Проклятый ангел
Шрифт:
– Так, граждане, я привёз к вам целителей. Они приехали из Москвы, и сейчас будут вас всех лечить. За это лечение, хотя вылечат они вас самым капитальным образом, платить никому не придётся.
Тотчас раздался громкий, негодующий возглас, который издал явно не очень трезвый человек:
– На, **й нам нужно ихнее лечение, пусть эти падлы нам наши деньги заплотют! Уже четыре месяца, суки, не выдают ни зарплату, ни пособию. Скрали твари деньги?
Семён, повышая голос, стал объяснять:
– Граждане, московские целители не имеют никакого отношения к государству и приехали к вам по своей собственной инициативе и за свой счёт. Поэтому они не могут выплатить вам никаких денег. Они же не государством посланы. Так что ваши требования совершенно безосновательные.
– А нам на это насрать! Пусть сначала деньги заплотют, а потом хучь исцеляют, хучь проваливают отседова.
Несколько человек,
– Мил человек, а на что нам сдалось это лечение? Государство нас и так вроде лечит. Правда, что-то у врачей с лечением не особо получается, еще никого не вылечили, но нам за наши болячки, хоть пособие платят, пусть и с задержками. Вот только на этот раз что-то задержка уж больно долгая. Ну, вылечат они нас и что нам с того? Какая польза? Жилья, кроме этого, у нас никакого нет. На работу что зимой, что летом хрен доберешься. Да, к тому же люди, как только узнают, что мы из Глухого, так от нас шарахаются, как от чумных. Они же нас всех заразными считают, а мы просто ядом травленные, хотя комиссия и сказала, что его уже нет, но, мы то им ещё с детства травленые и дети наши травленые, и внуки. Так что нам от вашего лечения никакой выгоды нет.
– Как это нет, дед Назар?
– воскликнула молодая женщина, сидевшая в третьем ряду - Да, если они в самом деле смогут нас вылечить, ведь может же такое случиться, то чего в этом плохого? Было бы здоровья, а мы свой барак как-нибудь подлатаем. И на работу нас берут! Врёшь ты всё, старый лодырь. Привык ни за что деньги получать, вот и брешешь, как собака. Было бы здоровье, а я до Ржавы и пешком дойду, а там комнату снять можно.
Всё тот же подвыпивший хам, злобно заржал. Это был довольно крупный мужик лет сорока пяти, с красной, злобной рожей, хотя и неопрятный на вид. Он был одет лучше многих других людей, в дорогую дублёнку и норковую шапку. Хам сидел в средних рядах вместе ещё с восьмью своими дружками, немного помоложе, но тоже крепкими и плечистыми парнями в кожаных куртках, рядом с которыми больше никто не захотел сесть. Вот он-то и крикнул:
– Я тебя сиводня ночью, лярва, так вылечу, что ты у меня кровавыми соплями умоишься.
Кот, крутя головой, недовольно поцокал языком и резко махнул рукой. Двое парней из его отряда немедленно направились к хулигану и его дружкам. Те было дёрнулись, но невидимые магические стражи не дали им вскочить с кушеток. Великан-Денис, ростом за два метра и Максим, всего на пару вершков ниже, тут же затеяли игру в ручной мяч, а Кот на пару минут стал вратарём, только они бросали в него не мячи, а тех приблатнённых придурков, которые мешали нам разговаривать с людьми по душам. Парни по очереди бросали этих типов к Виктору по высокой траектории, а тот точными и сильными ударами отбивал их в угол, но никого при этом не калечил. Собрав всю шваль в углу, Кот достал из внутреннего кармана прялку новой конструкции и направился к ним, чтобы проверить, что представляют собой хулиганы и какая судьба их ждёт. Народ в зале громко заговорил. Раздалось даже несколько выкриков:
– Вот и правильно, в кои веки нашлась на них управа!
Через несколько минут Виктор подошел ко мне и сказал:
– Конченые подонки, Авик. Самая настоящая банда сволочей. Жаль, что у нас высшей меры нет, а то бы я палачом стал.
– Твои действия, Витя? Что предлагаешь?
– спросил я.
– Элементарно, Ватсон!
– рассмеявшись воскликнул Кот и объяснил - Мы сейчас вышвырнем их отсюда, а всё остальное они уже сами сделают. Причём с грохотом.
Тем временем хулиганьё принялось подниматься на ноги и кое-кто, а первым Красномордый, схватились за ножи, чем только сильно рассмешили Кота и его двух парней. Одетые во всё чёрное и облегающее тела, они выглядели на редкость внушительно. Я рядом с ними казался задохликом. Через пару минут все девять дегенератов были выброшены из надувного госпиталя. Когда Кот снова подошел к нам, Семён сказал задумчиво:
– Нет, ребята, вам всё же стоило их задержать. Я хотя и работаю в ГИБДД, всё равно оформил бы их, как полагается. Хулиганство, поножовщина и всякое такое?
– А смысл?
– улыбнувшись спросил Кот - Сеня, ну сядут они кто на три года, кто на четыре, после чего откинутся, а так их уже через три минуты не станет. Они же конченые люди.
Семён удивлённо заморгал глазами и спросил:
– Как это? Куда же они денутся?
Виктор коротко хохотнул и ответил:
– На воздух взлетят, Сеня. Ты видел тот малиновый минивэн в самом конце посёлка? Который из-за каменного сарая выглядывал?
Так вот, в нём лежит добрый пуд взрывчатки. Они же тут чем промышляли, Сеня. Когда лабораторию и бункеры взрывали, здесь неподалёку, в лесу, на территории бывшей воинской части, устроили склад и хранили в нём взрывчатку. Вообще-то это даже не склад был, а просто длинный блиндаж, и вояки забыли в нём тонны три тротила, а они его нашли и стали делать на продажу взрывные устройства. От них Сеня, много людей погибло, несколько десятков человек.– тут в отдалении раздался оглушительный взрыв, люди повскакивали со своих мест и Виктор громко крикнул - Спокойно, граждане! Спокойно! Ничего страшного не произошло. Просто этот красномордый придурок привёл в действие своё же собственное взрывное устройство, которое он, как полагаю, хотел подложит нам. В общем, в аду их, наконец, дождались, а вы спокойно садитесь. Там ничего не загорелось и как это ни смешно, даже сарай и тот уцелел. С него только крышу снесло. Поэтому беспокоиться не о чем.
Чей-то испуганный женский голос громко спросил:
– А вы откуда про всё знаете?
Кот приосанился, радостно заулыбался и, указав на нас, весёлым, громким голосом ответил:
– Наши коллеги, граждане, очень мощные экстрасенсы, целители. Они всё, что угодно, даже раковые заболевания, лечат. Недавно в Москве всех детей в онкологическом центре вылечили. Мы тоже мощные экстрасенсы, но только другого профиля, боевого и специального назначения к тому же, а потому разобраться со всем этим беспределом, нам не составило особого труда.
Как только Кот умолк, я сердито проворчал:
– Что, крышу придержать ума не хватило?
Тот развёл руками и ехидно ответил:
– Звиняйте, не подумал, ведь в том сарае кроме угля ничего нет, а крышу недолго и обратно нахлобучить. Она перед сараем лежит целая и невредимая. Даже не погнулась.
Я только и махнул в ответ рукой. Виктор и так всё сделал великолепно, а крышу, между прочим, мог придержать и мой двойник. В любом случае взрывная волна пошла, благодаря ему от сарая, и в посёлке, дома в котором и без того находились в ужасном состоянии, не вылетело ни одного стекла. Хотя банда, промышлявшая изготовлением и продажей взрывных устройств, и ликвидировала сама себя, меня, тем не менее, охватила очень сильная тревога. Я всем своим ангельским нутром чуял очень сильную угрозу, исходившую с запада, из-под земли, как раз оттуда, где в пяти километрах от посёлка находилась когда-то секретная лаборатория. Похоже, что там лет пятьдесят назад советские учёные запустили какой-то процесс, потом, поняв, что у них всё пошло не так, попытались его установить, уничтожили лабораторию и соорудили над ней могильный холм, но остановить опасный процесс так и не смогли. Каким-то шестым ангельским чувством я понял, что людей нужно срочно отсюда вывозить, но вместе с этим понял, что излечить их полностью можно только здесь и это будет сделать намного труднее, чем я того ожидал.
Более того, какая-то злая сила уничтожила, развеяла наших призрачных охотников и двойников. Ну, они, в принципе, не были очень уж сильными магическим существами. Это меня заставило насторожиться, и я постарался как можно быстрее соткать магический защитный кокон вокруг надувного немецкого госпиталя и двух военных грузовиков. У меня почему-то создалось такое впечатление, что все свои джипы, включая милицейский автомобиль и грузовики, мы потеряли. То же самое можно было смело сказать и про сам посёлок и вот почему - его накрыло собой, а вместе с ним и наш госпиталь, какое-то синеватое, маслянистое облако, появившееся из-под земли в лесу. Оно буквально шарахалось от моей магической защиты, а стало быть и от немецкой техники, стоявшей метрах в двадцати пяти и соединённой с ним серебристыми, гофрированными трубами метрового диаметра. Видимо так было сделано для того, чтобы шум дизель-генераторов не беспокоил врачей и пациентов. Я подозвал к себе Кота с его парнями, Машу с Ликой и Семёна. Коротко объяснив сложившуюся ситуацию, я со вздохом сказал:
– Семён, твоя машина накрылась, вся наша техника тоже, но мы в полной безопасности.
– после чего спросил - Виктор, как долго вентиляторы смогут гнать воздух в госпиталь?
Кот задумался на пару секунд и с уверенностью ответил:
– Авик, за четверо суток я ручаюсь.
– после чего спросил - Облако накрыло воздухозаборники? Мои наблюдатели скопытились, а новых, я что-то боюсь выпускать.
– И правильно делаешь.
– ответил я и успокоил его - Облако дошло только до половины грузовиков и остановилось. Так что воздухозаборники находятся в более или менее чистой зоне, но я их удлинил ещё метров на четыреста. Вывел за опушку леса. Эта синеватая дрянь ведёт себя так, словно она живая. С чем всё это может быть связано, я пока что даже не представляю. Ладно, нужно объяснить людям, что им придётся оставаться здесь.