оранжевая нашивка с маленькой черной звездочкой. Три большие буквы "ВВП" были вышиты золотыми нитками на другой стороне. На небольшом нагрудном кармане.

Лучинский с удивлением разглядывал китель:

– Что это? Что это за форма сборной Гондураса?

– Сборной чего?
– обиженным тоном переспросила Турнова.

– Гондураса... есть такая... вернее, не знаю, есть ли сейчас. Но по крайнее мере была такая страна...

– Вы будете примерять? Я жду!
– разозлилась Турнова.

Кирилл, вздохнул и, сняв с себя пижаму, остался голым.

Он спешно натянул на себя брюки и удивленно хмыкнул:

– Футболка есть, а трусы или плавки? Я, что так и должен, в брюках на голое тело ходить?
– Лучинский надел сначала майку, затем рубашку.

Одежда, пришлась в пору, и как оказалось, словно сшита по нему. Кирилл довольно хмыкнул, рассматривая на себе хорошо и ладно сидящую, странную "спец форму". Китель он тоже натянул и, пожав плечами, посмотрел на Турнову... и, вздрогнув, перестал дышать от неожиданности.

Женщина перед ним стояла совершенно, раздетая. Она, весело улыбалась и внимательно смотрела Лучинскому в глаза. Тот, раскрыв рот, не мог вымолвить и слова.

Турнова, медленно двинулась на Кирилла, тихо пробормотав на ходу: